не навредить ей своей любовью… Я правда думал все это время, как вернуть ей ее единственное лекарство — этого прохвоста Сазерлэнда. Я верил, что он вылечит ее…
— Хреновый из вас врач, — позволил я себе вызвериться.
— Поэтому я признаю, что теперь в нашей семье врач — ты. И… прошу прощения за то утро у тебя дома. Я просто думал, что ты используешь возможности… А Робин такого не перенесет.
— Значит, понравился я вам сразу, говорите? — вздернул я бровь. Пожалуй, последний раз. На сегодня.
— Целеустремленность — одно из твоих качеств. Но подлость в них не входит.
— Знаете, сенатор, — наклонился я вперед. — Вы обрекли Робин на унижение. Это вы виноваты в том, что ее честь теперь полощет общество. Мне плевать на то, что вы думаете обо мне и какие качества для вас важны. Расхлебывать то, что произошло, придется долго. Мне, вам… Всем.
Я поднялся и направился к выходу.
Глава 19
***
Я думала, у меня сердце выпрыгнет, когда в новостном сюжете, посвященном моему делу, показали вдруг Джастиса. Не знала, чем это все кончится, но меня переполняло чувство благодарности ему. Он снова встал один против всего этого несправедливого мира, чтобы защитить меня. Я знала, что юрист не советовал говорить об истинном положении дел, что проще было бы замять все, посыпав головы пеплом и предложив Рэндольфу переговоры по мирному соглашению. Но все это претило до звезд в глазах.
Я чувствовал, как внутреннему зверю хочется вскочить и начать наворачивать круги по комнате. Сейчас Джастис изменил ход всего дела, Рэндольф обозлился до предела. А еще я увидела мельком, как в зал входит отец. И от этого меня уже тряхнуло конкретно.
Отец звонил мне, передавал через маму просьбы о встрече, но я отказывалась говорить с ним. Не чувствовала себя готовой выслушать очередной поток обвинений… А тут он вдруг появился на заседании. И что от него ждать?
Я потянулась к мобильному и решительно набрала его номер. Ответил он сразу:
— Робин, — выдохнул удивленно в трубку.
— Что ты задумал? — без приветствий напала я. — Предупреждаю — если ты что-то сделаешь с Джастисом, я никогда больше не увижусь с тобой, понял? Он — единственный, кто доверял мне, даже не зная толком! — Я вскочила с дивана и все же заметалась по комнате. — Он нашел меня, когда я сбежала в звере!..
— Робин, — вставил он, пока я сделала паузу на новый вдох, — судебное разбирательство закончено. Сазерлэнд принесет тебе извинения. Как и я. Я уже бы их принес… Давай встретимся и поговорим.
Я так и застыла, не зная, что и сказать.
— Как ты свернул разбирательство? — начала я, но тут же осадила себя: — Хотя, нет, мне это не интересно. Где Джастис?
— Мы с ним поговорили, и он уехал.
— А как же мое наказание? — опешила я. — Ведь оно должно быть. Ты при всех своих связях не мог заставить судью…
— Не мог. Тебе понадобится опекун, — вздохнул он. — Роб, прости… Я не хотел…
Я опустила трубку, тяжело сглатывая.
Опекун…
Я даже не знала, как к этому относится. Самым логичным кандидатом на него был кто-то из родителей. И я не верю, что отец отдаст эту роль. Только, как мне тогда видеться с Джастисом? А если он решит стать моим опекуном? Это ведь логично? Если я — его женщина, то, наверное, небракованные оборотни не отдают свою пару? Но, если так, то наша новая с ним жизнь начнется не по согласию выйти замуж, а по судебному предписанию!
Захотелось взвыть. Я всхлипнула, собираясь заплакать, только тут заметила, что не одна.
— Робин… — тихо позвали меня, и я вздрогнула, оборачиваясь. — Прости, дорогая… — Мать Джастиса стояла в проеме двери, тревожно глядя на меня. — Я накрыла стол, подогрела чай. Может, хочешь присоединиться?
— Хорошо, — глухо согласилась и поплелась за ней, испытывая чувство дикого стыда. Я принесла в ее тихий уютный мир с чаепитиями на веранде одни проблемы. Хотелось позвонить Джастису, но что ему сказать?
— Ты смотришь новости все утро, — улыбнулась мягко Мелисса. — Иногда нужно вернутся в реальность и посидеть в тишине сада…
— Это и есть моя реальность, — обняла себя руками.
— Нет, Робин, твоя реальность сейчас здесь, со мной. А там — это их реальность, не твоя. Присаживайся. Я булочки испекла…
— Вы серьезно? — тихо вспылила я. — Джастис там дает показания в этом шоу больших и влиятельных ублюдков, в котором ему нет места… Как и мне. Теперь меня знаю все, как неуравновешенную бракованную самку…
— Но это ведь не так, — спокойно потянулась она за чашкой.
— Да как это?!
— Ты — не неуравновешенная самка, — неожиданно твердо возразила она. — Тебе просто никто не мог помочь — не хватало ума. Но кто же в этом признается? Гораздо проще запугать, показать, кто сильней… Но к твоей реальности это не имеет никакого отношения. Ты здесь и сейчас, и тебя окружают те, кто на самом деле о тебе переживает. Это — настоящее счастье. — И она протянула мне чашку. — Так будешь булочку?
— Но у Джастиса теперь куча проблем из-за меня, — обреченно опустилась я на стул.
— У него была куча проблем без тебя, — усмехнулась она. — Мне так хотелось ему помочь! Но он, как всегда, помог себе сам. И тебе поможет. У него хватит на это ума и сил. Я не сомневаюсь в нем. И тебе тоже не стоит сомневаться, правда.
Я шумно сглотнула, расслабленно опуская плечи.
— Ну, так что? — улыбнулась она.
— Буду… булочку, — судорожно кивнула.
— Ну вот и прекрасно!
Глава 20
***
Я вышел на ступеньки здания и замер, вглядываясь в очертания города за воротами. Настроение было паршивым, но я был доволен, что смог перевести хоть часть стрелок на Сазерлэнда. Бесило, что, чтобы выиграть дело, надо посыпать голову
