У него вырвался сдавленный стон, как только она снова повела бедрами.
— Джинни, — прохрипел он, крепко их сжимая.
Логан как раз пытался просчитать сложную логистику снятия с них штанов, как вдруг Джинни задом нажала на клаксон.
Оглушительный звук эхом раздался в ночной тишине.
Джинни замерла, комично вытаращив глаза и прерывисто дыша.
— Ой-ой, — прошептала она.
Оба огляделись, освобождаясь от чар, под которыми оказались, и вспомнили, что находятся посреди Мейн-стрит и обжимаются, как будто им по семнадцать.
Так он хотел избежать городских сплетен? Гениально.
— Наверное, нам надо…
— Да, извини. Точно. — Джинни слезла с его колен и уселась обратно на пассажирское сиденье. — Видимо, мы слишком увлеклись.
— Видимо, — он провел рукой по волосам, пытаясь совладать с дыханием. Джинни вся зарделась, губы покраснели и припухли.
Не смотри на ее губы.
— И еще раз спасибо, что подвез, — сказала она со смешком, роясь на заднем сиденье в поисках своей одежды.
— Пожалуйста.
Джинни открыла дверь, и холодный октябрьский воздух остудил распаленную кожу.
— Позвони, если что-нибудь понадобится, — напомнил он.
Она кивнула с теплой, снисходительной улыбкой и закрыла за собой дверь, оставив его одного. Более растерянного, чем когда-либо, насчет того, что между ними вообще происходит.
Но уже решившего, когда он увидится с ней в следующий раз.
Глава 19
![]()
— Могу я предложить тебе чаю, пока ждешь, милая?
— Было бы славно, спасибо.
Бабушка Логана, или Эстель, как она настойчиво просила Джинни ее называть, живо вернулась в дом, чтобы заварить чай. Джинни сидела на ступеньках огромного фермерского коттеджа, который Логан считал родным очагом. Дом был красивым. Старым и, без сомнения, с привидениями, но все равно красивым. Перед Джинни клевали землю самые забавные курицы, каких она только видела. У каждой на макушке был хохолок из перьев, смотревшийся как очень замысловатая прическа. На лапах — тоже бахрома, которая, по мнению Джинни, напоминала маленькие подбитые мехом сапожки. Один только взгляд на них вызывал улыбку.
Все это место вызывало у нее улыбку. Пока она не вспомнила, что ее не приглашали.
Джинни просто села в арендованную машину и приехала.
И чем дольше здесь сидела, тем больше думала, что, пожалуй, совершила ошибку. Может, Логану не понравится, что она заявилась к нему домой. Но «Дело» обострилось, и ей потребовалось ненадолго уехать из кафе. К тому же было любопытно и очень хотелось посмотреть, где он живет и работает.
Но, может, она перешла границы?
После их недолгих поцелуев несколько дней назад Джинни никак не могла перестать о нем думать. И не только потому, что на щеках все еще осталось раздражение от его щетины. Она вспоминала, каким расстроенным он был из-за разбитого окна. Это наводило на мысль, что он правда хотел ей помочь.
Может, она вовсе не была навязчивой.
А потом она взяла и приехала. И скорее всего, все испортила. Логан не хотел афишировать их отношения, и вот она сама его караулит. Джинни бы нисколько не удивилась, если бы из-за кустов голубики выскочили Каори или Нэнси и бросились расспрашивать ее, что она здесь делает.
Разумеется, Джинни любила своих друзей по книжному клубу. Но Логан был прав: этот клуб знал все и обо всех.
Позади хлопнула дверь фермерского дома.
— Держи. Приятно, когда время от времени кто-то подает напиток тебе, правда? — Эстель облокотилась на одну из колонн просторной веранды.
— Да, очень. Спасибо большое, но мне, наверное, пора.
— Пора? Логан должен вернуться с минуты на минуту.
— Нестрашно. Не хочу его беспокоить. Поговорю с ним в другой раз.
Эстель вскинула белоснежную бровь, нисколько не поверив.
— Я не такая, как все остальные в этом чокнутом городишке, — сказала она. — Если у тебя и моего внука что-то намечается, мне не нужно об этом знать.
— Я… мы…
— Вот именно. Нечего это обсуждать. — Эстель вытерла руки о фартук с оборками, который надела поверх хипповской толстовки и неоново-розовых легинсов. — Но я считаю, ты должна остаться. Логан с детства застенчив. И я всегда радуюсь, если у него появляется новый друг.
Джинни улыбнулась пожилой женщине. Теперь она никак не могла подвести эту милую старушку и сбежать. А еще при мысли о маленьком застенчивом Логане внутри все таяло. Она переключила внимание на куриц.
— У них есть имена?
— Уверена, что есть. Этот парнишка всем дает имена, но я уже не могу их запомнить.
Джинни чуть не расхохоталась оттого, что Эстель назвала большого, крепкого, бородатого Логана «этим парнишкой».
— Он всегда любил животных?
— О да. Постоянно таскал домой всякую живность. Птиц со сломанными крыльями, бельчат, оставшихся без матери, — не нужно быть дипломированным психологом, чтобы все понять. Я это пресекла, когда он принес летучую мышь, решив, что она ранена. Оказалось, с проклятым созданием все нормально, оно просто замерзло. Отогревшись, она выскочила из обувной коробки и принялась летать по дому, визжа, как… летучая мышь из ада.
Джинни рассмеялась, прикрыв лицо ладонью:
— Только не летучая мышь! Ужас.
Эстель кивнула:
— Генри удалось ее выгнать, но с тех пор всех найденышей переселили в амбар.
— По-моему, логично.
Их беседу прервал хруст гравия под шинами грузовика.
— А вот и он. Дам вам поговорить, — Эстель подмигнула, словно ни на секунду не поверила, что Джинни приехала просто поболтать. Прекрасно. Даже бабуля Логана уже поняла, что она тут с далеко не платоническими намерениями.
Джинни не знала, стоит ли встать и встретить Логана на подъездной дорожке или и дальше сидеть в смущении и ждать.
Решила сидеть в смущении.
Одна пушистая курочка запрыгнула ей на колени, и сразу стало полегче. Джинни погладила курицу по лохматой голове, и та радостно закудахтала. Логан тем временем вышел из грузовика, ничего не замечая.
Она наблюдала, как он поздоровался с животным — по словам Эстель, с альпакой. Логан почесал зверя между ушами, и Джинни могла поклясться, что альпака улыбнулась. Он подошел по дорожке к дому, неотрывно глядя на свои ботинки, пока не поравнялся с ней.
К этому моменту Джинни уже чувствовала себя полной дурой — надо было окликнуть его раньше. Но на коленях сидели уже две курицы, а одна, кажется, взобралась по ступенькам с намерением устроиться у нее на голове.
Логан встретился с ней взглядом, и его глаза округлились от удивления. Осмотрел ее и всю эту нелепую сцену: Джинни сидит в новых рваных джинсах, ее волосы все еще собраны после рабочего дня, а вокруг щебечет стая птиц. Возможно, одна из них даже пила ее чай. Курицам можно чай? О нет. Джинни не хотела нести ответственность за гибель одной из куриц Логана и попыталась ее прогнать.
— Нет-нет. Это не для тебя, цыпочка. Ты же не хочешь заболеть?
Курица склонила голову набок и уставилась на нее глазами-бусинками.
— Кыш! — Джинни махнула рукой, и птица запрыгнула на нее, как на насест. Проклятье. Она пересадила курицу себе на колени к остальным. Хорошо, что эти причудливые курочки крошечные, иначе не хватило бы места.
Джинни снова подняла взгляд, а Логан все не сводил с нее глаз.
Даже не шелохнулся. Просто замер и смотрел. Затем приподнял уголок губ.
Она улыбнулась в ответ.
— Похоже, я нравлюсь твоим цыпам. Это же курицы? Странные какие-то.
— Шелковые курицы, — пояснил он и зашагал к ней с ошеломленным выражением лица.
— О-о-о… звучит изысканно, — поддела Джинни.
Логан провел пальцем по одной из пушистых головок у нее на коленях.
— Очень.
— У них есть клички?
Логан покраснел и провел рукой по волосам:
— Э… да.
Джинни ждала.
— И?
Он вздохнул.
