С другой стороны, было понятно, что государство таким образом дает дотации колхозникам. Дотации эти носили не рыночный, а патриархальный характер. Ведь горожанин не станет покупать хлеб мешками — ему просто не нужно такое количество. А колхозники, имея меньшие, чем горожане, зарплаты и пенсии, получали внерыночные дотации в свое подворье. Государство таким образом как бы расплачивалось за коллективизацию. За то, что крестьянскую землю передали из частной в коллективную собственность. Но со временем коллективная земля начала подпитывать личные подворья.
Во время перестройки ее идеологи заметили, что эффективность личных хозяйств выше, чем колхозов и совхозов. Перестройщики решили, что здесь имеет место демонстрация преимуществ частнособственнического характера труда перед коллективным. А на деле — личные подворья были лишь верхушками айсберга колхозно-совхозной собственности. Из колхозов и совхозов люди получали навоз для удобрений, зерно для корма птицы, солому для скота, иногда молодняк. Это прямые дотации. Печеный хлеб по невысоким ценам — косвенные дотации, хлеб, сданный государству колхозниками, потом возвращался на их подворья в виде того холщового мешка, с которым посылала меня бабушка в магазин.
А когда исчезли эти скрытые дотации, стало понятно, что нельзя структуру сельского хозяйства СССР рассматривать раздельно, отделяя колхозы и совхозы от личных подворий. Это был единый хозяйственный комплекс. И чтобы понять реальную эффективность колхоза, надо рассматривать его экономику путем сложения прибыли колхоза и личных подворий. Поэтому сельское хозяйство после ликвидации колхозов и совхозов много утратило. Ликвидировано подножье, на котором базировались и личные хозяйства. Беру первый попавшийся пример — бывший руководитель колхоза имени XXI съезда КПСС в селе Виноградово, Херсонской области, А.Т. Малевский рассказывает, что в его колхозе было 25 тысяч голов овец, а у населения — 4,5 тысячи. Вместе сдавали государству — 92 тонны шерсти. После ликвидации колхоза у населения осталось не более 100 голов овец. В 45 раз меньше, чем при Союзе! И таких примеров — масса!
Нельзя забывать, что территория СССР, исходя из климатических условий, гораздо менее благоприятна для сельского хозяйства, чем территория США и Западной Европы. А значит, структура сельского хозяйства нашей страны не могла, без ущерба для себя, копировать структуру аграрного комплекса западных стран. Кстати, структура сельского хозяйства дореволюционной России тоже сильно отличалась от таковой на Западе. И еще экономисты XIX века, например А.Н. Энгельгардт, доказали абсурдность использования в России принципов фермерского землепользования.
Кроме того, экономика западных стран датировалась путем ограбления колониальных окраин. СССР, наоборот, дотировал свои окраины. Огромные деньги шли на создание инфраструктуры Прибалтики, Кавказа, Казахстана и Средней Азии — в основном за счет славянских республик. Самый красноречивый пример — Байконур, лучший космодром мира, который сейчас принадлежит Казахстану.
Но и не это главное. Для того чтобы непредвзято оценить экономику СССР, надо сравнить стартовые позиции. Так вот — царская Россия, отставала от развитых западных стран гораздо больше, чем СССР, отставала как по производству валового продукта, так и по уровню жизни людей. И Советский Союз с каждым годом сокращал этот разрыв.
И еще один момент. Маленькие страны, типа Исландии или Бельгии, могут себе позволить чисто символическую армию. И это понятно, сколько бы ни тратила Исландия с населением 300 тысяч человек на оборону — ее территория все равно будет беззащитной перед любым мало-мальски серьезным вторжением. Вопросы безопасности такие страны могут решать лишь посредством внешней политики, поручив обеспечение своей обороны какой-то из великих держав. А вот великие державы (как и страны, находящиеся в зоне локальных конфликтов) вынуждены тратиться на оборону, иначе вместо своей им придется кормить чужую армию.
И если мы рассмотрим структуру Варшавского блока в сравнении с НАТО, то увидим, что в Варшавском блоке из великих держав был только СССР, остальные страны мало что добавляли к его мощи. А вот в НАТО принимали участие не только США, но и такие гиганты, как ФРГ с Великобританией, плюс много других экономически сильных государств. То есть те страны, которые почти на равных могли состязаться с царской Россией. И то, что СССР, по сути, в одиночку противостоял объединенной мощи ведущих держав мира и постоянно сокращал экономическое отставание, доставшееся в наследство от царской России, — показывает эффективность советской экономики.
Этот важный внешнеполитический момент надо обязательно учитывать, анализируя экономику Советского Союза, в том числе такой ее феномен, как пресловутый дефицит на некоторые товары.
И, как показали события последних лет, у Советского государства не было возможности выйти из противостояния с Западом при помощи дипломатии. Антисоветизм оказался лишь прикрытием, под которым западный мир вел вековечную борьбу со славянством и православием. То есть лозунгом борьбы с социализмом прикрывали борьбу со славянскими и другими народами традиционной, не либеральной культуры. И когда республики разрушенного СССР отказались от социализма, ничего не изменилось. Теперь пытаются уничтожить Россию…
Итак, мы видим, что: а) внешнеполитическое противостояние было существенным фактором, мешающим правительству направить больше ресурсов на повышение благосостояния населения; б) руководство СССР не могло выйти из этого противостояния, ибо Запад боролся не со строем, а с народом нашей страны.
Нельзя забывать и последствия разрухи в результате двух мировых войн, гражданской войны, а по сути интервенции Запада. Справляться с такой разрухой нам приходилось самим. Никакой план Маршалла нам не помогал.
И еще, нельзя забывать, что наш уровень жизни мы всегда сравнивали с десятком самых богатых стран, но не с полутора сотнями остальных. Мы сравнивали себя с так называемым «золотым миллиардом», разбогатевшим на грабеже всего мира. Этим странам мы кое в чем уступали. Но относительно большинства населения планеты уровень жизни в СССР был очень высок. Мы, по сути, сравнялись с Испанией, Португалией, Грецией. То есть уже успешно соревновались с благополучными европейскими странами.
* * *
Теперь с учетом объективных трудностей, которые сказывались на благосостоянии советских людей, вернемся к собственно экономическим вопросам.
Вот небольшая зарисовка из моего советского детства — 1970-е годы.
Внезапно приезжают гости, надо срочно купить продукты, мама дает мне сумку, деньги и говорит примерно следующее:
— Сынок, надо срочно приготовить обед. Купи говядины, свинины, сала, курицу и сметану. Но не ходи в магазин, нет времени, там может быть очередь. Купи все на рынке.
— А почему мы постоянно на рынке не покупаем, раз там без очереди? — спрашиваю я.
— Там цены выше, — отвечает мама.
Надо добавить, что жили мы в небольшом городке, на Луганщине (тогда Ворошиловградская область), Петровское называется, тысяч двадцать населения, и даже не райцентр.
В этой непритязательной сценке отражен один очень важный момент советской экономики, наглядно показывающий то, что государство, удерживая низкие цены, заботилось не о наполнении казны, а о благосостоянии народа.
Ведь в том, что касалось базовых продуктов, у советского человека, как правило, был выбор: либо потратить время, но сэкономить деньги, либо сэкономить время, но потратить деньги. Подобный феномен изредка можно наблюдать и на современных базарах. Когда тем или иным торговцам надо быстро продать товар, они немного сбрасывают цены и тут же появляется очередь. Обычно такое скопление можно наблюдать возле машины из какого-нибудь бывшего колхоза. С машины продают на 10 процентов дешевле — возле нее толпа. Не хочешь стоять — можешь в соседней торговой точке купить такой же товар — без очереди, но дороже. И само наличие очереди показывает, что немало людей готовы пожертвовать временем, для того чтобы сэкономить деньги. Но сейчас такие сценки не часто встречаются. Обычно у тех, кто хочет продать товар и «отбить» деньги побыстрее, покупают перекупщики. И продают населению по более высокой цене. А вот советские люди выбор имели — не хочешь, не стой в очереди, но плати больше.
Вот пример человека, который сам выращивал телят, — Е.И. Анненкова, впоследствии ставшего моим коллегой по украинскому парламенту. Магазинная говядина стоила 1,90 рубля за кило, а мясо теленка, откормленного на личном подворье, на молоке и яйцах, стоило 2,50 рубля за кило. Кто хотел сэкономить 60 копеек — стоял в очереди. Добавлю, что на большинство продуктов — на хлеб, крупы, картошку, морковку, капусту, маргарин, растительное масло — очередей не было и в государственной торговле.
