— О, господи!
— Что такое, Брюс?
— Смотри!
В ста ярдах вверх по дороге, прижавшись к обочине, стояла колонна из шести машин. Первые пять были мощные армейские грузовики с брезентовым верхом, выкрашенные в тускло-оливковый цвет, шестая — яркий желто-красный бензовоз с эмблемой компании «Шелл» на цистерне. К ведущему грузовику была прицеплена приземистая противотанковая пушка на резиновом ходу с высоко задранным вверх стволом. Вокруг грузовиков суетилось множество африканцев в форме различных армий. Все были вооружены, некоторые современным автоматическим оружием, некоторые давно снятыми с вооружения ружьями. Одни мочились на дорогу, другие стояли группками и разговаривали.
— Генерал Мозес!
— Вниз! — Брюс правой рукой спихнул ее на пол. Он вдавил педаль газа, и машина, буксуя задними колесами в пыли на обочине, вырвалась на главную дорогу. Выйдя из заноса, Брюс взглянул в зеркало. Среди бандитов началось суматошное движение. Сквозь шум мотора Брюс даже услышал их крики. Впереди, примерно в ста ярдах, был спасительный поворот к дамбе. Шерман встала на колени и попыталась посмотреть назад через спинку сидения.
— На пол! — Брюс грубо пригнул вниз ее голову. По обочине рядом с автомобилем вдруг пробежала линия пыльных фонтанчиков, и Брюс услышал захлебывающийся звук пулемета. Всего несколько мгновений до поворота. Внезапно машина сотряслась от серии ударов. Лобовое стекло покрылось трещинами, разлетелись часы на приборном щитке, густо осыпав голову Шерман осколками. Две пули пробили спинку сидения, выбив сухую траву, как внутренности из раненного зверя.
— Закрой глаза! — закричал Брюс и ударил кулаком по лобовому стеклу. Прищурив глаза от летящих осколков, он сумел рассмотреть в пробитое отверстие дорогу. Он вывернул руль, юзом вошел в поворот и, едва не сорвавшись в кювет, вылетел к дамбе.
— Шерман, с тобой все в порядке?
— Да. А с тобой? — она поднялась на сиденье, одна щека была поцарапана осколком стекла, испуганные глаза заполнили все лицо.
— Я могу только молиться, чтобы у Боуссье и Хэндри все было готово к отъезду. Мы обогнали этих ублюдков всего минут на пять. Они промчались по дамбе со скоростью восемьдесят миль в час и влетели на главную улицу городка. Брюс все время подавал тревожные гудки.
— Господи, сделай так, чтобы они были готовы. С облегчением он увидел, что улица пуста, а в отеле, похоже никого нет. Он, продолжая сигналить и поднимая огромное облако пыли из-под колес, помчался на станцию. Заложив крутой вираж, он обогнул здание станции и выехал на перрон. Большинство беженцев стояло рядом с поездом. Сам Боуссье вместе с женой стоял с другими женщинами у последней платформы. Брюс открыл окно и закричал.
— Сажайте всех на поезд! Меня догоняют бандиты! Мы уезжаем немедленно. Гражданские и военные стали торопливо занимать места. Брюс, не переставая кричать, поехал дальше по платформе.
— Все на поезд! Бога ради, быстрее! Они идут. Он затормозил у кабины локомотива и закричал машинисту:
— Поехали! Не теряйте ни секунды. Выжмите из него все, что возможно. Нас преследуют бандиты. Голова машиниста скрылась в кабине даже без обычного ответа: «Да, месье».
— Скорее, Шерман, — Он вытащил ее из машины. Вместе они подбежали к одному из крытых вагонов, и Брюс посадил ее на лестницу. В этот момент поезд дернулся так сильно, что Шерман отцепилась от поручней и она упала на Брюса. Он не был готов, и они оба повалились на пыльный бетон. Мимо них, набирая скорость, шел поезд. Брюс вспомнил детский кошмарный сон, в котором он бежал за поездом, но никак не мог догнать его. Он с трудом поборол в себе панику и поднял Шерман на ноги. Долгое мгновение они стояли, обнявшись, на платформе, а мимо них со все ускоряющим стуком колес несся состав.
— Беги! — прохрипел он. — Беги! Ему удалось схватиться за поручень второго вагона. Он повис на нем, удерживая Шерман за талию. Из двери показалась рука сержанта Раффараро, схватила Шерман за шиворот, и легко, как котенка, втащила ее в вагон. Затем он высунулся второй раз.
— Если будете продолжать так вести себя, босс, мы вас точно когда-нибудь потеряем.
— Прости меня, Брюс, — она прижалась к нему.
— Все в порядке, — он улыбнулся. — А сейчас, пожалуйста, иди в купе и оставайся там, пока я не разрешу тебе выйти. Поняла?
— Да, Брюс.
— Иди, — он повернулся к Раффи. — На крышу, сержант. Сейчас начнется фейерверк. У этих ублюдков есть орудие, а мы будем находиться в прямой видимости от города до самой вершины холма. Когда они залезли на крышу, поезд уже вышел из города и начинал входить в свой первый, по пути наверх поворот. Солнце уже встало над горизонтом, туман рассеялся и они могли наблюдать за всем, происходящим внизу. Колонна генерала Мозеса проехала по дамбе и вошла на главную улицу. Первый грузовик резко повернул и встал поперек улицы. Из-под брезента высыпали люди и быстро принялись разворачивать орудие.
— Надеюсь, что эти арабы не слишком хорошо обучены управляться с этой штукой, — прорычал Раффи.
— Скоро узнаем, — Брюс осмотрел поезд. В последней платформе среди своих женщин сидел Боуссье. Он выглядел, как старый седовласый колли среди своих овец. У стальных стен платформы, пригнувшись сидели Андре де Сурье и человек двенадцать жандармов. Во второй платформе жандармы также готовились к бою.
— Чего вы ждете? — заорал Раффи. — Начинайте стрелять, достаньте вы эту пушку! Они открыли беспорядочную стрельбу, чуть погодя к винтовкам присоединились пулеметы. Каска Андре после каждой очереди налезала ему на глаза, и он вынужден был прекращать огонь и поправлять ее. С крыши первого вагона раздавались короткие очереди винтовки Вэлли Хендри. Бандиты отбежали от орудия, один из них остался валяться на дороге, но за щитком остались люди. Брюс видел их каски. Вдруг из ствола пушки вырвалась струя белого дыма, и над поездом с присвистом крыльев взлетающего фазана пролетел снаряд.
— Высоко! — крикнул Раффи.
— Низко! — следующий взорвался среди деревьев значительно ниже поезда.
— Третий вобьют точно в горло, — сказал Брюс. Снаряд ударил в конец поезда. Это был бронебойный, поэтому никакого взрыва не последовало, только звук удара и толчок. Брюс попытался оценить повреждения. Люди на задних платформах выглядели потрясенными, но невредимыми. Вздох облегчения в горле Брюса сменился выдохом ужаса, когда он понял, что произошло.
— Они попали в сцепку! Они разбили сцепку последнего вагона. Зазор между поездом и последним вагоном начал расширяться. Он покатился вниз под уклон, отделенный от поезда, как хвост от тела ящерицы.
