Раздвинув ветки, варвар шагнул на берег. Следом за ним вышли Селена и ученик жреца. Все остальные воины остались под покровом леса. Альв устроился на носу суденышка. В его глазах киммериец прочитал волнение и любопытства. Ивон еще никогда не бывал в Фессалии.
— Смотрите! — воскликнул валвилец, указывая на противоположный берег.
Там мелькнула фигура в доспехах и зеленой накидке.
— Нас ждут, — пояснил северянин, делая несколько мощных гребков.
Лодка стремительно неслась по водной глади, вслед за пылающим оранжевым диском Солара. Око бога манило, звало за собой. Небо окрасилось в желтые и розовые тона. Скоро начнет темнеть.
Лодка ткнулась в небольшой мысок, и альв молниеносно выпрыгнул на твердую землю. Конан помог выбраться волшебнице, склонился к лодке и сразу услышал громкий возглас:
— Стоять! Поднимите руки вверх!
Он обернулся и увидел, что жреца окружили три трунсомца. Воины выставили вперед копья, в готовности пронзить чужака.
— Опустите оружие! — приказал киммериец. — Вы что, ослепли, не видите королеву? А этот альв — наш друг и союзник.
— Простите, господин, — вымолвил один из солдат. — Мы вас не узнали.
— Вытащить лодку, — приказал северянин.
Варвар подошел к немного растерявшемуся Ивону, и похлопав его по плечу, сочувственно произнес:
— На твою долю еще выпадет немало испытаний. Трунсомцы порой чрезмерно горды и высокомерны. Если услышишь какую-нибудь оскорбительную реплику — не обращай на нее внимания. Наши народы еще никогда не сражались вместе, а потому люди не в состоянии оценить достоинства новых союзников. Внешность альвов пугает людей…
— Я понимаю, — кивнул головой валвилец. — Менхол много рассказывал мне о жителях других стран. У вас совсем другие взгляды на жизнь.
— К сожалению, — горько улыбнулся Конан.
Путешественники неторопливо направились к замку. Дорогу киммериец помнил хорошо. Однако не успели они пройти и тысячи шагов, как услышали хруст веток и мужские голоса. Вскоре им навстречу выбежали Салмир, Алгар и еще два десятка воинов.
— Ваше Величество, вы живы! — радостно воскликнул командир полка, опускаясь на колено перед королевой.
Все фессалийцы последовали его примеру.
— К счастью, все обошлось благополучно, — проговорила женщина. — Наша миссия увенчалась успехом. Теперь у меня есть сильная, боеспособная армия.
— Слава великому Солару, он услышал наши молитвы, — искренне вымолвил рыцарь. — Мы очень волновались. С дикими народами следует быть осторожными.
Жестом руки волшебница позволила подданным встать. Только теперь трунсомцы заметили худощавую фигуру альва. Удивленно и настороженно воины разглядывали чужака. На лицах многих людей появилась снисходительная усмешка.
— Неужели эта зверюшка сумеет нам помочь? — вырвалось у одного из сотников.
— Я попрошу уважительно относиться к гостю и союзнику королевы! — грозно вставил Конан. — Ивон очень умный и способный альв. Он относится к касте жрецов и прекрасно владеет фессалийским языком.
Киммериец слегка подтолкнул юношу в спину. Валвилец должен показать себя, чтобы его признали и уважали. Ивон не воин, а потому альву будет достаточно проявить свои ораторские и дипломатические способности.
— Приветствую славных рыцарей Салмира и Алгара, — произнес альв. — Мы наслышаны о вашей доблести. Героическая оборона Кронхэна будет золотыми буквами вписана в летопись Трунсома. Вы сохранили верность Андарам тогда, когда большинство гаранов предали мидлэймских правителей. Для валвилцев это имеет огромное значение. Мы решили помочь королеве Селене в ее справедливой борьбе за трон. Альвы, конечно, уступают в физической силе людям, но, поверьте, мои соотечественники умеют сражаться. Ради победы они готовы пожертвовать своими жизнями.
— Достойная речь, — уважительно кивнул головой рыцарь. — Я обещаю, что никаких оскорблений вы больше не услышите. Мы уважаем и ценим союзников нашей госпожи.
Салмир метнул взгляд на сотника. Тот поспешно скрылся эа спинами товарищей, чтобы не попадаться на глаза рыцарю. За такие проступки можно лишиться и головы.
— Предлагаю поторопиться, — сказал трунсомец. — Ужин уже накрыт и остывает. Я приказал достать из подвалов форта лучшее вино.
В сопровождении воинов Салмира отряд нанравился к маленькой крепости. Форт носил название Райген и был построен дедом гарана Тариха. Старик почему-то считал, что валвилцы представляют серьезную угрозу для Фессалии, и хотел обезопасить границу провинции с Восхода. Но дальше создания двух фортов дело не пошло. Сначала не хватило денег, а когда правитель скончался, то у его сына появилась другие трудности. Тем не менее, в крепостях разместили сильные гарнизоны. Именно эти солдаты и составляли сейчас основу армии королевы.
Северянин и Салмир немного отстали. Им необходимо было обсудить некоторые вопросы наедине.
Первым начал разговор варвар.
— Сколько ополченцев вы сумели набрать? — спросил Конана.
— Чуть более трехсот человек, — ответил фессалиец.
— Негусто, — недовольно покачал головой киммериец. — Я надеялся на большее…
— Крестьяне трусливы и ленивы, — вымолвил рыцарь. — Их тяжело расшевелить. Пока Ксатлин действует мудро и ограничивается редкими сборами продуктов, иногда даже платит за коров и овец. По его личному приказу были казнены три мародера-данвилца.
— Долго он так не протянет, — усмехнулся северянин. — Накормить несколько тысяч человек очень непросто. Грабеж обязательно начнется в ближайшие дни.
— Согласен, — проговорил трунсомец. — Но к тому времени замок уже падет. Гаран держится из последних сил. Осадные машины день и ночь разрушают стены и башни. Восходная сторона вся в проломах. Противник предпринимал четыре попытки штурма. Врагов удалось отбить ценой больших потерь. Силы Тариха тают, а к Ксатлину постоянно подходят подкрепления. Еще дней пять….
— Мы ударим раньше, — заметил варвар. — Скажи лучше, что случилось у вас? Райген подвергся нападению?
— Откуда вы знаете? — удивился Салмир.
— Никогда не относитесь пренебрежительно к так называемым «диким народам», — произнес Конан. — Валвилские жрецы знают о Фессалии все, даже тайны мидлэймского дворца. Магия — страшная сила, а они преуспели в этом искусстве.
— Понятно, — вымолвил рыцарь. — Стычки произошли шесть дней назад. Полтысячи данвилцев подступили к форту и предложили нам перейти на сторону Ксатлина. Я высказался от души… Эти наглецы решили атаковать с ходу. Когда они приблизились к стенам вплотную, мои лучники начали стрелять. Ряды противника дрогнули, тогда я открыл ворота и двинул на врага свои четыре сотни.
