пеплом и признать ее ущербность. Чертово общество Клоувенса с его нежеланием принимать кого-то, кто отличается от основной ветки эволюции! Я не знал, был ли прав в масштабе государства, но мне было плевать. Робин не виновата, что оказалась особенной. И, даже если все от нее отвернутся, я буду относится к ней, как к самому большому чуду!
— Мистер Карлайл…
Я обернулся, встречаясь глазами с типом, спустившемся на одну ступень со мной. Рыжий, в костюме, с военной выправкой — сразу видно. Морда вроде дружелюбная, но с такой же точно он меня и будет допрашивать в темной комнате.
— Я вас искал. — И он протянул руку. — Я помощник прокурора Харта, Майк Дэвис…
— Что вам нужно? — нахмурился я, не отвечая на рукопожатие. Не до прокуроров сейчас.
— Вы должны проехать со мной, — спокойно убрал он ладонь. — Дело государственной важности. Вам передавали запрос из отдела расследований?
Я не спешил отвечать. Нет, если вломить Найвитца, то можно было смело отрицать. Но тот слишком много сделал для меня в последнее время.
— Можно мне сделать звонок? — поинтересовался тише.
— Конечно, — доброжелательно улыбнулся он.
Стало неловко. И тревожно. Я вытащил мобильный и набрал Найвитца, но не успел и рта открыть, как тот оживился в трубке:
— Да, Карлайл, я уже в курсе, поздравляю!
— С чем? — насторожился я.
— Дело Робин закрыли. Ей принесут публичное извинение. Ты не знал?
— Откуда? — недовольно зашипел я в трубку, косясь на рыжего. — Я стою на ступеньках здания суда, и меня пытаются утащить в прокуратуру. Не знаешь, по какому поводу?
— А что говорят? — моментально подобрался он.
— Что мне должны были передать запрос из отдела расследований…
— Черт, я не хотел тебя сейчас грузить, — досадливо протянул он. — Думал, подождет…
— Видимо, нет, — терял я терпение.
— Езжай. А я перешлю тебе все на мобильный. Если сможешь быстро разобраться, то буду благодарен, если прикроешь…
— Я твой должник, — напряженно вздохнул я и убрал мобильный, оборачиваясь к помощнику прокурора. — К сожалению, у меня было много дел последние дни, просмотрел запрос лишь мельком. Сейчас мне пришлют файлы, я освежу ваше дело в памяти…
— Хорошо, — оживился он. — Тогда, поехали?
— Поехали, — без энтузиазма согласился я и направился вслед за ним по ступеням.
***
К вечеру я вся извелась в ожидании Джастиса. Его мать уже не старалась меня успокаивать, и я коротала время, прохаживаясь по ее саду. Успешно. Сад был шедевром ботанического искусства. Во-первых, в нем можно было просто заблудиться и потеряться. Во-вторых, на каждом квадратном метре можно было торчать подолгу, рассматривая цветы, растения, переплетения лиан и мироскопических мхов. Тут даже насекомые удивляли — многих я видела впервые. Вот это страсть и сила по ее воплощению! Когда все закончится, я обязательно попрошу Мелиссу мне тут обо всем рассказать. А пока было приятно просто тупо проваливаться в созерцание очередного куста с ярким окрасом листьев…
Когда в кармане джинс пиликнуло, я вздрогнула и дрожащими руками поднесла мобильный к лицу.
«Скоро буду».
Надо будет научить Джастиса писать более эмоциональные сообщения. Но у нас все впереди. По крайней мере, хотелось бы так думать. Мелисса просила не сомневаться в Джастисе, но для меня это значило, что нужно довериться. Очевидно, он этого заслуживал больше, чем кто-либо, но… он ведь мог выбирать. Одно дело, стать моей парой. Другое — быть обязанным сидеть со мной каждый день…
Я вздохнула и поплелась на дорожку, но заплутала между карликовыми эвкалиптами, запнулась о какой-то корешок, рухнула на камни коленями… и разревелась.
Не знаю, сколько я так сидела, упиваясь жалостью к себе. Зад еще не успел замерзнуть, когда Джастис вдруг появился из-за дерева:
— Эй…
Я вытерла слезы, запоздало сообразив, что растерла грязь с ладоней по щекам, а он присел рядом и принялся ощупывать колени:
— Болит?
— Так будет всегда! — проскулила я. — Я буду блукать в трех соснах, падать, а ты бежать мне на помощь!
— Это же эвкалипты, — усмехнулся он, продолжая осмотр. — Прекрасное будущее. Мне нравится.
— Да брось! — взвилась я. — Ай!
— Больно? — нахмурился он.
— Колено…
— Поехали к врачу, — подхватил он меня на руки.
— Нам надо поговорить! — насупилась я, пытаясь сопротивляться желанию прижаться к нему сильней. Я казалась себе растением-паразитом, на которых насмотрелась тут в саду. Да, они были даже очень ничего, красиво цвели. Но суть то от этого не менялась — они тянули соки из других!
— О чем тут говорить? — серьезно глянул он на меня. — Я буду твоим опекуном. Тебе от меня никуда не деться.
— Я не хочу от тебя никуда деваться. Но я не хочу тебя душить!
— Роб, ты многого не понимаешь. Пока что. Но для таких, как я, такой вариант невозможен… — Он уверенно нес меня по хитросплетениям тропинок к выходу из сада, и я все больше понимала, что надежно заблудилась, пытаясь сбежать от собственного страха. А единственным вариантом было довериться ему. — Я знал, что ты начнешь переживать…
— Откуда?
— Я же редкий специалист, — усмехнулся он и вышел на дорожку. — И правда могу тебя понять. Как почти человека и почти кошку. Ты — особенная. Тебе доступно чувствовать по-разному. Это — свобода, Роб.
Никогда не смотрела на свой дефект под таким углом. Вот так, для кого то — бракованный, а для кого-то особенный. Я покорно обняла его, наконец прижимаясь крепче.
— Будешь моим опекуном, да? — вздохнула ему в шею, когда он вынес меня за ворота к машине.
— Выйдешь за меня, да? — улыбнулся он, останавливаясь около двери. — Ты, кстати, можешь подумать. В отличие от твоих обычных подруг.
— Я не собиралась.
— Ну вдруг?
— Выйду. Хромая. Но выйду.
Он улыбнулся и прижался своими губами к моим. И, вроде бы, ничего особенного, но голова закружилась, а из груди послышалось довольно рычание. Но страшно больше не было — сомнения ушли.
— «Другая ты» тоже согласна, — улыбаясь, прошептал он мне в губы.
— Она у меня молодец, как оказалось, — также тихо ответила я, будто не имея права разболтать этот секрет кому-то еще.
Он осторожно усадил меня на переднее
