Я шёл по коридорам и на мгновение помедлил у двери в комнату Захры. Я прижался к ней ухом, ожидая услышать её передвижения.
Я слышал лишь тишину.
Я зашагал дальше, думая о своих шести пернатых компаньонах. Я понятия не имел, как звали птиц, когда я убил короля, так что я придумал свои имена — Эден, Соолам, За'ам, Эш, Нэхеш, Арьех.
Перед сном Арьех нравилось запрыгивать на моё плечо и каркать на её вороньем языке мне в ухо.
Вороны — и Соуриал — были всем общением, в котором я нуждался. И это означало, что мне надо выбросить из головы мысли о Захре. Иначе я рисковал снова потерять контроль, показать своё истинное лицо. И кто знает, что случится тогда?
Глава 23
Лила
Должно быть, рассвет уже почти наступил, но я до сих пор не могла уснуть. Снаружи по-прежнему бушевал шторм, дождь бил по стеклу так, словно наказывал его. Мой разум кипел от паники. Где-то в этом замке рыскал мужчина, который, возможно, убил мою сестру.
Одетая лишь в тонкую белую ночнушку, я снова подошла к окну. Я отперла его и высунула голову под дождь.
Я начала тихо ворковать, подзывая ворона и издавая щёлкающие звуки, как учил меня Финн. Я дождалась тихого карканья, затем хлопанья крыльями. Я вытянула руки, увидев, что Лудд подлетает ближе сквозь дождь. Он приземлился на моё запястье, и я сняла ещё одну крошечную записку с его лапки. Как только он улетел, я закрыла окно.
Когда я развернула сообщение, оно оказалось ещё хуже, чем предыдущее. Картинка показывала несколько женщин с перерезанными шеями. Он использовал чёрную ручку для наброска и тени, но добавил ярко-красных чернил для крови. Капли дождя на записке добавляли непреднамеренный эффект, будто кровь растекалась по бумаге.
Над убитыми женщинами он изобразил старательно прорисованные ангельские крылья и корону над ними. Ангел убивал женщин в Доврене. Ангел убил слуг… ангел с короной. Самаэль, король-узурпатор.
А на обороте я нашла ещё одну картинку. Это был прекрасно изображённый портрет меня… и я рассекала мечом ещё одну пару ангельских крыльев. На сей раз корона лежала на земле в луже крови.
Я осмотрела письмо и нашла подпись Финна в виде ворона внизу. С комом в горле я скомкала ужасный рисунок в кулаке. Посыл был ясен. Самаэль убил слуг, и мне нужно свершить такую же месть над ним.
Я подошла к очагу и бросила туда рисунок, наблюдая, как он сгорает.
Больше всего мне хотелось поговорить с Финном лично. Я хотела знать, что ещё ему известно. Слышал ли он конкретно об Элис? Знал ли он о её смерти, жива ли она? Я поспешила найти плащ.
У меня не только были вопросы к Финну, но и мне надо было передать весточку Свободному Народу. Кто-то должен был их предупредить.
Второй раз за ночь я выбралась через тёмный проход. Я не собиралась выжидать ещё один день, чтобы ангелы получили преимущество. И я не сомневалась, что солнце скоро встанет.
Я найду Финна в мюзик-холле. Он сможет передать сообщение Свободному Народу, узнать больше о слугах. Закутавшись в плащ, я снова прокралась через оружейную под покровом ночи. На сей раз там было темно и тихо. Я открыла окно в дальнем конце комнаты и стала спускаться по стене. Чёртов дождь не прекращался, и удержаться было сложно. Но оказавшись примерно в двух метрах над землёй, я просто разжала хватку и спрыгнула на мягкую траву. Штормовые небеса уже немного светлели от поднимающегося солнца.
Пока дождь хлестал по мне, я направилась к первой стене — к той, в которой были открытые арки. Чтобы выбраться отсюда незамеченной, мне придётся вскарабкаться по наружной стене.
Украдкой шагая по траве, я покрепче закуталась в плащ. Из открытой арки я обернулась на замок, возвышавшийся над холмом. В некоторых окнах мерцал свет.
Я повернулась к наружной стене и посмотрела вверх, где она вздымалась к небу. Затем я начала отыскивать пальцами маленькие щёлочки в камне и стискивала зубы, потому что от дождя камни сделались скользкими.
Но прежде чем я успела оторваться от земли, моё сердце пропустило удар, дыхание замерло. Как будто моё тело узнало, что что-то не так, ещё до того, как сообразил мой разум. А потом я поняла, в чём дело.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Запах железа и сладких фруктов доносился до меня сзади, и по земле и камням струилась тёмная магия.
Моё тело застыло, когда я услышала тихие шаги по траве.
Повернув голову, чтобы посмотреть, я увидела едва заметные очертания фигуры в плаще, шагавшей в мою сторону. Я сразу же узнала его чеканную и быструю походку. Его движения указывали на сдерживаемую жестокость.
Я ни за что не поднимусь по стене достаточно быстро. Да и вообще, он наверняка попросту расправит крылья. Так что я повернулась к нему лицом и посмотрела в его серые глаза.
На мгновение мой разум просто опустел, когда я взглянула в его лицо, скрытое тенями. Между его тёмными бровями пролегла складка. Он выглядел… озадаченным. Я ощутила, как прилив его электризующей силы согревает меня.
Когда он завёл руку за мою голову, я задрожала. Он сдёрнул капюшон моего плаща. Холодный дождь стал хлестать меня по лицу, и моё дыхание участилось.
Его лицо выражало смятение, но я чувствовала, что он оценивает меня, взвешивает, решает, достойна ли я.
Ледяной дождь стекал по моей коже. Когда молния расколола небо позади меня, я мельком увидела его острые скулы и длинные чёрные ресницы.
Что, бл*дь, он вообще здесь делает? Почему он рыскал по двору перед рассветом?
— Разве я не говорил тебе не предавать меня? — его голос звучал холодным и отрешённым.
— Я испугалась, — сказала я. — До меня дошли слухи, что вы убили женщин, работавших на вас. Я волновалась, что вы сделаете то же самое со мной. Я подумала, может, я разозлила вас всем, что случилось сегодня. Так что я подумала, что лучше будет уйти.
Очередной проблеск непонимания промелькнул в его глазах. Словно он не мог прочесть меня.
— Мне плевать, что ты напилась, — его голос напоминал низкий звон колокола, дрожью пронёсшийся по моему телу. — Но мне не будет плевать, если ты меня предашь.
— Но как я должна вам доверять?
Он нахмурился.
— Тебе не нужно мне доверять. Ты боишься меня. Этого должно быть достаточно.
И он прав — я его боялась. Это инстинкт. Так как, чёрт возьми, я должна его соблазнить?
Мне также сложно было прочесть Самаэля. Но рысканье по двору ночью указывало на беспокойный разум, может, даже на одиночество. Вероятно, можно начать с этого.
Я широко раскрыла глаза и обняла себя за плечи.
— Я боялась, что в моей комнате водятся призраки. Я слышала про двух маленьких принцев, которых давным-давно убил безумный король. И я уверена, что слышала их крики и видела их призраков в своей комнате. Я проснулась и увидела большие голубые глаза двух маленьких светловолосых детей, одетых в чёрное и грустно смотрящих на меня, и у них на шеях была кровь, — я так увлеклась этой ужасной историей, что забыла, как это должно привести к соблазнению.
Он склонил голову набок.
— Тебе привиделся яркий сон?
Я пожала плечами и на мгновение прикоснулась к его плечу. Мне показалось, что он вздрогнул от контакта.
— Ну, я не знаю, сон это был или реальность, — сказала я. — Я знаю лишь то, что в той комнате водятся призраки. И может, если я буду спать, я могла бы поспать в вашей комнате. Кажется, вы в состоянии защитить меня от призраков.
— Призраков не существует. И даже если бы они существовали, не их тебе нужно бояться, — он позволил угрозе повиснуть в воздухе.
— Ну, а я в них верю, — и я верила. Вроде как. В конце концов, я почувствовала там дух Вороньего Короля. — Многие альбийцы в них верят. И они могут полностью свести с ума. Так что, думаю, мне будет лучше в вашей комнате. И разве вы не чувствуете себя одиноким?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Он нахмурил лоб.
— Нет.
— Не уверена, что я верю вам, — странно, но это было правдой.
Он отодвинулся на меня.
— Ты можешь в какой-то момент сыграть важную роль, Захра. Так что, возможно, мне лучше лично присмотреть за тобой. С этих пор ты будешь жить в моей комнате.
