Читаем без скачивания Взгляд кролика - Кэндзиро Хайтани

— Вот как, — сказала Котани-сэнсей. Эти новости ужасно ее обрадовали.

Когда она зашла к Минако в комнату, она увидела, что та лежит на матрасике-футоне, а Джунъичи и Мичико, устроившись рядом прямо на полу, делают из бумаги фигурки-оригами. Уже готовые фигурки они отдают Минако, и она раскладывает их у себя на подушке.

— Джунъичи-кун, Мичико-тян! Спасибо!

— Сэнсей! — дети вскочили на ноги.

— Минако-тян, как ты? — спросила Котани-сэнсей. Минако тут же засмеялась, встала со своего матрасика и, приблизившись к учительнице, взяла ее за руку.

— Минако-тян! Да у тебя же температура!

— Знаете, сэнсей, на таких детях, — сказала мама Минако, — температура не особо сказывается. Им что тридцать шесть, что тридцать восемь, что тридцать девять — все одно.

— Минако-тян такая же, как всегда, — сказала Мичико.

— Я понимаю. Но все равно ей сейчас нельзя слишком много играть, а то она устанет. Поэтому вы еще немножко поиграйте, и домой. Ладно?

Котани-сэнсей не давала покоя мысль о том, что совсем скоро этим детям предстоит пережить разлуку. "Все это по моей вине, — думала она. — Я очень жестоко с ними поступила". Этой ночью ей приснился странный сон.

Берег моря, коралловый риф. Вдалеке видны белые барашки волн. Море набегает на берег и откатывается с тихим звуком, напоминающим шелест стрекозиных крыльев. Омытый волнами, подрагивает влажный белый песок. Колышется море, темно-синее, как девичьи глаза, ласковые и бездонные. Зеленые плети вьюнка дотянулись до песчаного пляжа, их миниатюрные розовые горны задорно трубят прямо в чистое голубое небо.

Где же это я? Вот два маленьких красных краба побежали по песку. Скорее за ними. Эй, обманывать нехорошо! Минако-тян и Тэцудзо-тян, я же вижу, что это вы превратились в крабов. Думали меня обмануть? А я вас раскусила! Эй, стойте! Куда же вы? От бега длинные волосы разметались, летят по ветру. Эй, в море убегать нечестно! Сейчас я вас обгоню!

Крабики, смеясь, убегают. Ах вы, бездельники! Теперь я по-настоящему рассердилась! Не ждите пощады, все равно я вас не прощу.

Котани-сэнсей бежит вдоль моря по пляжу. Тэцудзо и Минако сидят на песке голышом и роют лунки.

Сейчас я вас поймаю, сейчас!

Минако изогнулась, вывернулась из рук, побежала. Звонко смеется на бегу. Тэцудзо раскинул руки в стороны — несется-летит, словно птица. Потом заурчал, как самолет. Дразнит учительницу.

Я же знаю, что ты умеешь говорить, маленький обманщик!

Минако смеется. Дети бегут. Котани-сэнсей тоже бежит.

Вы опять в море убегаете, безобразники! Ну давайте, я, между прочим, умею плавать! Бегите-бегите, все равно я вас догоню.

На берегу вдруг оказался дедушка Баку. Вот он сидит на камне и играет на виолончели. Дети подбегают к нему. Минако снова смеется, как колокольчик. Тэцудзо ластится к дедушке, прижимается к нему. Дедушка ласково смотрит на них, улыбается. Виолончель поет.

Почему вы все убегаете от меня? Это жестоко!

Дедушка берет детишек за руки, и они втроем идут вдоль моря.

Дедушка, стойте! Подождите! Я с вами!

Звук прибоя все сильнее и сильнее.

Постойте! Постойте же! Смотрите, какие высокие волны. Тэцудзо-тян, не уходи! Почему ты уходишь? Минако-тян, обернись, посмотри на меня! Дедушка, дедушка! Не оставляйте меня здесь! Тэцудзо-тян, Минако-тя-ан…

Котани-сэнсей заплакала. Хоть это был только сон, однако слезы у нее лились настоящие. "Этого еще не хватало, плакать из-за снов. Ну точно как маленькая девочка", — она смущенно вытерла глаза.

Наконец наступил день расставания с Минако. Все вели себя, как обычно. На большой перемене в школу пришли родители девочки и ее бабушка. Им уже пора было ехать в новую школу для того, чтобы успеть все оформить, поэтому у Минако не было времени пообедать вместе со всеми.

Родители поблагодарили учительницу, при этом мама и бабушка заплакали. Котани-сэнсей слушала их с ласковой улыбкой. Потом родители Минако поблагодарили детей.

— Не стоит благодарности! — крикнул кто-то, и все засмеялись. Котани-сэнсей облегченно вздохнула. Ей так хотелось, чтобы в этот день все было, как обычно… Она была готова расцеловать детей за этот смех.

Хотя обед уже был разложен по тарелкам, они всем классом вышли проводить Минако до ворот. Дети окружили девочку плотным кольцом. Минако была в отличном настроении, она шла своей обычной покачивающейся походкой и звонко смеялась.

— Минако такая веселая сегодня, — сказал Такеши, — хотя завтра она уже к нам в школу не придет, — в его голосе слышалось удивление.

У ворот все остановились.

— Минако-тян, до свидания!

Минако радостно засмеялась. Бабушка поклонилась несколько раз в благодарность детям и учительнице.

— Минако-тян, приходи в гости!

— Минако-тян, мы будем охранять твою машину!

— Минако-тян, до-сви-да-нья! — дружно закричали первоклашки и замахали руками.

Минако засмеялась еще громче, чем раньше. Дети стояли у ворот и махали ей вслед, пока она не скрылась из виду.

Проводив Минако, все пошли обедать.

Обычно за обедом всегда бывает шумно, но сегодня никто не шумел. Над столами повисла непривычная тишина.

— Джун-тян, что случилось? Почему ты не ешь?

Джунъичи взглянул на учительницу, как ей показалось, с немым укором. Щеки у него подрагивали. Глаза наполнились слезами. Словно силясь что-то сказать, он посмотрел на сидевшую рядом с ним Мичико, потом на Такеши и снова уставился на Котани-сэнсей.

Все произошло очень быстро, но Котани-сэнсей показалось, что прошла вечность. Она резко отвернулась, плечи ее затряслись. Всем было понятно, что учительница плачет. Это стало последней каплей. По щекам Джунъичи побежали слезы. Мичико не выдержала и громко зарыдала. Тэруе тихо всхлипывала, Такеши прятал глаза.

Дети грустно сидели и смотрели в тарелки с остывшим обедом.

Глава 16

ДОКТОР МУШИНЫХ НАУК И ЕГО ИССЛЕДОВАНИЕ

Котани-сэнсей вместе с Тэцудзо внимательно следят за тем, что творится в трех больших пробирках. Лица у обоих ужасно серьезные. Первый раз с тех пор, как началось исследование, они разошлись во мнениях…

За это время Тэцудзо здорово продвинулся вперед. Он научился отлично разбираться во всех видах и подвидах мух. Рисунки, развешанные по всему дому, красноречиво свидетельствуют о его усердии и достижениях и отражают все этапы исследования.

Вначале Котани-сэнсей и Тэцудзо разбирались с вопросами питания мух, затем занялись изучением мушиного жизненного цикла. Теперь на очереди — размножение. Им удалось уже узнать много нового о том, где

и как мухи появляются на свет. Чуть позже вы узнаете, какими полезными оказались эти знания.

Для опытов они использовали тех мух, которых держал у себя Тэцудзо. Все данные мальчик заносил в таблицы. Например, в одной таблице он фиксировал, что мясные мухи, каллифориды и саркофагиды предпочитают животную пищу; комнатные мухи любят растительную и так далее. Когда таблица была готова, выяснилось, что все не так просто. Вот, например, мясные мухи. Они ведь недаром так называются и действительно любят мясо, но при этом они за милую душу едят и древесный сок. Или вот сырная муха. Действительно ли она предпочитает всем другим продуктам сыр или нет? Котани-сэнсей и Тэцудзо провели опыт, и выяснилось, что сырные мухи на рыбу садятся так же часто, как и на сыр. Значит, хоть муха и называется сырной, ест она отнюдь не только сыр.

С жизненным циклом мух Тэцудзо разобрался довольно легко и быстро. Муха развивается из яйца во взрослое насекомое примерно за двадцать дней. Наблюдать за ней при этом не так уж сложно. Вообще-то количество дней, за которые муха проходит все стадии развития, зависит от вида, но в среднем яйцо превращается в личинку за один день. Прежде чем превратиться в куколку, личинка два раза меняет кожу — линяет. Оказалось, что личинка комнатной мухи превращается в куколку за шесть-десять дней, мясной мухи и скатофагиды — за семь-девять дней, а личинке каллифориды для превращения требуется целых двенадцать дней. Все это Тэцудзо узнал опытным путем.

Личинка превращается в куколку и зарывается в землю. Если земли нет, она зарывается во что получится. Поскольку Тэцудзо всегда держал своих мух в банках, Котани-сэнсей думала, что он не знает об этой особенности куколок. Но когда Тэцудзо в один прекрасный день отправился пополнять свою коллекцию, то он принес гораздо больше куколок, чем взрослых мух, и учительнице ничего не оставалось, как признать, что она недооценила его познания.

В результате своих наблюдений Тэцудзо выяснил, что комнатная муха вылупляется из куколки не раньше, чем на пятый, и не позже, чем на двенадцатый день. Мясные мухи, скатофагиды и домовые мухи — через двенадцать-пятнадцать дней. А каллифориды взрослеют примерно за десять дней. Самый короткий цикл у плодовых мушек дрозофил: на то, чтобы из яйца превратиться во взрослую муху, им требуется около десяти дней, в два раза меньше, чем другим видам.