Логан пожал плечами, жалея, что не может избавиться от своего прозрения.
— Да, прости. Делай что хочешь.
— Значит, я получил твое благословение? — спросил Ноа с ехидной ухмылкой.
— Тебе оно и не нужно. Хейзел уже взрослая.
Ноа кивнул, и Логан увидел, какие планы уже зрели в его карих глазах. Но планы Ноа его не касались.
Он отставил грабли и вытер испарину со лба. Повеяло осенней прохладой, но от работы под полуденным солнцем все еще пробивал пот. Ноа наблюдал за ним, стоя возле забора.
Логан не знал — то ли это было терпение Ноа, то ли осознание, что все-таки не осуждение, а забота двигала окружающими, то ли он просто устал гонять мысли по кругу, как вдруг…
Он захотел поговорить.
О проблемах.
Вслух.
Логан глубоко вздохнул. Ноа вскинул бровь.
— Кажется, я все испортил с Джинни.
Улыбка медленно расползлась по лицу Ноа, как будто он ждал только этих слов.
— Похоже, без пива не разобраться.
— Однозначно, — проворчал Логан, уже жалея, что открыл большой глупый рот.
Ноа последовал за ним в большой дом — по коридору, прямо на кухню бабушки. Логан достал из холодильника два пива, протянул одно Ноа. Сам полез в ящик со всяким хламом искать открывашку, но Ноа уже с легкостью откупорил бутылку о край столешницы.
— Смотри, чтобы бабуля не увидела, — пробормотал Логан.
Ноа ухмыльнулся:
— Эстель меня любит.
— Не больше своих столешниц.
Ноа рассмеялся, усаживаясь на один из стульев вокруг стола. Логан, слишком взволнованный, чтобы садиться, прислонился к кухонному островку.
— Так что случилось с Джинни? — спросил Ноа, отхлебывая холодное пиво. Логан тоже глотнул для храбрости.
— Мы были… хм… не знаю даже, но я облажался. Ранил ее чувства.
Глаза Ноа расширились от восторга.
— О, поэтому вы с ней так быстро ушли в вечер викторины? Чтобы…
— Все не так, — огрызнулся Логан, хотя все было именно так. — Просто мы хотели сохранить отношения в тайне, вот и все. Я хотел, чтобы в кои-то веки никто не совал нос в мои дела.
Ноа кивнул. Он не присутствовал на рождественском фиаско с елкой, но Логан был уверен, что знал об этом. Да что уж, наверняка весь город знал, что Люси была, а потом сплыла. Когда Ноа однажды спросил, Логан что-то промямлил про «не срослось», но не удивился бы, если бы в мэрии на эту тему провели городское собрание.
— В этом городе очень своеобразно к тебе относятся. Лично я этого не понимаю.
Логан издал смешок:
— В общем, я не хотел, чтобы все следили за тем, что происходит у нас с Джинни, но мне кажется, это начинает ее расстраивать. Вся эта секретность. Не знаю, — он пригладил бороду, чувствуя себя полным идиотом.
Ноа нахмурился, словно решал головоломку.
— Так, может, просто перестать все скрывать. — Должно быть, он заметил болезненное выражение лица Логана, поэтому поспешил пояснить: — Необязательно устраивать шоу. Можно просто, ну, знаешь, встречаться как нормальные люди.
Точно. Встречаться как нормальные люди. Прозвучало неплохо.
Но дело ведь не только в этом?
— Что ты думал о Люси? — выпалил Логан, не успев себя остановить.
Ноа замер в задумчивости, поднеся бутылку к губам:
— Она была красивая. Милая девчонка. Но от нее веяло этим… «Ешь, молись, люби».
— Чего?
Ноа пожал плечами:
— Ну, как будто она сбежала сюда от настоящей жизни. Как будто надеялась тут себя найти.
Логан прокручивал в мыслях все, что Джинни говорила ему о желании начать здесь с чистого листа, о том, как хочет, чтобы все сложилось идеально. Она бежала от прежней жизни, от своих страхов, ведь так?
— А что ты думаешь о Джинни? — спросил Логан, боясь ответа.
Ноа улыбнулся шире:
— Ну, она понравилась мне сразу, как задала нам жару на викторине. Забавная. Будто готова на любую авантюру.
В мыслях Логана пронеслись воспоминания о том, как они с Джинни бежали под дождем, как ее губы касались его губ. Как в один миг Джинни расспрашивала его о закусках, а в следующий уже была готова ловить привидение. Он подумал о том, как она болтала со всеми соседями на городских собраниях, как очаровала его друзей. А Люси? Она когда-нибудь чувствовала себя частью этого города? И прекратит ли он когда-нибудь их сравнивать?
Логан сделал еще глоток.
— Слушай, приятель, если боишься, что Джинни тебя бросит, то я сомневаюсь, что это случится скоро. Поверь эксперту, который привык встречаться только с теми женщинами, что приезжают сюда на лето.
Ноа допил пиво.
— В общем, душевный вышел разговор! Надо делать это почаще, — он ухмыльнулся Логану.
— И не мечтай.
Ноа похлопал его по плечу:
— Посмотрим.
Логан вздохнул, смех друга эхом разнесся по коридору.
— До встречи, — крикнул Ноа от парадной двери.
— Увидимся.
Логан остался возле стола и так долго обдумывал разговор, что увидел, как солнце начинает клониться к горизонту. Звуки на ферме стихли: гул трактора в отдалении, голоса работников, расходящихся по домам, блеяние недовольных козлов. Нужно приготовить что-нибудь на ужин, чтобы бабушке не пришлось делать это после занятий. Дед, скорее всего, еще в поле — он всегда возвращался последним. Любил тишину в конце рабочего дня.
Когда Логан наконец сдвинулся с места, он пришел только к одному выводу.
Он понятия не имел, что, черт возьми, делает.
Но точно знал одно.
Джинни стоит того.
Он только надеялся, что не испортил все окончательно.
Глава 22
![]()
Джинни перебирала бумаги, которые утром привезла Барб Сандерс, лицензированный риелтор. Это был перечень других зданий в округе, проданных за последнее время. Джинни поблагодарила ее и угостила большим латте с фундуком и соевым молоком, настаивая, что не заинтересована в продаже.
Барб расплылась в ослепительной риелторской улыбке и посоветовала Джинни подумать.
Теперь Джинни сидела за кухонным столиком, который служил ей и рабочим, в квартире над упомянутым кафе и думала.
Откровенно говоря, за продажу кофейни вместе с жильем она бы выручила ошеломляющую сумму. Легко погасила бы оставшиеся студенческие кредиты и купила себе где-нибудь симпатичный домик. Только представьте.
Она уж точно представила.
Но этого ли она хотела? Джинни не знала. К тому же кафе ей доверила тетя Дот. Она ведь не могла взять и продать его? Не могла. Хотя что-то подсказывало: скажи она Дот, что ей нужно все продать, чтобы отправиться в погоню за своим счастьем в каком-то другом месте, тетя бы ее поддержала. Дот сама любила следовать за счастьем. Так она и обзавелась кафе, а теперь прыгала в воду с утеса в Карибском море.
Прошел почти месяц с тех пор, как Джинни приехала в Дрим-Харбор вся на взводе, сбегая от мимолетной встречи со смертью. Чувствовала ли она себя иначе? Стала ли спокойной хозяйкой кафе, как и хотела?
Каспер запрыгнул на стол и плюхнулся на кипу бумаг, словно это мягкая лежанка, приготовленная специально для него.
— Вообще-то я их изучала, — сказала ему Джинни. Кот уставился на нее большими круглыми глазами. Она почесала мохнатую макушку, наслаждаясь довольным урчанием. — Ничего. Все равно не собираюсь ничего продавать. — Почему-то оттого, что она сказала об этом коту, все стало правдой.
Джинни не собиралась ничего продавать.
Не хотела.
Ей нравилось управлять кафе.
Даже несмотря на то, что она так и не выяснила, кто все портит. И даже несмотря на то, что свой бизнес — это такой же стресс, если не больше, чем быть помощницей Марвина. Но теперь все, что она делает, она делает для себя. Ради своей мечты. Ради своей жизни.
Она не знала, стала ли от этого другим человеком. Но была уверена, что за прошлый месяц обрела больше друзей, чем за семь лет прежней жизни. Она вернулась к чтению, стала чаще ходить на викторины и даже записалась на курсы Энни по выпечке для начинающих. У нее появилась жизнь.
