Затем послышался тихий всплеск… и снова стало тихо.
Тело «Гастона Макса» погрузилось в воду.
По дороге в гараж я напряженно размышлял, пытаясь понять, кто такой человек со шрамом. Не мог ли он быть «Скорпионом»? Я не мог это утверждать, но надеялся, что очень скоро это выяснится.
Рассчитавшись с хозяйкой меблированных комнат и забрав все свои бумаги и пожитки, я сложил значительную часть своей одежды в гараже и по телефону заказал себе комнату в гостинице, расположенной в районе Вест-Энда.
Я поставил такси в гараж, запер дверь и при свете лампы сбрил бороду и усы. Свою шоферскую одежду и кепи я оставил на крючке, где обычно их и вешал после работы, и переоделся в костюм, который держал здесь в образцовом порядке. Затем я уничтожил все метки на вещах, по которым можно было определить их владельца, потушил лампу, вышел наружу, запер за собой дверь и с саквояжем и палочкой отправился в гостиницу. Чарльз Малет перестал существовать.
ГЛАВА XIX
Я ВСТРЕЧАЮ СТАРУЮ ЗНАКОМУЮ
На углу улицы напротив заведения доктора Стюарта стоял дом, который предлагался для сдачи внаем или для продажи. Фамилия агента, занимающегося его продажей, была указана на доске объявлений. Я получил у него ключи и сделал себе дубликат ключа от парадной двери. Это было совсем несложно: слесарь вернул мне оба ключа меньше чем через полчаса. А я сообщил агенту, что дом мне не подходит.
Однако, закрыв дверь на засов, чтобы возможные покупатели не застали меня врасплох, я проводил целые дни в верхней комнате, где через окно, скрытое кронами деревьев, наблюдал за всеми, кто приходил в дом доктора Стюарта. Пока не наступали сумерки, я оставался на своем посту с хорошим биноклем в руках. Каждого пациента я внимательно рассматривал, а когда становилось темно настолько, что уже было невозможно разглядеть лица посетителей, я спускался в сад перед домом и продолжал наблюдение с нижних ветвей дерева, росшего в двадцати футах от дороги.
Через определенные промежутки времени я крадучись покидал свой пост и осматривал улочку, куда выходило открытое окно приемной доктора. От улочки ответвлялась тропинка, которая вела к черному ходу; с нее можно было заглянуть в огромное распахнутое окно кабинета, выходившее на лужайку. Во время одного из таких обходов, когда я смотрел через щель в живой изгороди, я услышал телефонный звонок. Доктор Стюарт был в кабинете, и я услышал его разговор.
Как я понял, его срочно вызывали в какое-то учреждение, расположенное поблизости. Я увидел, как он взял с дивана шляпу, трость и саквояж и вышел из комнаты. Затем я опять вернулся на свой пост в саду пустующего дома.
В течение некоторого времени никто не появлялся. Проходивший по улице полицейский осветил ворота нежилого дома фонариком. И его шаги замерли вдали. Затем я услышал гудение мощного мотора. Я затаил дыхание. Автомобиль приблизился, свернул на нашу дорогу, подъехал ближе… и остановился перед домом доктора Стюарта.
Я сфокусировал свой бинокль на шофере.
Это был смуглый мужчина! Черт возьми! Из машины вышла женщина. Она была одета в меха, и я не смог разглядеть ее лицо. Женщина легко поднялась по ступенькам, и ее впустили в дом.
Шофер подал машину назад, в улочку позади дома.
От волнения мое сердце учащенно забилось; я прокрался через дальние ворота, к которым вела аллея, пересек дорогу в пятидесяти ярдах от дома доктора и очень тихо подкрался к черному ходу. Оттуда, из полной темноты, я мог наблюдать за окнами, выходившими на лужайку.
Как я и ожидал, элегантная посетительница была проведена не в приемную, а в кабинет доктора. Она разговаривала, сидя ко мне спиной, с седовласой пожилой женщиной, вероятно экономкой доктора. С нетерпением я дожидался, пока пожилая женщина уйдет, и, как только это произошло, посетительница встала, повернувшись лицом к окну… Это была Зара эль-Хала!
Я с трудом сдержался, чтобы не закричать. В этот момент Зара эль-Хала достала из сумочки ключи и начала подбирать их к замкам ящиков стола!
— Итак! — сказал я себе. — Они не знают, какой именно ящик им нужен!
Внезапно она прервала свое занятие, нервно взглянула на открытое «французское» окно, затем пересекла комнату и задвинула занавеси.
Я снова прокрался на дорогу и тем же обходным путем вернулся к пустующему дому. Я на ощупь отыскал в кустах спрятанный там мотоцикл, откатил его к дальним воротам аллеи и стал ждать.
Мне была видна парадная дверь дома напротив, и я заметил доктора, возвращавшегося по дороге. Когда он показался, то откуда-то — откуда, мне так и не удалось определить, — раздался странный, ужасный вой, от которого меня пробрал озноб. Доктор Стюарт не успел еще добраться до двери своего дома, как этот звук прекратился. Я сразу понял, что из себя представляет этот ужасный вой. Кто-то предупреждал Зару эль-Хала о том, что доктор возвращается! Возможно, это делал смуглый шофер!
Теперь я по достоинству оценил предпринятые мной меры предосторожности, направленные на то, чтобы уйти из-под слежки! Конечно, наблюдатель устроился в таком месте, откуда он может хорошо видеть парадную дверь и дорогу.
Пять минут спустя девушка вышла, старая экономка закрыла за ней дверь, машина выехала из улочки, Зара эль-Хала села в нее и уехала. Я не заметил, чтобы в машине был кто-нибудь третий — ни спереди, рядом с шофером, ни сзади. Я завел свой «Индиан» и пустился в преследование.
Как я и предвидел, их путь лежал в восточном направлении, и я проезжал мимо знакомых мест. Этот большой таинственный автомобиль несся по Лондону с юго-запада на восток, а я пытался его догнать. Иногда на улицах с интенсивным движением я ненадолго терял его из вида, но затем обнаруживал снова, и в конце концов на Торговой улице я оказался от него в пятидесяти ярдах.
Прямо перед мостом через канал мне пересек дорогу пьяный матрос, и только рискованно свернув направо в улочку, кажется, Саймон-лейн, мне удалось избежать столкновения.
Черт возьми! Как же я его проклинал! Улочка была слишком узкой, чтобы я мог сразу развернуться; я спешился и выкатил мотоцикл задним ходом. Конечно, желтый автомобиль исчез, но я решил, как нечто само собой разумеющееся, что он уехал по главной улице. На опасной скорости, проклиная моряка и всех его родственников, я поехал в восточном направлении и еще раз свернул направо, на дорогу, ведущую к вест-индским докам.
Подъехав к докам и увидев, что там царит запустение и никого не видно, я понял, что пьяный негодяй мне все испортил! Я готов был сесть на грязный тротуар и разрыдаться, настолько я чувствовал себя униженным! Если Зара эль-Хала завладела конвертом, то я упустил свой единственный шанс.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
