свободных частиц» [см.: 116, с. 80–81]. В психологии известен так называемый эффект толпы — один и тот же человек в толпе поддается панике гораздо легче, чем вне ее. Рассмотрение примеров из разных областей можно было бы продолжить, но ясен вывод: между элементом и системой имеет место взаимодействие, активной стороной которого выступает детерминация. Она может быть названа системной.
Системная детерминация выступает как взаимная детерминация, поскольку элемент также определяет, в некотором отношении детерминирует, поведение системы. Изменение или перемещение (изменение положения) элементов изменяет качество материального объекта. Изменение элемента проявляется в изменении отношения между ним и другими элементами, т. е. в изменении структуры системы. Изменение способа взаимосвязи элементов ведет к изменению состояния каждого элемента системы. Так происходит взаимная детерминация элементов системы. Элемент детерминирует изменение системы, система оказывает детерминирующее воздействие на элемент. Один и тот же состав людей может представлять и неорганизованную толпу, и слаженный рабочий коллектив, в зависимости от характера связи между взаимодействующими элементами, т. е. от структуры системы. В связи с этим будет изменяться и состояние каждого элемента.
Отношения системной детерминации имеет в виду К. Маркс, рассматривая пример простой кооперации: «…механическая сумма сил отдельных рабочих отлична от той общественной силы, которая развивается, когда много рук участвует одновременно в выполнении одной и той же нераздельной операции… Здесь дело идет не только о повышении путем кооперации индивидуальной производительной силы, но и о создании новой производительной силы, которая по самой своей сущности есть массовая сила.
Но и помимо той новой силы, которая возникает из слияния многих сил в одну общую, при большинстве производительных работ уже самый общественный контакт вызывает соревнование и своеобразное возбуждение жизненной энергии (animal spirits), увеличивающее индивидуальную производительность отдельных лиц…» [1, т. 23, с. 337].
Поскольку структура выступает формой проявления — законом взаимодействия элементов системы, говорить о структуре как детерминанте не имеет смысла. Специфика системной детерминации состоит в особого рода взаимодействии элементов внутри системы. Рассмотрение специфики системного взаимодействия — ключ к пониманию самодетерминации, самодвижения, ибо только в отношении системы можно говорить о «воздействии на себя» (бессистемное, бесструктурное целое, «монолит» не представляет возможности для подобных трактовок).
Взаимная детерминация элементов системы, которая и создает систему как целое, синтезируется из детерминации элементов элементами в различных сочетаниях. На отдельный элемент оказывают детерминирующее воздействие и непосредственно взаимодействующие с ним элементы, и факторы взаимодействия между этими элементами, и опосредованные влияния элементов, с которыми он впрямую не контактирует, через особый характер организации элементов, определяющий новое качество всей системы. Собственно системная детерминация включает в себя детерминирующее воздействие всех взаимодействий системы на каждый ее элемент и обратное воздействие элемента на всю структуру взаимодействий.
Данный комплекс детерминаций можно расчленить па более простые детерминирующие связи. Но эти связи, являясь элементами системы, в отрыве от нее перестают отражать специфику системной детерминации и выступают в виде уже' рассмотренных типов причинных и непричинных детерминаций. Вот почему нам представляется неприемлемым сведение элементов системной детерминации к причинно–следственному отношению [см.: 227, с. 39].
В подтверждение сказанного рассмотрим один из «классических» примеров системной детерминации. Им является различие свойств графита и алмаза, построенных из одних и тех же атомов углерода. Различная пространственная структура — основа различия внешних свойств. Вместе с тем элементарные связи между отдельными атомами, их взаимодействие не несут в себе причинной детерминации. Здесь скорее имеет место функциональная детерминация. Нет причинного отношения и между структурой и свойствами. Свойства не порождаются структурой, а именно основываются на ней. Отношение основания следует отличать от причинного отношения. Активность основания по отношению к обосновываемому иная, чем активность детерминантов по отношению к детерминируемому. По Гегелю, «основание — это то, что непосредственно, а основанное — то, что опосредствовано» [58, т. 2, с. 100]. Отношения между основанием и основанным аналогичны отношению сущности и явления: «Основание есть в самой себе сущая сущность…» [59, т. 1, с. 281]. Между основанием и основанным нет отношения взаимодействия, так же как его нет между сущностью и явлением, а это значит, что между ними нет и отношения детерминации.
Системная детерминация не может быть сведена ни к одному из рассмотренных типов и потому представляет собой особый тип детерминации, который исследуется наукой и все шире используется практикой.
Ни один из указанных типов детерминации не действует в реальном процессе «в одиночку». Данное положение распространяется и на системную детерминацию. Структурный анализ должен быть распространен до понимания системной детерминации, которая ведет к изменению элементов или структуры. Именно благодаря этому изменению система сохраняется как некоторое целостное образование. Так, сохранение живого организма основано, в частности, на системной детерминации, приводящей как к изменению элементов (клеток), входящих в состав организма, так и к некоторым изменениям организма — системы (скажем, фенотипических), происходящих под воздействием изменения в клеточном взаимодействии. Здесь проявляется диалектика изменчивости и устойчивости. Вместе с тем функциональная детерминация в той интерпретации, которая дана выше, может входить в состав системного воздействия и выступать таким образом элементом системной детерминации.
Многочисленные эксперименты, проведенные И. Роком и Ч. Харрисом, доказывают взаимосвязь, взаимодействие в процессе восприятия окружающей действительности зрения и осязания с доминированием зрения [см.: 168, с. 275–289]. Эти опыты показывают взаимосвязь функциональной и системной детерминации. Зрение и осязание, выступая элементами системы восприятия и детерминированные этой системой, связаны вместе с тем друг с другом функциональной детерминирующей зависимостью.
Поднятый в конце 50‑х — начале 60‑х годов вопрос о сущности развития, специфике его как высшего типа движения все еще остается, как было показано выше, предметом достаточно острых дискуссий. Все авторы сходятся, однако, во мнении, что развитие нельзя отождествлять с движением, с изменением вообще. На наш взгляд, является также справедливым утверждение ряда исследователей, что понятие «развитие» применимо только к системам. Таким образом, рассмотрение детерминантов процесса развития оказывается непосредственно связанным с системным анализом. Уже отмечалось, что одним из критериев развития признается его направленность, проявляющаяся в движении последовательных изменений состояний системы к определенному результату, заложенному в известной мере в исходном состоянии. Эта «заложенность» связана с конкретной возможностью системы к изменению в определенном отношении. Реализация данной возможности, переход ее в действительность и есть собственно процесс развития.
Одним из неотъемлемых спутников процесса развития, поскольку он заключает в себе направленность изменений, выступает детерминация сохранения за процессом определенной направленности (сохранение или целевое изменение состояния), или управляющая детерминация. Управляющая детерминация отличается от причинной, так как она не порождает процесса (процесс имеет особую причину возникновения и развития). Управляющая детерминация отличается от инспирации, поскольку последняя выступает лишь как «разовая», «запускающая» детерминация процесса, а управляющая
