Вопрос. Обвиняемая, встаньте, пожалуйста. А теперь, мистер Коллинз, внимательно посмотрите на обвиняемую. Вы видели ее раньше?
Ответ. Да, сэр.
Вопрос. Где, когда, при каких обстоятельствах? Ответ. Это она приехала на «форде» в тот вечер за бензином.
Бейлиф. Порядок в зале! Порядок в зале!
Мистер Поллинджер. Свидетель ваш, господин защитник.
ПЕРЕКРЕСТНЫЙ ДОПРОС МИСТЕРА ЭНДЖЕЛА
Вопрос. Мистер Коллинз, вы держите автозаправочную станцию в этом отдаленном от жилья месте на Ламбертон-роуд вот уже девять лет. Могу ли я сделать из этого вывод, что вам не приходится сидеть сложа руки?
Мистер Поллинджер. Я возражаю, ваша честь.
Вопрос. Хорошо. Бизнес у вас идет достаточно хорошо, мистер Коллинз?
Ответ. Не жалуюсь.
Вопрос. Достаточно хорошо, чтобы вести это дело вот уже девять лет?
Ответ. Да.
Вопрос. Тысячи машин заезжают в течение года на вашу заправочную станцию за бензином и прочими автоуслугами?
Ответ. Думаю, да.
Вопрос. Думаете, да. А сколько машин, вы бы сказали? Приблизительно. Сколько, например, машин, по вашим подсчетам, останавливалось для заправки на вашей колонке за последний месяц?
Ответ. Трудно сказать. Я не веду счет.
Вопрос. Ну, какое-то представление все же имеете? Сто? Тысяча? Пять тысяч?
Ответ. Не могу сказать, я же говорю. Я не знаю. Очень много.
Вопрос. Более точно вы сказать не можете? Сто машин в месяц, сколько это будет в день?
Ответ. Порядка трех. Но их больше.
Вопрос. Больше трех в день. Тридцать в день?
Ответ. Ну, точно не могу сказать, но, пожалуй, что-то вроде этого, да.
Вопрос. Тридцать машин в день. Грубо — тысяча машин в месяц.
Ответ. Пожалуй.
Вопрос. Таким образом, с вечера 1 июня вы заправляли порядка тысячи машин.
Ответ. Ну, если так смотреть, то, пожалуй, да.
Вопрос. И тем не менее через месяц, общаясь с тысячью водителей, наполнив баки тысячи машин, вы так ясно помните одну конкретную машину, что можете описать ее и ее водителя здесь и сейчас?
Ответ. Я же объяснял, почему я запомнил. Дождь шел весь тот день.
Вопрос. Дождь шел еще пять раз после 1 июня, мистер Коллинз. Вы помните события этих пяти дней с такой же отчетливостью?
Ответ. Нет. Но еще я уволил моего подручного.
Вопрос. То, что вы уволили вашего помощника, помогло вам запомнить проезжего водителя тысячу машин тому назад?
Ответ. Еще я звонил поставщику бензина.
Вопрос. Это единственный случай в вашей практике, когда у вас на исходе бензин, мистер Коллинз, именно 31 мая и 1 июня этого года?
Ответ. Нет.
Вопрос. Понимаю. Мистер Коллинз, вы показали, что записали номер «форда»-купе, который только что отождествили. Могу я взглянуть на эту запись?
Ответ. У меня ее нет с собой.
Вопрос. Где она?
Ответ. В другой одежде.
Вопрос. Где эта другая одежда?
Ответ. Дома.
Бейлиф. Порядок в зале! Порядок в зале!
Мистер Поллинджер. Свидетель представит запись в ближайшее время. Мистер Энджел, могу я попросить прокурора быть любезным и не управлять данным перекрестным допросом со стороны защиты?
Ответ. Я принесу ее завтра.
Вопрос. Ту самую запись, мистер Коллинз?
Ответ. Да.
Вопрос. Не копию?
Мистер Поллинджер. Ваша честь, я резко возражаю против инсинуаций зашиты. Штат имеет возможность определить аутентичность записи, которую представит свидетель. Эта запись не была представлена исключительно по халатной непредусмотрительности.
Мистер Энджел. А я резко возражаю, ваша честь, против свидетельства прокурора.
Судья. Я думаю, защитник, вам лучше оставить эту линию допроса до представления вещественного доказательства.
Вопрос. Мистер Коллинз, сколько минут прошло с того момента, когда дама в вуали подъехала к вашей заправочной станции, и до того момента, как она отъехала?
Ответ. Около пяти.
Вопрос. Около пяти минут. Теперь вы утверждаете, что залили пять галлонов бензина в бак ее машины. Сколько времени это заняло?
Ответ. Сколько? Да почти все это время, полагаю. Скажем, минуты четыре. Всех дел-то — отвинтить крышку бака и завинтить. Нарезка, правда, проржавела, и крышка с трудом поддавалась.
Вопрос. Итак, четыре из пяти минут вы были заняты тем, что возились с баком. Где расположен бак?
Ответ. Сзади, разумеется.
Вопрос. Сзади. И эта женщина выходила из машины в течение этого четырех–пятиминутного периода?
Ответ. Она все время сидела за рулем.
Вопрос. Значит, четыре минуты из пяти вы ее не видели?
Ответ. Ну да.
Вопрос. В таком случае вы можете говорить, что видели ее всего минуту?
Ответ. Да, если так считать.
Вопрос. Если так считать. А вы как думаете? Разве получается иначе? От пяти отнять четыре получается единица.
Ответ. Да.
Вопрос. Ну хорошо. А теперь скажите, пожалуйста, как долго вы видели фигуру этой женщины?
Ответ. О, достаточно долго.
Вопрос. Нельзя ли конкретнее?
Ответ. Ну...
Вопрос. Вы ее видели по пояс?
Ответ. Не совсем так. Она же сидела за рулем, я говорил. Дверцу она не открывала. Я видел ее от груди и выше.
Вопрос. Насколько вы могли ее видеть, что на ней было надето?
Ответ. Такая большая широкополая шляпа и пальто.
Вопрос. Какое пальто?
Ответ. Ну, свободного покроя. Ну, из тонкого сукна, что ли.
Вопрос. Какого цвета?
Ответ. Точно не скажу. Темное.
Вопрос. Темное? Синее? Черное? Коричневое?
Ответ. Я не могу точно сказать.
Вопрос. Мистер Коллинз, было еще достаточно светло, когда эта женщина подъехала к вам, не правда ли?
Ответ. Да, сэр. По стандартному времени было чуть больше семи.
Вопрос. И тем не менее вы не можете сказать, какого цвета у нее было пальто при свете дня?
Ответ. Точно не могу. Пальто было темного цвета, я же сказал.
Вопрос. Уж не хотите ли вы сказать, что не помните, какого цвета пальто на ней было?
Ответ. Я помню, что оно было темное.
Вопрос. Но вы видели ее пальто, правда?
Ответ. Я так и говорю.
Вопрос. Следовательно, вечером 1 июня вы знали, какого цвета было пальто, а сегодня не знаете?
Ответ. В этом смысле я не знал, какого оно цвета. Я особенно к цвету не приглядывался. Заметил только, что оно темное.
Вопрос. Но внешность ее вы запомнили?
Ответ. О, конечно.
Вопрос. Вы настолько близко видели ее, что сейчас, сидя на свидетельском месте, можете с уверенностью отождествить обвиняемую с той женщиной в «форде»-купе, которую видели месяц назад?
Ответ. Да.
Вопрос. Но цвета ее пальто не помните?
Ответ. Нет.
Вопрос. А какого цвета была у нее шляпа?
Ответ. Не знаю. Такая широкополая...
Вопрос. На ней были перчатки?
Ответ. Не помню.
Вопрос. И вы видели ее только от груди и выше?
Ответ. Да.
Вопрос. И видели ее всего минуту?
Ответ. Около того.
Вопрос. И на ней была плотная вуаль, скрывавшая все лицо?
Ответ. Да.
Вопрос. И, несмотря на это, вы продолжаете утверждать, что обвиняемая и женщина, которую вы видели в «форде», одно и то же лицо?
Ответ. Ну, они одной комплекции.
Вопрос. Ах, они одной комплекции. Говоря это, вы имеете в виду, что они одной комплекции от груди.
Ответ. Мне так кажется.
Вопрос. Вам так кажется. Так вы даете свидетельские показания на основании того, что вам кажется, или на основании знания?
Мистер Поллинджер. Ваша честь, я серьезно возражаю против такого метода допроса. Защита цепляется к каждому слову свидетеля. Это совершенно бесплодный метод перекрестного допроса.
