Она следила за тем, чтобы Жаку всегда подавали его любимые блюда, чтобы оленина была прожарена так, как это нравится ему. Чтобы одежда мужа и его слуг всегда была чистой и опрятной, чтобы красавчик Алан, оруженосец Жака, не забывал чистить его латы и оружие, чтобы кони были здоровыми, – словом, много всяких обязанностей было у хозяйки Лявро.
Жак, как это и было положено молодому рыцарю, занимался охотой, защищал крестьян от разбойников – банд бретонских рыцарей, по давней устоявшейся привычке хозяйничавших в этих местах бургундцах и французских солдат, которых после расформировании армии в округе было несчетное количество.
По два-три раза в неделю Жак слал письма маршалу де Рэ, Рене Анжуйскому, писал герцогу Висконти в Рим, в надежде поскорее отыскать выкуп за Жанну. По вечерам вся ватага приехавших в Лявро рыцарей горланила, кто во что горазд, обсуждая, отчего король столько времени ничего не предпринимает для того, чтобы вызволить из бургундского плена своего главнокомандующего. По словам Жака, он был готов лично пойти по округе с чашей для подаяния, собирая проклятый выкуп, или штурмовать крепость, в которой содержится Дева. Но никуда не отправлялся и ничего не делал.
Анна ждала появления Жиля, который тоже почему-то не спешил к ней. Как выяснилось значительно позже, 30 ноября 1430 года Жиль де Лаваль, маршал де Рэ, женился на Екатерине де Труар.
Желая быть хорошей женой для своего рыцаря, Брунисента выискала среди бумаг Гийома ле Феррона старинную книгу «Парижский хозяин», писанную ровным почерком на твердой, пожелтевшей от времени бумаге, у которой почему-то не было переплета.
Начав читать, Брунисента прониклась исходящей от книги мудростью и даже обратилась в монастырь святого Иоанна, славившегося своими мастерами переплетчиками и художниками, умеющими рисовать на полях книг красками самые крошечные миниатюры, какие только возможно себе представить.
Те было взялись пособить новой хозяйке замка, но не сошлись в цене. За обыкновенный кожаный переплет с тиснением и золотыми застежками монахи запросили совершенно несообразную цену, и когда Брунисента была вынуждена отказаться, предложили сделать деревянный переплет. Понимая, что монахи и сами не прочь скопировать для себя книгу, Брунисента решила потянуть время, не говоря ни да, ни нет.
Тем временем она попросила пажа Жака, юного Этьена Кастра, почитать ей книгу вслух, пока сама она занимается рукоделием. Так и сделали. С разрешения мужа перед вечерней молитвой Этьен приходил в покои Брунисенты для того, чтобы почитать ей из «Парижского хозяина».
Так, благочестиво взирая на красавчика пажа, Брунисента слушала проистекающую на нее книжную мудрость, думая о том, как сделаться идеальной женой рыцаря или хотя бы походить на идеал жены, описанный в книге, идеал жены горожанина:
«Жена должна заботиться о муже, чтобы тот не покинул ее, – с выражением читал юный паж, – мужчина должен заниматься делом, забота же о доме – дело женщины».
Брунисента довольно кивнула, книжная мудрость подтверждала ее представление о счастливой жизни.
«Муж не побоится ни снега, ни дождя, ни града, если знает, что вернется в уютный дом, где его разуют у натопленного камина, омоют ноги, дадут новые штаны и башмаки», – Этьен вопросительно поднял брови. Брунисента тоже не могла уразуметь некоторых слов. С какой это стати, например, ей самой мыть ноги мужа, когда это может сделать служанка?
Этьен же печалился, что у него, хоть он и дворянин, всего одна-единственная пара штанов и один камзол, так что, если он даже вымокнет до нитки, ему придется сушить весь свой гардероб на себе, стуча зубами у камина.
«Хорошо накормят, хорошо напоят, хорошо обслужат. Обойдутся с ним по-хозяйски, уложат на чистое белье, наденут чистый колпак, хорошо укроют добрыми мехами», – тут они оба были согласны. Добрые меха кого угодно сделают веселым и счастливым. Что же касается колпака, то это, смотря на чей вкус. Жак, например, никаких колпаков отродясь не носил и носить не собирался.
«Три вещи гонят хорошего человека из его жилища: закрытый дом, дымный камин, сварливая жена. Следите, чтобы зимой в камине был хороший огонь без дыма, уложите мужа меж ваших грудей, хорошо укройте, и вы его обворожите. Летом же старайтесь, чтобы ни в вашей комнате, ни в вашей постели не было блох. От них можно избавиться шестью способами…».
Насчет очага Брунисента не волновалась, в Лявро с печными трубами все было в порядке. Что же касается грудей, между которых автор рекомендовал уложить мужа, то это ведь не каждой может подойти. У нее, у Брунисенты, например, груди большие и сочные, меж них отчего же не положить голову красавчику Жаку, а вот у Анны груди поменьше. Так что же, ей теперь не быть хорошей женой?
Разобидевшись за подругу, Брунисента на целую неделю отказалась от чтения мудрой книги, но потом снова взялась за постижение основ семейного счастья.
Оруженосец Жака
Занимаясь по хозяйству, а точнее прогуливаясь как-то по саду, держа под руку жену одного рыцаря, прибывшего для разговора с мужем, сквозь заросли цветущего шиповника Брунисента увидела Анну, беседующую с показавшимся Брунисенте знакомым молодым человеком.
Когда дамы подошли ближе, парочка заметила их, и молодой человек вдруг с проворством зайца сиганул в сторону пересохшего пруда, спрятавшись там. Тем не менее Брунисента сумела опознать в нем Алана – оруженосца мужа. Удивленная таким его поведением, она решилась расспросить обо всем Анну, но та отшучивалась и переводила разговор на другую тему.
Это было еще более подозрительно, потому что прежде Анна всегда честно делилась с подругой всем, что у нее на душе, и уж не стала бы скрывать встречу с оруженосцем, если бы это не было важным для нее.
Поразмыслив немного, Брунисента пришла к выводу, что Анна наконец-то позабыла Жиля и влюбилась в Алана. Что было очень приятным, потому как где маршал де Рэ, а где никому не известная и не особенно богатая девица Анна ле Феррон? Небо и земля.
Тем же вечером осторожно она выспросила у мужа о состоянии Алана и узнала, что тот происходит из очень хорошего рода, кроме того, его отец весьма богат, так что когда старика не станет, Алан может рассчитывать на более чем приличное наследство. Ободренная полученными сведениями Брунисента по секрету рассказала Жаку о том, что видела в саду, предположив, между прочим, что будет обидно, если столь выгодный и красивый жених не достанется Анне.
Выслушав супругу, Жак призадумался, но тут же развеселился, сказав, что лучшего жениха действительно невозможно пожелать, и пообещал лично поговорить и с Аланом и с Анной и уладить это дело. Ласково попрощавшись с супругой, он вышел из ее комнаты, оставив Брунисенту в радужных мечтах о предстоящей свадьбе.
