не имел. Но всегда с добродушным любопытством его пытливые синие глаза с рассыпанными вокруг них весёлыми морщинками наблюдали за детьми придворных, подрастающих у него на виду. Ребятня слегка побаивалась его широкоплечей внушительной фигуры, зычного голоса, но знала: Осви — добрый повелитель. Он частенько устраивал развлечения для детворы; соревнования по стрельбе из лука, конные забеги. В такие дни королевским поварам доставалось много работы. Они пекли, жарили, варили. Потом накрывались столы в гостевой зале. Для детей было накрыто рядом со взрослыми.
Темноволосый король был хорош собой. Многие красавицы королевской знати сочли бы за честь отдать руку и сердце этому мужественному добряку-симпатяге. И почти никто из них не знал, почему он не торопится окольцевать себя.
… Осви был совсем юным, когда влюбился в Мэри, дочь богатого землевладельца. Он познакомился с хорошенькой девушкой на балу, на одном из королевских приёмов. Грациозная, смешливая Мэри сразу завоевала его сердце. Он стал мечтать о ней по ночам, а дни старался проводить в обществе прекрасной кокетки. Дело шло к свадьбе, Осви уже не скрывал своих намерений. Но в один печальный для него день Мэри сбежала с бедным капитаном королевской гвардии, к которому у неё вдруг проснулась безудержная страсть. Парочка скрылась в неизвестном направлении, больше их никто никогда не видел. Возможно, они нашли убежище в одном из соседних королевств, кто знает.
С того дня Осви поклялся себе: больше он никогда не влюбится ни в одну женщину, какой бы прекрасной она не была. Женщины — это зло, предательство и обман. Вероломные двуличные существа, скрывающие свою низменную сущность за красивой личиной.
Правда, несколько лет тому назад, в ворота его замка постучался дряхлый старик с посохом в руке. Он был бос, его ступни истёрты и сбиты. Седые волосы развевались на южном тёплом ветру. Он показался Осви каким-то нереальным, точно король увидел перед собой призрак. Но глаза путника смотрели на правителя Хитрых Лисиц смело и открыто. Ясные, молодые. И Осви великодушно пригласил незваного гостя во дворец, позвал слуг, чтобы они проводили того умыться с дороги. Странный путник неожиданно отказался от изысканных угощений, которые король приказал подать к столу. Он равнодушно и рассеянно скользнул взглядом по фарфоровым тарелкам с жареными фазанами, олениной и спелыми фруктами. С поклоном взял со стола кусок хлеба, не спеша и с достоинством прожевал его, запивая простой водой. От дорогих вин он также отказался. А потом всё с тем же поклоном рассказал Осви, что того ожидает впереди большая любовь. Такая большая и прекрасная, что он навсегда сможет забыть о прошлом печальном опыте в сердечных делах. Его сердце оттает, льдинки холода со звоном застучат по мраморном полам просторного дворца. Потому что именно в своём дворце он встретит любовь всей своей жизни.
— Робкие молодые ростки любви снова прорастут в твоём сердце. Ты сам не заметишь, когда моё предсказание начнёт сбываться, и тебе больше не захочется хранить своё сердце в затворничестве. Оно потянется к свету, — сказал странник.
Но самым удивительным в этом предсказании было то, что, по словам старца, у Осви появятся сразу две женские особы. Король не удержался тогда от смеха. Жениться сразу на двоих?! Глупее и смешнее ему слышать не доводилось.
… Он забыл того старца, но иногда его странные предсказания всё же всплывали в голове Осви. Он и любовь! Вот уж глупость несусветная! Женщин король старался избегать. А если этого не удавалось, был неизменно вежлив с придворными дамами и гостьями своего замка. Но это была холодная вежливость. Скорее, дань памяти умершего отца. Тот всегда говорил: мужчина не может считаться настоящим мужчиной, если позволяет себе плохо относиться к женщинам.
И вот, пожалуйста, ещё одно подтверждение его умозаключениям по поводу всех этих дамочек. Мать девчонки, точнее, та, что смеет таковой себя считать.
В любом случае, девчонка не виновата. Она — ребёнок. Всего лишь игрушка в чужих руках. Но он всё исправит. С ним она почувствует себя в безопасности, поймёт, что её жизни ничего здесь не угрожает.
— Приведите её сюда, — он немного успокоился и снова уселся на место.
Один из мужчин, сопровождавший Адель в пути, резво метнулся за заложницей. Кажется, буря миновала, и повелитель больше не сердится.
Адель слегка оробела, очутившись в роскошном зале перед внушительной фигурой незнакомца, возвышавшегося на троне. Осви понял, что смутил своим видом маленькую гостью, и широким жестом предложил присесть ей рядом с собой.
— Ну здравствуй, юная леди. Похоже, тебе придётся задержаться в моём замке, поэтому давай знакомиться. Я — Осви, правитель Хитрых Лисиц. Теперь твоя очередь.
Адель не понравились его слова, она наморщила свой милый носик. Точь-в-точь, как делала её мать, когда той что-то не нравилось, и дерзко ответила королю:
— Боюсь, вы ошибаетесь. Вы просто плохо знаете мою маму. Она не допустит, чтобы я задержалась у вас надолго. Совсем скоро она приплывёт за мной и заберёт меня с собой. Даже если вы попытаетесь удержать нас силой!
Надо же! Вот так вера в свою родительницу! Правду говорят, дети любят своих родителей чистой, искренней любовью. Для них те всегда хорошие, какую бы подлость и предательство не совершили, как бы их не обидели.
— Охотно верю тебе, но путь от Белых Лилий до Хитрых Лисиц не близкий. Сама могла в этом убедиться. Итак, как зовут тебя, маленькая леди?
Гостья осторожно глянула в его смешливые глаза. Искренние, как чистое небо над головой. Не похоже, что тот собирается причинить ей вред. И ведёт себя с ней, как со взрослой. Придётся подыграть ему. Деваться некуда.
Адель вздохнула и сказала негромко:
— Аделина. Но вы можете называть меня, как зовёт моя мама. Адель.
Глава 20. Артур
Он не сразу пришёл в себя при виде пустой комнаты Гертруды. Стоял, подобно истукану. Как много лет назад, впервые встретившись с ней на пруду, где она крошила хлеб лебедям и уткам.
В комнате её не было. Лишь едва ощутимый запах мяты, смешанный с ароматом лесной малины, напоминал о той, что прочно поселилась в его израненном сердце. И не прекращала наносить ему удары один за другим…
Невыносимо чесалось пятно под лопаткой, немые ругательства застряли под остро заходившим кадыком.
Но как ей удалось совершить побег? Наверняка дело не обошлось без преданной Терезы. Он поступил слишком опрометчиво, доверив прислуге заботу о своей хозяйке. Настолько преданной, что старая карга не побоялась пойти против своего повелителя. Наказать провинившуюся плетьми? Устроить
