дамы, потому что ни платить за него, ни даже денег ей предлагать, насколько я смогла разглядеть, он не стал… То есть типичный джентльмен…
– Что бы это все могло значить, по-вашему? – Я подул на свой наконец-то соизволивший остыть якобы европейский коктейль из кофе, какао и сливок с корицей и отважился отхлебнуть глоток.
– Как что! – Мураками протянула мне мой пакетик с салфетками и детским указательным пальчиком показала мне под нос. – Ведь вся эта группа русских со мной на одном самолете летела…
– Вы с ними в самолете что, общались? – Я поспешил ликвидировать теперь уже свои сливочные усы.
– Нет, слышала, конечно, что они русские, но не разговаривала. Не в этом дело…
– Не в этом, а в том, что этот Владимир Николаевич тоже прилетел из Ниигаты, как приплыла оттуда наша с вами Ирина, да?
– Именно! – Она ткнула все тем же младенческим перстиком в воздух перед собой.
– А что, ваша «наружка» их ниигатских контактов не зафиксировала, что ли?
– Не было такой информации. Но я же сказала, мы там за ней не круглосуточно смотрели…
– Понятно… – Мне нужно было что-то срочно решать, потому что вся эта связывавшаяся воедино ниигатская мозаика на хоккайдской земле мне определенно была не по душе.
– Я сейчас отзвоню своим. – Она взялась за свой мобильник. – Попробую навести справки об этом Владимире Николаевиче. Вы фамилию его случайно не запомнили?
– Да не сказал он своей фамилии! Вы же знаете русских – они имя с отчеством назовут, и все! Считают, что этого вполне достаточно! То ли дело мы, японцы…
– Да уж мы сразу фамилию выкладываем, – буркнула она и деловито защелкала большим пальцем правой руки по наборной клавиатуре своего сотового.
Я огляделся вокруг: народ продолжал имитировать приятное времяпровождение в белоснежно-изумрудно-шоколадных интерьерах «Старбакса», за окном уже совсем стемнело, и главным источником света в полумраке кафе оставались залитые светом гигантские витрины бутика «Бенеттон» напротив.
– Не соединяется, – тряхнула шапкой своих густых волос Аюми. – Попробую попозже перезвонить… А что мы сейчас с вами делать будем, Минамото-сан?
Я бы с удовольствием ответил ей, что у меня немножко семья и на пять минут двое детей, которым хотя бы иногда нужно видеть своего вечно занятого папашу, но сказать все это у меня язык не повернулся. Не потому, что я ее пожалел и не захотел травмировать: ведь невооруженным взглядом видно, что по семейной линии у Мураками вряд ли что-либо когда-нибудь сложится. Нет, просто из-за отсутствия работы «по профилю» я всю прошлую неделю заявлялся домой раньше девяти, а минувшие выходные так и вовсе провел с Дзюнко и ребятами.
– А у вас какие предложения, Мураками-сан? – Интересно, что она сможет мне предложить…
– У этой Ирины я в лифте разглядела сотовый. Компания «Джей-Фоун»… Надо срочно запросить «прослушку» ее саппоровских бесед. Тогда мы сможем легко ее контролировать!
– Вы в своем уме, Мураками-сан?
– А что такого?
– Того! – Интересно, они там, в Ниигате у себя, все вот так по-простому решают?
– Чего «того»?
– Того, что вашей личной антипатии к этой Ирине, извините, недостаточно для организации прослушки. Никто нам с вами разрешения на нее не даст.
– Но ведь «наружку» вы организовали! – логично парировала она мой выпад.
– «Наружка», Мураками-сан, нами через управление проведена как профилактическое мероприятие…
– Да какая нам разница, как «прослушку» назвать?! – перебила меня нетерпеливая Аюми.
– Вы меня недослушали! Как профилактическое мероприятие по выявлению возможных правонарушений в саппоровских гостиницах. И начали мы, по якобы чистой случайности, как вы понимаете, с вашего «Гранд-отеля»…
– Это значит, Минамото-сан, что, если сейчас наша с вами Ирина пойдет прогуляться, хвоста за ней не будет? – Капитанша стрельнула в меня своими недовольными глазками.
– Увы!… Если только мы с вами не решимся на такой променад. Кроме того, у нее на парковке машина стоит. Вряд ли она, если куда соберется, пешком пойдет…
– Ну у вас же есть машина! Поедем за ней! За ней же надо следить, понимаете?!
– Давайте все-таки пока действовать в пределах закона, Мураками-сан, хорошо?
– Хорошо! Тогда пойдемте в «Альфу» и поговорим с Владимиром Николаевичем! – Она решительно отпихнула от себя пустой стаканчик и взялась за сумку.
– О чем вы с ним хотите разговаривать? – Ее напористая наивность стала меня несколько раздражать.
– О его встрече с Ириной.
– Вы полагаете, что он вот так прямо возьмет и все нам выложит, да? Не слишком ли это будет легко?
– Если он будет молчать, то ему же хуже!
– Вы его пугать собираетесь, Мураками-сан?
– Не пугать, а так, пригрозим ему немножко… Он же русский, можно ему пообещать проблемы с визой организовать…
Я понял, что вне зависимости от моей реакции на ее приглашение к путешествию в отель «Альфа» Мураками туда все равно доберется, поэтому мне пришлось допить свою «мокку», удивиться в очередной раз, чего такого в ней миллионы поклонников «Старбакса» находят, и согласиться, несмотря на поздний час, сопроводить Аюми в «Альфу». Перед выходом я позвонил «наружному» сержанту в лобби и узнал от него, что Ирина Катаяма покинула кафе и поднялась к себе в номер.
– А как же товарищи ваши университетские, Мураками-сан? – напомнил я, поднимаясь, гостье Саппоро о самой главной цели ее визита в наш город. – Вы же их поздравить хотели.
– Да вот придется отложить вручение подарков до следующей годовщины, – искренне вздохнула она.
– Вообще-то я потом в управление вернуться планирую, так что, если хотите, я им ваш подарок передам. Если, конечно, они еще на месте будут. Трудно сказать, сколько мы с вашим Владимиром Николаевичем беседовать будем…
– Хорошо, если вас не затруднит. – Она достала из своей объемистой сумки два подозрительно плоских целлофановых пакета с одинаковыми утолщениями в нижней части.
– Какие у вас какашки странные! – удивился я.
– Какие какашки?! – неподдельно ужаснулась Мураками. – Чего вы городите?!
– А что? – У меня в зобу сперло дыхание, а в районе сердца – движение благородной крови по обширному моему телу. – Что, это не?… Ну, я имею в виду, не…
– А вы в своем управлении Инагаки с Хасегавой что, какашки дарите, что ли?
– Конечно! Чего же им еще на их праздник дарить? – Я искренне не понимал, к чему она клонит.
– Как что?! Противогазы, конечно! – Она извлекла из одного пакета симпатичный серенький противогаз.
– Китайский? – спросил я машинально.
– Ну раз они дерьмо китайское нюхали, то и противогазы китайскими быть должны! – логично заключила
