мертвая магия. Черные ангелы запустили механизмы поиска.
Я не понимал как от столь мощных заклятий нас сможет спасти дом, но с удивлением обнаружил, что магические эманации обошли строение стороной.
— Эти дома не имеют привязки к другому миру, они изначально были здесь, поэтому поисковики черных ангелов не могут их пробить. Они ищут только тех, кто обитает здесь.
— Но зачем? Зачем они это делают?
— Никто из призраков не должен находится в Лимбе слишком долго, их путь — идти дальше, за Край. Здесь — только перевалочная временная станция. Но бывает так, что некоторые остаются чуть дольше.
Серафима опустила взгляд в пол.
— Такие как ты? — спросил я.
— Да. И тогда приходят черные ангелы. Я точно не знаю, что именно они делают с теми, кого поймали, но больше я никого из тех, кто угодил к ним в лапы, я никогда уже не видела в последствии.
Мы сидели некоторое время молча, слушая, как по улицам прокатывается этот жуткий, пробирающий до костей, вой.
Потом я не выдержал, сказал:
— Я не могу оставаться здесь. Просто ждать. Время играет против меня. Мне нужно вернуться домой, к живым. У меня там, в моем мире, очень много дел. И людей, родных и близких, кто меня ждет. Серафима, должен же быть хоть какой-то способ, чтобы вернуться? Ты здесь достаточно долго, уверен, ты кое-что знает, больше, чем я. Я не хочу быть призраком, я хочу жить! Неужели ты хочешь пожелать мне такой участи?
Она посмотрела на меня, её глаза, тёмные как ночь, были полны грусти.
— Да, ты прав. Живым тут не место. К тому же с каждым часом ты становишься всё слабее. Твоё тело уже почти не чувствует мир живых, а душа… она стремится к Краю и за него.
— Что?.. — только и смог вымолвить я.
— Лимб поглощает тебя, медленно, постепенно, но поглощает. Я чувствую.
— Как много времени у меня есть? — я почувствовал, как по спине пробегает ледяная волна.
— Сутки, — ответила Серафима, её голос звучал как приговор. — Если ты не вернешься до завтра, то будешь обречён остаться здесь навсегда…
Ее слова повисли в воздухе.
— Как? — я растерялся, — Как я смогу вернуться?
— Я точно не знаю, — она покачала головой. — Но мы можем попытаться. Есть одна легенда… о Вратах Смерти.
— Врата Смерти? — я нахмурился, не понимая.
— Там, где проходит граница между мирами, — пояснила она. — Говорят, что эти Врата могут быть открыты… В тот самый момент, когда душа переходит из мира живых в Лимб, они на мгновение распахиваются, чтобы пропустить умершего. Но это опасно!.. Если вообще такое возможно!
— А эти жуткие твари, черные ангелы, они не опасны? — парировал я. — Помоги мне, пожалуйста, я не хочу погибать здесь!
Она посмотрела на меня, и я увидел в ее глазах сострадание и печаль.
— Хорошо, — сказала она, её голос был тихим и решительным. — Мы поищем Врата Смерти. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы ты вернулся домой.
* * *
Казалось, что черные ангелы будут бродить по улицам вечно. Я нервничал, не находил себе места, а Серафиму, казалось, эта ситуация вообще не трогала. Она чувствовала себя спокойно, иногда уверяя меня, что твари не обнаружат нас в этом доме. Хотелось бы в это верить.
— А что с тобой случилось? — спросил я, когда нервы уже совсем звенели. Нужно было хоть как-то отвлечься и я решил узнать судьбу Серафимы.
Девушка улыбнулась.
— Я умерла. Попала сюда. У всех, кто оказывается в Лимбе, похожая судьба. Ну кроме тебя, конечно. Ты попал сюда случайно.
— Ладно, если не хочешь рассказывать подробностей…
— Я никогда не думала, что попаду в Лимб, — сказала она, её голос был тихим и дремлющим. Она замерла, и её взгляд устремился в даль. Её глаза, тёмные и грустные, казались опустошенными от боли. — Наверное, никто не готов к тому, что умрет. Даже если намеренно идет к этому…
Я не совсем понимал, о чем говорит девушка, но молчал, понимая, что лезть сейчас с расспросами не тактично.
— Я жила обычной жизнью. У меня был парень, я работала в магазине… Все было как у всех.
— Парень?
— Костя. Мы очень любили друг друга. Мы были такими молодыми! Никто, конечно, не верил, что это все по серьёзному. Но я знала, что эта любовь навечно!
Серафима грустно улыбнулась. Но на улыбку вдруг легла тень печали.
— Однажды мы поссорились. Я была в гневе, в отчаянии. Молодость — это не только про счастье и радость. Это еще и про неумение порой совладать со своими эмоциями. Я вот не совладала. Разозлилась сильно, хотя вся эта ссора — такой пустяк! Я решила пойти купаться на озеро, попытаться успокоиться. Но я не учла, как холодно вода в это время года…
Её голос затих, и она молча смотрела на давно остывший камин.
— Я утонула, — прошептала она, её голос был полностью лишен эмоций. — Я чувствовала, как мои легкие заполняются водой, как мое тело становится тяжелым… И потом… я просто оказалась здесь.
Её глаза встретились с моими, и я увидел в них боль и печаль, которую никогда не мог бы представить. Я понял, что она говорит правду. Её история была простой, как жизнь, но она была полна трагедии, полна боли.
— Сочувствую, — сказал я, не зная какие еще найти слова для этой истории. — Я не знаю, что сказать, но я с тобой.
Она кивнула.
— Спасибо, — сказала она. — Думаю по этой же причине я до сих пор остаюсь тут.
Я вопросительно глянул на Серафиму.
— Мой Костя, он тоже очень сильно меня любил. И продолжает любит. И эта связь, слишком крепкая даже для двух миров — мира живых и мира мертвых, — не дает мне уйти дальше, за Край. Поэтому я до сих пор здесь.
В комнате вновь повисла напряженная тишина.
История Серафимы заставила меня удивиться, хотя я думал, что ничему уже удивляться тут не получится.
— Нам пора идти, — сказала девушка, выглянув в окно. — Черные ангелы ушли.
Я тоже выглянул. Улица и в самом деле была пустой. Это немного успокоило меня.
Мы вышли наружу и направились
