— Бонни, если вы сейчас же не прекратите, меня стошнит на одного из вас, — слыша причмокивания во время их поцелуя, я брезгливо говорю, а в ответ слышу смешок рядом сидящего мужчины, который находит мою реплику забавной.
— Нила, не хочешь оставить их наедине? Может мы с тобой отправимся в другое место? — он всё продолжает свои убогие попытки флирта.
— Даже и не подумаю, — продолжая сверлить разгневанным взглядом Бонни, которая, к счастью, прекращает целоваться с мужчиной и смущённо хихикает, я складывая руки на груди, тем самым намекая, что мне неприятно здесь находиться.
— Ты так и не хочешь идти на контакт, злюка. Ты всегда такая закрытая с новыми людьми?
— Я тебе не дверь, чтобы быть закрытой, — я парирую, продолжая свирепо глядеть на Бонни, которая этого не замечает, и стараюсь как можно дальше отодвинуться от столь назойливой персоны.
— Знаешь, я с детства привык получать всё, что хочу, — он самоуверенно заявляет с обольстительной ухмылкой на лице, а я с отвращением на него смотрю, ибо его намёки для меня предельно ясны. Он кладёт локоть на стол и начинает почёсывать свою щетину, томно глядя на меня.
— Уверена, ты всегда был звездой песочницы.
— Верно, — продолжая улыбаться, он ближе пододвигается ко мне. — И чем дольше ты строишь из себя недотрогу, тем сильнее ты мне нравишься, — уже более серьезным тоном он добавляет, из-за чего я невольно напрягаюсь и гневаюсь на не шутку, ибо на дух не переношу, когда меня называют «недотрогой». Если я кому-то отказываю, это не значит, что я хочу, чтобы меня, неприступную, добивались. Это значит, что я хочу, чтобы меня перестали донимать убогими комплиментами и несуразными попытками соблазнить. Нет значит нет. Пора бы мужчинам это, наконец, запомнить. Но внезапно он нежно берёт одной рукой моё лицо и поворачивает его к себе, намереваясь что-то сделать или сказать. И только я замахиваюсь, чтобы вырвать своё лицо из захвата и ударить его, как меня кто-то опережает и нажимает на болевые точки на руке этого ловеласа, из-за чего он начинает шипеть, а я с облегчением выдыхаю.
— За руками следи, педофил херов, — слышится чей-то до боли знакомый голос.
Александр резко и по-хамски вытаскивает меня из-за стола, сверля мужчину недовольным взглядом, а затем сгребает в охапку поражённую Бонни, которая не сводит неморгающий взгляд с рядом стоящего Брайана, которому я практически час назад написала, чтобы он приехал и забрал нас. Я уже собираюсь возмутиться, какого чёрта он так долго ехал, и что тут делает Кинг, как вдруг я замечаю каким потерянным взглядом он смотрит то на Бонни, то на мужчину, с которым она обжималась. Что-то для себя решив, он в мгновение ока разворачивается и уходит. Бонни всего секунду медлит, а затем срывается с места и бежит следом за ним, как в какой-то сопливой мелодраме, что повергает меня в недоумение и шок. Какого вообще чёрта Брайан так реагирует на происходящее? У него есть своя девушка, так какое ему дело до попыток Бонни наладить свою личную жизнь? Терпеть не могу драмы, которые разворачиваются на пустом месте.
— Даже и не спрашивай, — замечая мой негодующий взгляд, говорит Кинг и жестом указывает на выход. Мы молча выходим из заведения, оставляя двух рассерженных мужчин позади. И с каждым сделанным шагом я всё сильнее и сильнее сожалею о том, что не отобрала и не разбила все алкогольные напитки, которые этот ублюдок заказал Бонни, ибо она находится в неадекватном состоянии.
— Да бог ты мой, — я обременено вздыхаю и подбегаю к машине Брайана, в которую так настырно и нелепо ломится пьяная Бонни, дабы уладить их отношения. Но в таком состоянии она способна их только усложнить.
— Нет, Нила, ты не понимаешь. Я должна объясниться, — она отмахивается от меня, как от назойливой мухи, и открывает дверь шире, чтобы попасть в салон автомобиля. Но меня это не останавливает. Я пытаюсь образумить пьяную девушку и отвести её в сторону, дабы она пришла в чувства, но у меня ничего не выходит. Поэтому я бросаю злобный взгляд в сторону бесстрастного Александра, который будто не замечает ничего вокруг себя.
— Ох, ну и помощничек из тебя, — я ядовито шиплю в его сторону, а он лишь с самодовольной улыбкой пожимает плечами.
— Я даже и не подумаю помогать этой, — он пренебрежительным кивком головы указывает на Бонни, которая отталкивает меня и в конечном итоге залезает в машину.
— Она пьяная. Помоги мне довезти её домой, пока она ничего не натворила и ещё больше не опозорилась, — я прямо прошу его о помощи, но в ответ он мне отказывает, что повергает меня в шок. Таких высот хамства я ещё не видела. — Благодарю за помощь, а теперь иди нахер отсюда.
Поверить не могу, что я практически простила этого человека за его выходку с поцелуем. Поскольку помощи от него можно и не ждать, я самостоятельно пытаюсь достать из салона автомобиля Бонни, которая теперь в добавок ко всему ещё и плачет. Я даже вообразить себе не могла, что Брайан доведёт её до слёз. Или же виной всему алкоголь? На секунду я думаю, что мои попытки вытащить её из машины увенчаются успехом, но моя феноменальная слабость и опьянённое тело Бонни берут своё, и она с болезненным шумом валится с ног прямо на асфальт, разбивая свои колени в кровь. Хныча от боли, она пытается встать самостоятельно. Однако у неё ничего не выходит, потому я стараюсь поднять её из всех своих мизерных сил. В конце концов, она с огромным трудом принимает вертикальное положение, но моей заслуги в этом нет никакой, поскольку подняться на ноги ей помогает Кинг, у которого, судя по всему, проснулась совесть. Я удивлённо глазею на Александра, когда вижу, как он берёт её на руки и несёт к себе в машину, ведь Бонни находится почти в бессознательном состоянии.
— Садись с ней и следи за тем, чтобы она не обблевала мои сиденья, — укладывая её на заднее сиденье, говорит мне Кинг, а я смотрю в сторону Брайана, который выскочил из машины как только Бонни упала. — Нила, ты меня слышишь вообще?! — недовольно кричит на меня Александр, дабы привлечь моё внимание.
— Слышу, не глухая, — я раздражённо отвечаю ему и, когда сажусь на заднее сиденье его автомобиля, думаю над тем, как положить Бонни, которая сейчас в полной отключке, чтобы её не укачало по дороге. Но в голову ничего не приходит, поэтому я просто кладу её голову себе на колени, надеясь, что её не стошнит прямо на меня. В то время как Кинг и Брайан что-то между собой обсуждают на улице, я достаю телефон девушки из сумки и разблокирываю его с помощью её большого пальца. Чтобы найти её домашний адрес в карте, много времени не уходит, поэтому, когда Александр садиться в автомобиль, я диктую ему адрес девушки. Но в ответ я слышу лишь смешок.
— Ты серьёзно собираешься привезти её домой в таком состоянии? — выезжая на дорогу, с улыбкой спрашивает Кинг. — Её родители изверги. Если они увидят её пьяную, они сперва запрут её в подвале на неделю, а потом отправят в пансионат для проблемных детей, при этом заявив, что она им больше не дочь, — он говорит, а я закатываю глаза, раздражаясь из-за того, что он преувеличивает действительность. Но когда я перевожу взгляд со спящей Бонни на него, я понимаю, что он говорит абсолютно серьёзно, что повергает меня в лёгкий шок. Неужели родители девушки способны на такое?
— Куда ты едешь?
— Брайан сказал, что ваши родители в командировке, так что она пробудет у вас дома до тех пор, пока не протрезвеет, — он даёт мне ответ, после чего, минуту поразмыслив, спрашивает. — Как много она выпила?
— Три коктейля.
— Три? — он в недоумении переспрашивает. — Её всего от трёх коктейлей отключило?
— Ну да… — я с неким беспокойством протягиваю, ибо замечаю тревогу в голосе парня.
— Они вам их заказали?
— Да, — от расспросов Кинга я невольно начинаю задаваться вопросом — а всё ли было в порядке с принесенными напитками. И мне становиться дурно от одной лишь мысли, что нас с ней хотели опоить, а затем…
— Ты пила, что они для вас заказывали? — он продолжает задавать вопросы, отчего мне становиться поистине тревожно.
