- Я боюсь за тебя, понимаешь? И за маму твою. Если с тобой что-то случится, она не переживет. Я прошу тебя будь осторожна! Пожалуйста.
И я пообещала не делать глупостей. Поход в клуб среди недели на пьяную вечеринку точно с рук мне не сойдет.
- Я тоже не хочу в клуб, не люблю такие вещи, - начала жаловаться Катя, моя одногруппница, когда мы стояли с подносами в очереди в столовой. - Если ты не пойдешь, я тоже. Одной мне со Стасом не справиться, а так вдвоем вроде и не страшно.
Катя достаточно скромная девчонка, этакая тургеневская барышня. Мы сошлись с ней на почве любви к произведениям Джоан Роулинг. Пока девчонки в группе читали любовные романы или паблики в социальных сетях, мы с Катей спорили о переводе легендарной поттерианы с оригинального языка на русский.
- Катюш, я не пойду. У меня смена в кофейне, - успокоила девчонку.- Вместе дадим отпор Стасу, не переживай! Сейчас пообедаем и найдем его.
До кассы оставалось всего человека два, когда сзади послышался шум, сочетающий в себе недовольные возгласы студентов и чей-то смех. Кто-то явно наглый и бесцеремонный пытался пролезть без очереди.
- Опять Черный лютует, - раздался тихий, но возмущенный голос парнишки, стоящего за мной. Маленький, щупленький, в огромных очках и прыщах по всему лицу он держал поднос полный еды. Неужели все съест? Хотя я и сама набрала первое, второе и десерт. Лопну же.
- Черный?- переспросила его.
- Ага, Черниговский со своими прихвостнями. Вечно без очереди лезут.
В этот момент очередь, испытывающая вторжение в свои стройные ряды, резко сжалась до предела. Парнишка, пошатнувшись в мою сторону, еле удержал поднос и все его содержимое на месте, но сам почти вплотную придвинулся ко мне.
- Прости, прости! Не знаю, как так вышло, меня толкнули резко. Прости, - очкарик не на шутку заволновался.
- Я смотрю, тебя так и тянет то на убогих, то на жирных! Благотворительностью занимаешься? Или просто нормальные пацаны не клюют? - за спиной парнишки выросла фигура Черниговского и , отодвинув его в сторону, заняла его место.
- А ты что ли нормальный? - и если еще с утра я хотела найти Тимура, чтобы поговорить, то сейчас мне хотелось его придушить. - Как по мне, так урод уродом!
- Так ты поэтому чуть не кончила от одного моего поцелуя? Вставляют уроды, да? - громко , с издевкой, привлекая всеобщее внимание к нашему разговору, ответил Тимур. Вот, черт! Сволочь!
- Да. Еще как! Так и заставляют меня делать самые непристойные вещи, - сказала медленно, нараспев, а сама схватила свой поднос и опрокинула его на Черниговского. - Это только самая малость, но уродам обычно нравится!
- Сука! - прошипел Тимур. Не смотря на то, что горячий чай обжигал его ноги, а суп медленно стекал в кеды, Черниговский не отводит от меня глаз и довольно улыбался. Псих!
Развернулась и быстрым шагом ушла из столовой. Сегодня я без обеда.
Правда, до нужной аудитории я так и не дошла. И всему виной Стас. Подловив меня на лестнице, он опять начал свои причитания.
- Ксюш, вот неужели ты не понимаешь!? Если мы с самого первого мероприятия не покажем, что мы единый организм, никакого уважения к нашей группе не будет.
- Стас, обещаю на официальной части отстоять честь нашей группы, а в клуб, извини, не пойду.
- На работе можно подмениться, у родителей отпроситься! Создается ощущение, что тебе просто наплевать на коллектив! - никак не унимался Стас.- Назови хоть одну вескую причину, а?
- У нее просто парень ревнивый и злой, да зайка!?- голос Черниговского возле самого уха заставил меня подпрыгнуть от неожиданности. Вот только далеко отпрыгнуть не получилось, руки Тимура вплотную прижали меня спиной к его груди. - Еще вопросы есть пацан?
- Нет, - промямлил Стас. - Ну... вы... это... Приходите вместе тогда.
- Вместе можно, да золотце?- ехидно спросил меня Тимур, прижимаясь все плотнее и плотнее.
От возмущения я проглотила язык! Вот же, баран, мало того, что опозорил меня перед Стасом, так еще и жмется ко мне с дикой силой. Так, стоп, а что это за запах?! Принюхиваюсь и понимаю, что влипла!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Да, в нужном направлении мыслишь, девочка моя! Борщ у нас теперь общий, как и подлива с гречей. Жаль, что все уже остыло! - с издевкой в голосе прошептал Тимур.
- Руки свои от меня убрал! Быстро! - не своим голосом прорычала на парня.
- Уверена? Смотри, не пожалей!
Тимур убрал руки и оттолкнул меня от себя, как ненужную и надоевшую вещь. Потом обошел меня и начал уже подниматься, как вдруг остановился и с кривой улыбкой добавил:
- Переоденься, а то от тебя воняет!
- Да пошел ты, урод! - развернувшись я побежала вниз.
В туалете, крутясь перед зеркалом в попытках очистить одежду, я впервые пропускала занятия. Обидно! Как же обидно! Моя нежно- голубая блузка и бежевые брючки безвозвратно были испорчены разводами от соуса. Сама виновата! Мало того, что выставила себя истеричкой, которая бросается едой, так еще и сейчас не знаю, как до дома добраться в таком виде. А этому психу все нипочем. На его черной одежде даже следов от борща не видно, встряхнул и пошел. А я тут мучаюсь.
Когда я вышла из уборной, пара была в самом разгаре, а потому в коридорах почти никого не было. Перебежками добралась до гардероба и, получив плащик, поскорее прикрыла им следы своего позора.
Ехать домой на автобусе в таком виде было неприлично, а потому я вызвала такси. Вот только оно где-то задерживалось. Опасаясь, что меня могут увидеть в таком виде, я решила подождать на улице. Минуя парковую зону, подошла к университетской парковке. Как и всегда, машин на ней было немного, но черная ауди Тимура сразу бросалась в глаза: чистая, блестящая и безумно дорогая. Разве обычные студенты на таких ездят? Чертов мажор! Поблизости никого не было и в мою голову пришла очередная дурацкая мысль.
Не сомневаясь, что потом я об этом пожалею, достала свою помаду и на всех глянцевых и блестящих стеклах и зеркалах написала , что Тимур - псих! Результат меня порадовал. Пастельный розовый отлично сочетался с чернотой Черниговского авто. Вред для машины минимальный, но так просто помаду салфеткой не сотрешь! Придется Тимурчику поработать! Это тебе не гречку ладошкой смахивать!
Довольная я села в такси и с чувством свершившегося возмездия поехала домой.
35. До и после
Последние несколько часов я то и дело вздрагивала от любого шороха. Моя смена заканчивалась через двадцать минут. В кофейне сегодня было немноголюдно и спокойно. А вот внутри меня нарастала тревога. Ожидание подвоха иногда хуже его самого.
Это днем я казалась себе смелой и отважной, когда разрисовывала машину Тимура. Сейчас же мне казалось подозрительным, что он до сих пор не объявился. Я была уверена, что он заявится в кофейню и что-нибудь устроит. То, что он ответит мне за дурацкую выходку, не вызывало сомнений. Я даже Реми попросила иногда выглядывать из кухни и смотреть, жива ли я еще. Он, конечно, ничего не понял, но регулярно меня проверял. Мне кажется, что за последние дни его уверенность в моем психическом здоровье немного пошатнулась. Но виду Реми не подавал. Пока. Как и не задавал лишних вопросов.
- Хей, трусишка! Тебя проводить до остановки? Я выхожу через десять минут, - Реми в очередной раз выглянул из кухни.
Мне очень хотелось согласиться. Идти одной было страшно. Но за здоровье Реми я переживала сильнее. Ему со мной нельзя. Я так и не выяснила , кто отправлял мне угрозы. Именно поэтому наедине с Реми лучше было не оставаться.
- Нет, Реми, спасибо. Я задержусь немного, - надо было срочно что-то придумать. Может Гену попросить за мной заехать. Конечно, вопросов не избежать, но сейчас они меня не так пугали. Зато при Гене Черниговский не посмеет меня и пальцем тронуть. Решено! Звоню Миронову. Как никак он в ответе за мою безопасность.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Вот только Гена был у Соболева. Дорога до кофейни заняла бы не меньше часа. Не вариант.
