в наш маленький круг, состоящий пока из трех человек, ворвется кто-то абсолютно незнакомый?
Да, парни прорабатывают анкеты и вычеркивают лишних, но это не означает того, что я выберу лишь «рекомендованных» мужчин. Вдруг мне понравится тот, с кем у моих мужей не будет дружелюбного отношения? Что, если они начнут конфликтовать и тогда волей-неволей мне придется разрываться между ними.
Я не утратила надежду поговорить с правителем и попросить уменьшить количество мужей, в идеале сохранив все так, как оно есть сейчас. Но сомнения, не покидающие мою душу уже несколько дней, уверяли меня, что эта затея – полная лажа.
Боюсь, что таким разговором могу сделать только хуже и цифра семь резко возрастет, тем самым становясь точно не в мою пользу.
Мои эмоции перестраивались слишком быстро. Я чувствовала, как недавние скачки переросли во что-то незнакомое ранее, но сейчас ставшее родным и близким.
Может и хорошо, что я не хочу забиться в угол и рыдать? Может, желания тела и потребность в интиме станут спасением для меня? Лучше ведь получать удовольствие тела, чем терзать голову?
Щеки все ещё пылали, когда Дер подхватил меня на руки, не давая босым ступням коснуться дорожного покрытия. Если одежда еще как-то мне подходила, то вот обуви в доме здоровяка точно не нашлось на мои маленькие ступни.
Вчера я не замечала такой мелочи, да и на лайнере были весьма чистые полы, а вот сегодня каталась на ручках, получая от этого отдельный вид кайфа.
Смущение, а она появлялось сразу, стоило мне на мгновение пересечься глазами с Лануэрдом, никак не получалось задвинуть подальше. Присутствие генерала волновало меня. А стоило услышать о его свободном статусе, мысли поползли в голове против воли.
Ясмин, так нельзя! – твердил разум, но сердце тут же отвечало в ответ: «Мы уже немного знаем его! Так лучше выбирать сейчас из приятных мужчин, чем из стаи оголодавших самцов на балу!».
- О чем задумалась, крошечка? – прошептал бесёночек, прижимая меня к твердому телу.
- Как мне делать тебе предложение стать мужем правильно?
Дер сбился с шага и посмотрел с растерянностью на лице.
- Ты не должна делать мне предложение. Достаточно лишь громко заявить, что отныне я принадлежу тебе.
- Это дико. Я не собираюсь присваивать тебя, как быка на ферме.
- Я знаю. Но по-другому никак не получится.
Мы уже вошли в здание и сейчас продвигались по длинному коридору, по обе стороны которого располагались магазинчики с разными товарами. Мужская одежда, женская, аксессуары, обувь и сумочки, а также товары для интимных утех.
Таких магазинов было много, и никто не стеснялся и не собирался прятать искусственные члены с витрин. Наоборот, мужчины, завидев женщин-покупателей, доставали особо привлекательные образцы и предлагали пройти в комнату дегустаций. Попробовать, так сказать, товар на деле.
Голова закружилась от представленной картины, как за шторкой этот же продавец доводит до экстаза незнакомую женщину, засовывая в её вагину искусственный член.
- Для чего это? – робко спросила я, показывая взглядом на один из таких бутиков.
- Это для удовольствия, малышка. Хочешь зайти?
- Рей, я понимаю, для чего это нужно. Но не понимаю: зачем? У местных женщин несколько мужчин, а они идут в магазин за искусственными частями? Какой в этом смысл?
На меня устремились три пары глаз. Ох! Что же вы так смотрите-то на меня? Будто живое чудо увидели перед собой.
- Есть разные ситуации. Мужья могут провиниться или обидеть супругу. Тогда она лишает их близости и достает игрушки. Некоторые наказывают мужей, лаская себя на их глазах, не разрешая мужчине получить разрядку.
- Что? – вскрикнула я, привлекая дополнительное внимание к нашей четверке.
Все и так провожали нас до этого взглядами, но теперь я чувствовала, как меня раздевают глазами и пытаются в мыслях сотворить что-то очень мерзкое. Доказательством помыслов мужчин были оттопыренные штаны, натянувшиеся уж очень однозначно.
Пока мы шли, неоднократно самые смелые делали попытки пробиться ко мне, но грозный вид генерала останавливал их на подлёте. Этот мужчина умеет воевать даже тут, всего лишь сверкнув черными омутами в правильном направлении.
Глава 32
- Ясмин, в каждой семье свои нормы. Женщины зачастую позволяют себе дикие вещи по отношению к собственным мужьям и такое не редкость, к сожалению.
- Это ужасно. Давайте поскорей зайдем куда-нибудь, - натурально взмолилась я, отворачивая лицо и утыкаясь в грудь бесёночка.
- Сейчас поднимемся на последний этаж. Там магазины другого уровня. Здесь самые простые бренды и недорогие товары. Чем выше, тем премиальнее, - пояснил Рей.
Крепко зажмурив глаза, я надеялась, что больше нас никто не побеспокоит. Однако, пока мы поднимались и петляли по длинным коридорам, неоднократно слышала робкие, а иногда и откровенно наглые попытки познакомиться со мной. Поэтому для собственного успокоения закрыла уши ладонями, прячась от мира в своеобразный кокон.
Радовало одно: нет проклятых журналистов с камерами, как это было вчера. Интересно даже стало: почему? Куда они пропали? Или так резко переключили интерес на кого-то другого?
Мягкое прикосновение к моим волосам стало сигналом, что можно открывать глаза и спокойно осматриваться по сторонам.
Что могу сказать, последний этаж для элиты этой планеты кардинально отличался от первого.
Светлое помещение со стеклянным потолком, сквозь который попадали игривые лучики солнца. Кадки с зелеными пышными растениями. Бархатные диванчики цвета терпкого красного вина. Услужливые мужчины-представители бутиков в костюмах с черным бабочками на шеях и белыми перчатками на руках.
Эти мужчины приветствовали каждую входящую в их магазин даму легким поцелуем тыльной стороны ладони и низким поклоном. А на выходе помогали донести покупки, уходя вниз по автоматической лестнице вместе с женщинами и их мужьями.
Вот на кой столько мужей, если они не могут и пакетик с платьем донести до машины? Ничего не понимаю… Или это лишь для поддержания статуса? Мол, наши ручки слишком нежные и утонченные, чтобы носить жалкие пакеты с дорогущими платьями? Как же жену они тогда до спальни в порыве страсти доносят?
Мы выделялись на фоне остальных семей, а потому приковывали внимание, к чему, наверное, стоит привыкнуть. Нас рассматривали внимательно, даже пристально. Только ничего хорошего в этих взглядах я не находила. Презрение, высокомерие и даже ненависть, которая взялась непонятно откуда.
Мне хотелось заорать: «Эй, крутые, как яйца быка, дамочки, чему вы завидуете? Я на вашей планете ноль без палочки! Да, у меня крутые мужья, но кто же мешал вам их раньше
