что не хотел быть вялым на охоте. И через неделю уже не хотел возвращаться к этим каплям, и я поддержал его. Альба говорил, что чувствует себя здоровым.
— А почему не сказал матери?
— Он говорил, что опасается гнева родителей. Но мне казалось, что принц скорее боится сглазить наступившее облегчение.
Я вздохнул.
— Ну… вот у нас и второй подозреваемый.
— С моей точки зрения, магистр и есть отравитель, — заявил Дис.
— Это возможно, но давай не будем сбрасывать со счетов и нашу первую версию?
Дис сорвался со своего места и принялся снова бродить по комнате, как зверь в клетке.
— Как бы там ни было, его нужно вытаскивать оттуда, — проговорил он. — И как можно скорее.
— А у тебя есть такие ресурсы? — спросил я.
Дис кивнул.
— Королева привела с собой всего полсотни гвардейцев. А у меня в «Черной кости» полторы сотни солдат и сотня обслуги, не считая крестьян двух примыкающих деревень, которые вообще-то тоже мои.
Я фыркнул.
— Пфф, тогда какие вопросы? Просто заходим и забираем Альбу! А потом объясняемся с королем, королевой и всеми остальными, с кем потребуется.
Дис покачал головой.
— Какой ты шустрый. Да стоит только мне подвести людей к дворцу, как все соглядатаи ее величества нарисуют спешные донесения на своих королевских досках. А через пять минут все имение засияет от порталов, из которых повалят гвардейцы и регулярные войска. И приказ им дадут совершенно конкретный — уничтожить всех. Меня — в первую очередь.
— А попросить аудиенции королевы?..
— Ты шутишь? Она винит меня в том, что сейчас ее сын умирает! Думаешь, ей захочется потратить свое драгоценное время на общение со мной? Да я лишен даже возможности узнать, как его высочество сейчас себя чувствует, не то, что увидеть кого-нибудь из них!
Я покачал головой.
— Какая-то… патовая ситуация.
— Ситуация непростая, но я не боюсь поставить все на карту и рискнуть ради жизни его высочества, — решительно заявил Дис. — Допустим, мы захватили и портального, и принца. Что нам делать дальше? Куда бежать? И достаточно ли одной только изоляции для выздоровления его высочества? Лично я не уверен.
Я задумчиво потер подбородок.
— Знаешь… Кажется, у меня есть идея, как можно получить аудиенцию королевы. А заодно определить, кто травит принца — магистр или она сама. У тебя найдется королевская доска и приличный покойник?
Дис даже поперхнулся на ровном месте от неожиданности.
— Доска и приличный покойник?
— Ну да.
— Зависит от того, в каком месте он должен быть «приличным».
— О боги, ну в смысле более-менее целый! Руки у него должны быть, понял?
— А-аа, ну это без проблем. Дело нехитрое…
Я напрягся. Он что, собирается просто так порешить кого-то?
а князь между тем продолжил:
— … Сейчас ведь зима, мертвецы на кладбище пока лежат в выдолбленных ямах, только слегка сверху их песком и щебнем присыпаем, чтобы птицы над телами не куражились.
Ух, отлегло.
— Хорошо, — кивнул я.
— Но я все равно пока не понимаю, что ты задумал.
— А вот я, кажется, понимаю, — довольно блеснул внезапно посиневшими глазами Лёха.
Я отцепил его и поставил на стол.
— Сможешь хакнуть доски соглядатаев?
— Че сделать? — упавшим голосом переспросил Лёха.
— Ну в смысле вычислить через это твое море информации пару активных досок поблизости?
— Думаю, да, — довольно уверенно заявил некромант.
— А переслать нужное сообщение?
— М-мм, — помялся Лёха. — Вот это я не знаю, не уверен. Скорее получится соединить твою доску с другими, нужными тебе. А текст ты сам напишешь.
— Вот это я и хотел от тебя услышать, — довольно улыбнулся я. — Дис, мы сможем передать шпионам сообщение. И если составим его правильно, королеве донесут содержание нашего послания, и я смогу войти во дворец, чтобы поговорить с ней.
Дис смотрел на нас, как на придурков.
— Какое еще сообщение? Королевские доски так на работают, чучело ты иноземное! А я уж было поверил, что и правда есть какой-то шанс…
— А мы тебе сейчас покажем, есть шанс или нету, — обиделся я — и за себя, и за своего приятеля, в которого этот высоколобый аристократ не поверил. — С тебя две пары досок и труп! А я пока поем.
Да уж. Не исключено, что это последний нормальный ужин в моей жизни. Или вообще последний. Потому что, если вдруг мы все-таки добьемся аудиенции, а отравителем окажется королева, она вряд ли захочет нас с Дисом выпустить оттуда живыми.
Князь добрую минуту наблюдал, как я поедаю его припасы. А потом вдруг спросил:
— А почему на аудиенцию должен пойти именно ты?
— Ну меня-то королева не подозревает в причинении вреда ее сыну.
Князь вздохнул. И вышел из охотничьего домика.
Он вернулся примерно минут через сорок, с королевскими досками в руках и в сопровождении светящегося горбуна, катившего перед собой тележку с мертвецом.
Сначала мы аккуратно разморозили труп у камина. Потом Лёха принялся его оживлять. Наконец, наш мертвый старичок начал более-менее сносно гнуть руки и ноги, и перемещаться по комнате.
Дис наблюдал за происходящим с выражением непроходящей брезгливости.
— Чего ты все нос морщишь? — спросил Лёха.
— Не будь ты приятелем его высочества, сжег бы тебя собственными руками ко всем дьяволам, — проговорил князь. — Ты хоть сам понимаешь, что творишь надругательство над вместилищем человеческой души? За такое кощунство вашего брата в прошлые века казнили.
— Хочешь казнить мертвый череп некроманта? — хмыкнул Лёха. — А это, по-твоему, не надругательство над вместилищем моей души?
— Это другое, потому что по справедливости.
— И в чем, интересно, разница?
— А это как убийство и казнь. Суть вроде одна, а смысл разный.
— То есть сжечь меня в угоду своей морально-нравственной парадигме — это нормально и, по справедливости. А что я поднял покойника для общих целей и ради благополучия принца — это кощунство? — возмутился Лёха.
— Не заводись, — нахмурился я. — Готов подсоединяться?
— Готов, — буркнул тот, и покойник, послушно вытянув руки, двинулся к лежащим на столе доскам.
— Надо будет потом здесь все благовониями окурить, что ли, — пробормотал себе под нос князь.
Покойник положил свои руки в устье, и Лёха, сверкая синими глазами, умолк,
