Читаем без скачивания Последняя битва Пономаря - Баян Ширянов

Константин даже не догадывался, что таким своим тихим уходом он разрушил всю систему защиты квартиры Пономаря. «Черная дыра», закрывавшая всех четверых от Космэтологического эгрегора, лопнула, рассыпавшись на мельчайшие энергетические осколки. Сам Игорь Сергеевич, отреагировав спросонья, на то, что охрана развалилась, автоматически ее восстановил, но только для себя.

Витя и Корень остались беззащитными…

3.

Все началось около девяти часов утра.

Телохранители Репнева, всю ночь проторчавшие на лестнице к этому времени уже пробудились и сначала не обратили внимания на неторопливые шаги множества ног. Через минуту-другую появились и те, кто издавал эти звуки. По лестнице поднималось не менее полутора десятков человек. Среди них были и мужчины, и женщины. Кто в костюмах и платьях, кто в домашней одежде и шлепанцах на босу ногу. Они все, не обращая внимания на парней, прошли к двери дарофеевской квартиры и остановились перед ней.

– Эй, вам чего там надо? – Спросил один из телохранов, но ответом он удостоен не был. Вместо того, один из мужчин достал связку ключей и, нисколько не стесняясь посторонних глаз, принялся подбирать нужный, просто вставляя все по очереди в замочную скважину.

Пробравшись сквозь толпу, отпихивая стоявших у них на пути, телохранители попытались скрутить взломщика. Но тот даже не отреагировал на их потуги. Парни Корня даже не смогли ухватить мужика за руки, те выскальзывали из их пальцев, будто смазанные жиром.

– Ты, мужик, чего, не понял? – Телохранители, которые осознали, что происходит что-то странное, немедленно достали пистолеты. Один из парней приставил дуло к горлу взломщика и приказал:

– Прекрати, понял?

Реакции опять никакой не последовало. Все остальные люди стояли смирно, будто манекены, дожидающиеся своей участи.

– Прекрати, мать твою! – Выкрикнул парень и, видя, что мужик опять не обращает внимания на его слова, спустил курок. Пуля прошла навылет через голову, обдав стоявших сзади фонтаном крови и мозгов. Взломщик завалился на спину, но упасть ему не дали плотно стоящая позади него толпа.

– Эй, вы, расходитесь, нах! Расходитесь, расходитесь! – И для острастки парень покачал пистолетом перед лицами этих странных людей.

Но это действие привело к очень неприятным последствиям. Собравшиеся у квартиры Пономаря вдруг словно ожили. Их руки потянулись к телохранителям, стали цепляться за их одежду, рвать ее. Парни в, панике принялись стрелять. Но, вопреки всем законам физики, пули словно застревали в воздухе, окружавшем нападавших. Эффективны были лишь выстрелы в упор. Но после трех-четырех удачных залпов, пистолеты вырвали из пальцев телохранителей и те в ужасе попятились. Но за ними была лишь толстая плита стальной двери. Один из парней попытался дотянуться до звонка, другой что было мочи заколотил пятками в дверь, третий смог лишь истошно завопить.

Через несколько минут все оказалось кончено. Толпа сектантов просто разорвала телохранов на куски. Едва непредвиденная помеха оказалась устранена, одна из женщин взяла упавшую на пол связку ключей, и принялась медленно и методично подбирать нужный.

А через мгновение ее глаза вдруг приобрели осмысленное выражение. Она осмотрела себя, увидела кровь на платье, на руках, увидела, что стоит на лестнице в окружении каких-то людей, среди которых она признала нескольких своих соседей. Они тоже недоуменно озирались, с ужасом глядя друг на друга и на несколько мертвых тел, лежащих прямо под их ногами.

Не выдержав этого зрелища, женщина отступила назад, споткнулась об растерзанный труп одного из телохранителей, издала пронзительный вопль и упала прямо в кровавую лужу.

4.

– Все. – Телепатически сказал Витя Николаю Андреевичу. – Сейчас они уйдут.

Разбуженный криками своих парней, Корень в глазок двери увидел, как сектанты расправлялись с ними, и тут же поспешил разбудить хумчанина. Распихав паренька, Репнев тут же передал ему картинку убийства и юный Матюшин тут же окружил каждого космэтиста «черной дырой», отсекающей эгрегориальную подпитку, и соседи Игоря Сергеевича, моментально придя в себя, обнаружили, что натворили.

– Часа полтора они еще будут нормальными, – пообещал Витя, а потом их защита иссякнет.

– Спасибо. – Произнес Репнев. Паренек промолчал. С тех пор, как Николай Андреевич похитил его, отравив попутно Дарофеева, хумчанин не доверял Корню. И, хотя с той поры прошло уже немало времени, мафиози, под влиянием Игоря Сергеевича достаточно сильно изменился, но подспудная неуверенность в этом человеке продолжала тлеть в памяти бывшего ГУЛа.

Не зная, что еще сказать или сделать, Николай Андреевич немного постоял возле Вити, потом повернулся и вышел из комнаты, доставая на ходу свой мобильник. Расположившись в гостиной, Репнев включил его, и телефон тут же разразился длинной трелью. Звонил один из секретарей Корня с докладом о текущих неприятностях. Выслушав новости, мафиози пришел в ярость. За прошедшую ночь сгорели два казино, гостиница, три ресторана, пять ночных клубов, из тех легальных заведений, что принадлежали непосредственно Николаю Андреевичу. Его не утешило, что подобные беды постигли за ночь десятки других предприятий и что пожарные команды не успевали отвечать на сыпавшиеся один за другим вызовы. Нелегальный бизнес пострадал не меньше.

Наорав на секретаря, Репнев пригрозил тому страшными карами, если немедленно не начнутся восстановительные работы везде, где это только возможно. Для этого ему пришлось самолично сделать несколько звонков по его строительным конторам, заставить их немедленно нанять рабочих, а если не хватит, то и снять их со строительства жилых зданий.

Страховка покрывала ущерб от пламени, но вместе с, например, казино, сгорели миллионы долларов, которые требовалось «отмыть». А возместить эти потери являлось делом нереальным.

Николай Андреевич провел за деловыми разговорами не меньше полутора часов. За это время он слышал, как Витя сходил в ванную, погремел тарелками на кухне, но в комнату, где находился сам Репнев, хумчанин не заглянул. Несколько раз на Корня нападал неудержимый чих, но он, зная, что в этих стенах нападение космэтистов ему не грозит, очередной раз высмаркивался и продолжал заниматься делами. Едва мафиози закончил со всеми текущими проблемами и хотел, было, поехать в свой офис, как вспомнил, что за дверью дарофеевской квартиры лежит куча трупов…

Выходить сразу расхотелось. Корень прошел на кухню, опять чихнув, включил кофеварку и тут же прозвучал требовательный звонок в дверь.

– Дядя Коля, не ходите… – Раздался в голове Репнева телепатический голос. – Это вторая волна. Я сейчас с ними разберусь.

Но Николай Андреевич все же сходил к двери, полюбовался в глазок на суету людей в милицейской форме и белых халатах, увидел, как один из сотрудников милиции расспрашивает соседа, мужика с выпирающим из-под майки пузом и всклокоченными волосами. Мужик размахивал руками и пожимал плечами, старательно отворачиваясь от накрытых простынями носилок.

Витя сдержал слово. Больше в дверь никто не звонил, зато, едва Николай Андреевич пригубил кофе, у него в кармане заверещал мобильник.

– Слушаю.

– Это Рыбак.

– Доброго утречка, Владимир Иванович. – С почти нескрываемым ехидством поздоровался Репнев. – Как дела?

Кикоз, не обращая внимания на такое амикошонство, сразу задал интересующий его вопрос:

– С Пономарем говорил?

– Говорил… – Корень взял паузу.

– И что он? – Спросил Зарайский.

В этот момент в кухню вошел Дарофеев. Он уже протягивал руку к мобильнику:

– Дай, я сам с ним поговорю.

Уже давно поняв, что в обществе Игоря Сергеевича удивляться ничему нельзя, Репнев проговорил в динамик:

– Сейчас он сам тебе все скажет. – И передал трубку целителю.

– Я готов работать с вами. – Сразу сказал Пономарь. – Но при нескольких условиях.

– Какие могут быть условия?! – Взорвался Рыбак. – Вы только…

– Первое. – Невозмутимо перебил наркодельца Дарофеев. – Этот альянс работает только до окончания этих форс-мажорных обстоятельств или до физической гибели одного из нас.

– Вы допускаете даже такой исход? – Спросил Зарайский, но Пономарь, не реагируя на эту реплику, продолжал:

– Второе. Вы выполняете все мои требования, не задавая никаких вопросов, даже если мои действия выходят за рамки вашего понимания.

– Согласен. – Не раздумывая, ответил Кикоз.

– Третье. Если все это закончится благополучно для нас, вы оплачиваете постройку и содержание пяти наркологических клиник и реабилитационных центров на тысячу мест каждый, оплачиваете подготовку персонала по той методике, которую я скажу сам, и не вмешиваетесь никаким образом в их работу.

– Да, но… – Аналитики Рыбака выдали своему хозяину целый спектр возможных требований Дарофеева. И если первые два просчитывались сразу, то последнее оказалось для наркодельца полнейшей неожиданностью. И лишь после этого разговора, просматривая распечатки просчитанных вариантов этой беседы, Владимир Иванович нашел строчку «может попытаться заставить прекратить дальнейшую наркотизацию населения и/или частично исправить причиненный вред».