Я ждал, пока Марманда нальет мне похлебки из баранины, неспешно хлебал горячее, Уэстефорд посматривал на меня со снисходительным любопытством. Мне он не то чтобы не понравился, но уж слишком подчеркивает свое превосходство, как будто нужно подчеркивать и без того заметную разницу между простолюдином низшего ранга и приближенным к хозяйке.
Марманда налила мне в кружку пива, я отпил половину, поднялся.
— Да, я вспомнил!.. Хозяйка велела мне явиться к ней, как только поем.
Уэстефорд нахмурился:
— Что ж ты сразу не сказал?
— О чем? — спросил я с удивлением.
— Что тебе нужно идти к хозяйке!
— Дык вы не спрашивали, — ответил я с достоинством. — Откуда я знаю, о чем вам рассказывать? Может быть, вы просто пришли на меня посмотреть! Я же красивый, да?
Он хмыкнул, не зная, как реагировать на такую дурость.
Глава 10
Я торопливо взбежал на четвертый этаж, постарался немножко захэкаться, чтобы хозяйка видела мою прыть. Уже без священного восторга пробежал через фонтанный зал и вбежал в покои верховной леди. Люстры дают оранжевый свет солнечного спектра, на каминной полке в золотых подсвечниках толстые свечи, от них не столько свет, сколько аромат, в камине полыхают крупные березовые поленья, выжигая в зале влажный воздух.
Спиной ко мне на изящном стуле женщина с зелеными волосами и предельно короткой стрижкой, что называется — под ноль, в белом платье, туго перепоясанная синим ремешком. Волосы даже не блестят, тонкая нежная шея открыта полностью, раковины ушей просвечивают от пламени свечей.
Она оглянулась, я с изумлением узнал леди Элинор. Она с удовольствием всматривалась в мое глупое лицо с вытаращенными глазами.
— Ну, что скажешь?
Я поклонился, развел руками.
— У меня нет слов…
— А все-таки?
Я пробормотал смущенно:
— Я же не знаю, над чем вы работаете, не могу сказать, насколько это важно…
Она повернулась вместе с креслом, на коленях волшебницы снова кошка, но на этот раз — с короткой шерстью, длинная, похожая на мелкую лису с головой рыси.
— Нет, как я выгляжу?
Я вздохнул, приподнял плечи и опустил.
— Ваша милость, нет на свете мужчины, что сказал бы женщине: обрежь волосы! Какие бы ни были длинные, каждый требует: отращивай ишшо! Ну такая у нас натура. Но вы, как волшебница, а не женщина, ориентируетесь не на вкусы всего лишь мужчин, а на… енто… искусство!
Она слегка поморщилась, не понравился заразе намек, что, с мужской точки зрения, она вступила ногой в коровью лепешку, поинтересовалась ядовито:
— Да, мужчины даже не стараются различать женщин. Потому такие важные для нас детали, как брошка справа или брошка слева, для вас вообще не существуют. Вот и приходится либо обрезать волосы, либо… уж не знаю, наверное, нужно попробовать вымазаться дегтем с ног до головы!
Я потоптался, спросил робко:
— Ваша милость, а не будет слишком большой наглостью с моей стороны… если это наглость, то вы простите, мы не местные, могу и ошибиться, что у вас наглость, у нас может оказаться совсем не наглостью, так и наоборот…
Она поморщилась сильнее, энергичная женщина, предпочитает короткие реплики.
— Говори!
— Но ваша милость, — напомнил я, — должна помнить, что я не по наглости, у нас это в порядке вещей…
Она топнула ногой, кошка тревожно вскинула голову и осмотрелась. Завидев меня, сощурилась и показала взглядом, что будь я мышью…
— Говори! — потребовала волшебница.
— Осмелюсь ли спросить, — сказал я робко, — на кого вы стараетесь так… в смысле кого сразить под корень, чтобы и не колыхнулся?.. Нет мужчины, что устоял бы. Так что вы стараетесь вообще для кого-то… ну, нечеловека, наверное…
Она в самом деле побагровела в гневе, но в следующий момент несколько принужденно засмеялась.
— Странные простолюдины в скрытом королевстве!.. Каковы же там хозяева, если вы такие догадливые? Надо поискать к вам тропку… Ты прав, я в самом деле стараюсь войти в дружбу с одним могучим магом. Я не знаю, где он обитает, подозреваю, что далеко на Юге. Но те пейзажи, что у него за окном, ни на что не похожи… Если это Юг, то я его представляла несколько другим. Словом, я хочу ему понравиться, ты угадал. Не для каких-то утех, для этого мне достаточно и конюхов, но само общение с мудрым и могучим человеком наполняет меня восторгом.
Не сгоняя кошки, она дотянулась до стола. Я успел увидеть там шар размером с крупное яблоко, показалось, что мыльный пузырь, настолько легким и прозрачно-цветным выглядит, в глубине плавают снежинки в растворе дегтя.
На ее ладони он переливался нежными красками, волшебница вглядывалась в него с жадной тоской.
— Видишь, — произнесла она, — вот одна из вещиц, что попадается в древних городах. Не скажу, что часто, но уже известны около двадцати подобных. Все они одинаковы. Все показывают одно и то же… Хотя есть сведения, что иногда в этих шарах появляются совсем другие изображения. Страшные, жуткие, пророческие!
Я всматривался, но для меня ассоциации после снежинок в дегте сместились в сторону вида открытого космоса где-то в богатом звездном скоплении. Волшебница внимательно следила за моим лицом.
— Что скажешь?
— Можно мне подержать в руке? — спросил я. — Я не уроню.
Она усмехнулась:
— Его не разбить даже молотом. Иначе бы не уцелели, пролежав века под грудами развалин…
Я бережно взял шар, он казался невесомым и напомнил елочную игрушку, неразукрашенную, с сюрпризом внутри, только и сюрприз непонятен, и как открыть — забыто или потеряно. Всмотрелся, звезд в самом деле многовато, гравитация неминуемо стянула бы все в одну точку, а там бы… Вздрогнул, светящиеся звездочки сдвинулись и медленно устремились к некому центру. Именно медленно устремились, ибо при всей улиточной скорости, едва заметной глазу, я понимал, сколько тысяч километров проходят в каждую секунду и что скорость эта растет не то в арифметической, не то в геометрической, а то и вообще по экспоненте…
— Назад! — вырвалось у меня. — Все взад!
Звездочки остановились и так же медленно поползли обратно. Волшебница с силой вырвала у меня шар, откинулась с ним к спинке кресла. Испуганная кошка соскочила с колен и остановилась неподалеку, хвост трубой, в желтых глазах злоба. В глазах леди Элинор тоже огонь, верхняя губа приподнялась, обнажая острые зубы. Я уставился на нее удивленно, а она быстро переводила взгляд с шара на меня и обратно.
— У тебя… получилось!
— Что? — спросил я тупенько.
— Ты заставил это… слушаться!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
