— Вставай, — со вздохом проговорил варвар, — за ними скоро придут.
— А жаль, — заметила женщина, облачаясь в крестьянское платье. — Я бы с удовольствием осталась здесь дней на пять.
— Именно столько я уже нахожусь в Фессалии, — заметил Конан. — Нам надо торопиться. Рат не даст мне ни одного лишнего колокола.
Селена спустилась с лежака и прижалась губами к небритой щеке киммерийца. В этот момент дверь открылась. На пороге стоял вождь крусов. Королева поспешно отпрянула от Конана. Жестом руки, альв подозвал пленников. На площадке их дожидался отряд воинов человек в двадцать. Не говоря ни слова, путешественникам вновь завязали глаза. Лесные тропы — величайшая тайна валвилцев.
На этот раз киммерийцу и волшебнице не стали спутывать руки. Им вложили в пальцы толстую веревку, за которую необходимо было держаться. Вскоре отряд двинулся в путь.
… Прошло три дня. Альвы шли быстро, останавливаясь только на дневной и ночной привал. Они мало разговаривали друг другом, лишь изредка обмениваясь короткими репликами. С чужаками воины вели себя сдержанно и уважительно, но повязку с глаз снимали только при приемах пищи и после захода Солара. Впрочем, некоторые ночные наблюдения позволяли варвару сделать вывод, что валвилцы идут на Полночь.
Глэтарот находился где-то в глубине страны, в безопасном недоступном месте. По самым скромным подсчетам путешественники преодолели не меньше пятидесяти лиг, хотя их и окружали вековые непроходимые леса. Любой захватчик, вторгшийся на территорию альвов, давно бы заблудился в чащобах — отсутствие хороших дорог не дает развиваться торговле, ремеслам, науке, но зато помогает обороняться. В последний день путешествия крусы останавливались в светлых сосновых борах, и Конану показалось, что они поднимаются на плоскогорье.
К киммерийцу приблизился Уфтин, жестом показал на Солар и высоко поднял руку.
— Что он хочет сказать? — спросила Селена.
— К полудню мы достигнем цели, — пояснил северянин. — Надо хорошо подготовиться к разговору со жрецами и колдунами Валвила. Именно они, а не вожди, управляют страной. Главное — не лгать им! Альвы сразу почувствуют обман.
— Ты о чем? — не поняла волшебница.
— Я много думал в пути, — вымолвил варвар. — Наши доказательства убедительны, но местные жители наверняка захотят чего-то большего. Валвилцы без нас обойдутся, а мы без них нет. Войны без жертв не бывает, и племена потеряют много мужчин-охотников. Начнется голод…
— Что ты предлагаешь? — произнесла женщина.
— Заключить союз на долгие годы, — сказал Конан. — Очень выгодный и удобный для альвов. Даже если это нанесет ущерб Фессалии.
— А точнее? — проговорила волшебница.
— Беспрепятственное, беспошлинное посещение страны, льготы в торговле, ежегодная безвременная денежная выплата, поставки оружия, одежды, продовольствия, — перечислил киммериец. — А может, и еще что-нибудь…
— Гараны никогда не пойдут на такой шаг, — отрицательно покачала головой Селена.
— А кто их будет спрашивать? — зловеще заметил северянин. — Союзники ради победы пожертвуют привилегиями, а враги заплатят за измену кровью. После победы мы установим новые законы!
— Но есть еще простонародье… Принять валвилцев простецам будет нелегко. Не забывай об их странной внешности, — возразила королева. — Нас с тобой трудно удивить, а крестьяне кроме своего поля ничего не видели…
— Не надо думать, что альвы тысячами бросятся в Фессалию, — вымолвил варвар. — Уклад их жизни меняется медленно. Здешние обитатели привыкли к обособленности, они побаиваются людей. Победа в войне позволит сблизить ваши страны. Кроме того, ты введешь жесткое наказание за оскорбление любого альва, за его смерть преступник заплатит головой, а семья — разорением. Пойми, Селена, жертвы необходимы. Мы должны поразить жрецов своими уступками.
— Уж очень это похоже на кабалу, — горько сказала женщина.
— Лучше заплатить валвицам золотом, чем оказаться на жертвеннике магинцев, — жестко отреагировал Конан. — Скоро люди убедятся в правоте моих слов. Уотсол падет, и страна содрогнется, узнав, что произошло с жителями провинции. Затем наступит черед Калдара…
— Этого нельзя допустить, — произнесла волшебница. — Анлас — довольно широкая река, и переправиться через нее непросто, а с Рионом, правителем Артага, у меня всегда были сложные отношения. Он чересчур высокомерен. Мы потеряем доступ к побережью.
— Тогда решай… — пожал плечами киммериец.
Пленникам вновь завязали глаза. Теперь отряд часто останавливался, и Уфтин вел с кем-то переговоры. Видимо, Глэтарот неплохо охранялся. Сторожевых постов на пути встретилось не меньше десятка, и это настораживало варвара.
Зачем такие строгие меры предосторожности? Неужели Валвил с кем-то воюет? Тогда миссия фессалийской королевы вряд ли увенчается успехом.
Спустя некоторое время северянин почувствовал в воздухе влагу. Неужели море? Пожалуй, нет — отсутствует солоноватый привкус, шум прибоя, крики чаек. Тогда неподалеку есть река или большое озеро. Словно читая мысли варвара, альвы сняли повязки с чужаков. Перед путешественниками раскинулась великолепная картина. Подобную красоту редко где встретишь. Слева виднелся уходящий за горизонт сосновый бор, могучие стройные деревья с желтоватыми стволами, ярко-зелеными пушистыми кронами. Справа — безбрежные небесно-голубые воды широкого озера. А впереди, на расчищенном от леса горном кряже, раскинулся город весьма внушительных размеров. Отряд находился на высоком холме, и обозревать местность труда не составляло.
Конан рассмотрел крепкие стены, два десятка деревянных вышек и сотню беспорядочно раскиданных домиков. В Глэтароте проживало несколько тысяч альвов. В самом центре города варвар сумел разглядеть огромного идола, очень похожего на истукана в знакомой ему деревне альвов. Значит, у всех валвилцев одно главное божество. Вождь сделал жест рукой и двинулся по узкой тропе вниз по склону. До Глэтарота оставалось около полулиги. Невольно и люди, и альвы ускорили шаг. Длинная дорога подходила к концу. Возле ворот их встретили четверо охранников. У каждого за спиной был лук и колчан со стрелами, в руках короткое копье со стальным наконечником. Обменявшись несколькими фразами с вождем крусов, воины отступили в сторону.
Уфтин не ошибся, Солар только-только достиг своей наивысшей точки. Путники пришли в Глэтарот ровно в полдень. Сразу чувствовалось, что альвы не раз бывали в городе.
Вокруг поднимались домики похожие друг на друга, как две капли воды. Застройка Глэтарота проводилась стихийно, а защитная стена по мере роста города не раз переносилась все дальше и дальше. Кое-где виднелись ремесленные мастерские — там трудились портные, кожевники, кузнецы, оружейники. Вывески, конечно, отсутствовали, но местным жителям они и не требовались.
