Боялась ли я той стремительности, что случилась между нами? Не теперь. С Юрой у нас всё завязывалось плавно. Мы медленно переходили от держаний за ручку к поцелуям. От простых поцелуев к поцелуям с языком. Затем от поцелуев с языком к поцелуям с языком и без одежды. И так двигались вперед, пока я не лишилась девственности. Но что в сухом остатке? Ни плавность наших отношений, ни зарождающиеся романтические чувства, ни моя девственность, ни свадьба, ни ребенок ничто не остановило Юру. Тогда, почему сейчас всё должно снова развиваться по этому же сценарию?
Я уже взрослый человек. И мне бы тоже не помешала хоть какая-то доля определённости. Тем более что даже сейчас, находясь в шаге от Гора, я снова ощущала прилив возбуждения. Нормального, природного и сексуального возбуждения. О котором я раньше только слышала, но не ощущала в себе.
— Да, — твердо ответила я. — Да, хочу.
С этим коротким ответом мне показалось, что я с разбега прыгнула с отвесной скалы прямо в океан. Но мне совсем не было страшно.
Тонкие губы Гора дрогнули в едва заметной и мягкой улыбке. На его лице с грубыми чертами эта тень улыбки выглядела по-особенному завораживающей.
— Но я очень не хочу, чтобы ты меня переломал и выбросил на обочину, — вспомнив слова Анастасии, торопливо добавила я.
— Этим я занимаюсь исключительно со своими конкурентами и людьми, которые нарочно идут против меня. Надеюсь, что ни моим конкурентом, ни бутовщиком ты становиться не планируешь?
Я отрицательно качнула головой.
— Мариш, ты просто должна уяснить один момент: я никогда ничего не стремлюсь сделать во вред своим людям. Мои методы могут быть радикальными, но не обращенными против тех, кто находится в моем ближнем окружении.
— Хорошо. Я поняла.
Но отчего-то вдруг мне стало немного не по себе. Будто я совершала огромную ошибку, протягивая руки к бездне.
Глава 17.
— Посмотри на нас… На себя…
Глухой возбужденный тембр голоса Гора не просто волновал каждую клеточку моего тела, а нанизывал на тонкую острую иголку возбуждения.
Широкие ладони Гора накрыли мою обнаженную грудь, а влажные горячие губы коснулись нежного участка кожи за ухом. От такого поцелуя хотелось и радоваться и одновременно с этим плакать. Я понятия не имела, как это получается у Гора. Ни малейшего.
Его огромное тело, явно лишенное пластичной грации и какой-либо внешней нежности словно выполняло роль камуфляжа. Потому что с первого взгляда на Гора никогда не подумаешь, что он способен так целовать.
Наши сексуальные отношения длились практически целый месяц. И каждый наш секс всё еще был для меня как первый. Только с Гором я осознала, что до этого момент ничего и не знала о сексе. Только некоторые его азы. И была искренне убеждена, что это, собственно, и всё. Ничего другого данное занятие скрывать в себе не может.
Может! Еще как может!
Я внезапно открыла в себе ту часть своей личности, которая страшно скучала по сексу. Она изголодалась по мужской ласке и теперь загребала ее двумя руками, как прозрачную холодную воду ручья в жаркий день, и пила, пила, но никак не могла напиться.
— Посмотри, какая ты сексуальная, — снова прошептал Гор, проникая глубоко в меня.
Этот его несдержанный толчок тут же вызвал во мне ответную реакцию. Я застонала. Мне совсем не хотелось открывать глаза. Боялась упустить этот мимолетный миг нашего с Гором абсолютного единения.
Он уже давно понял, что я немыслимо закомплексованная женщина. Но мы об этом не разговаривали. А я и не стремилась касаться такой болезненной для меня темы. Поэтому Гор, как всегда, не давая мне передышки, сам начал свою «терапию».
— Мариш, — прошептал он, сжав большими и указательными пальцами мои твёрдые соски. Они сладко заныли, и я чуть приоткрыла глаза.
На меня смотрело мое собственное отражение. И в этом отражении была совсем другая Марианна. Такой я ее прежде никогда не видела. Щёки розовые, глаза блестели. Даже спутанные волосы ни капли не портили меня, а даже наоборот — делали какой-то живой, настоящей.
Мое тяжелое учащенное дыхание оставляло запотевший кружок на поверхности зеркала. Затем этот кружок начинал таять и возвращаться с новым выдохом.
Мой немного расфокусированный взгляд поднялся чуть вверх и столкнулся с бездной Гора. Он продолжал двигаться во мне и смотреть прямо в глаза. Этот момент непрерывного зрительного контакта оказался куда более интимным и глубоким, чем весь наш секс.
Он случился неожиданно, впрочем, как и все предыдущие разы. Потому что когда я находилась на приличном расстоянии от Гора, то была способна вполне рационально мыслить и существовать. Но только стоило носком обуви коснуться границ его личной бездны в моей голове словно случался мощный взрыв. И тогда мы вжимались друг в друга с такой силой, что грудная клетка уже физически была не способна расшириться и пропустить в лёгкие большой глоток воздуха.
Кажется, это и была та самая страсть, о которой я до этого момента ничего не знала. Вернее, я думала, что знаю, когда находилась в отношениях с Юрой. Но то был лишь бледный невзрачный суррогат.
Эта же страсть оказалась настолько объемной, удушающей и ядовитой, что порой мне становилось страшно. В кого я начала превращаться? В сумасшедшую сексуально голодную женщину? А когда же он, этот голод, утолится? Где его пределы?
Я просто отпустила себя. Полностью. И сегодняшний день не стал исключением. Гор привез меня к себе в квартиру. В ту самую, в которой мы впервые встретились. В ее прихожей с левой стороны было установлено большое зеркало. И в этом зеркале сейчас отражались мы оба. И мы занимались сексом.
Гор окутал меня своим телом. Буквально завернул меня в него. Я снова ощущала себя защищенной со всех сторон. Не было ни одного крошечного участка, где бы я была смертельно уязвима. Разве что нежная чувствительная кожа за ухом. Но и об этом Гор позаботился, щедро покрывая ее своими поцелуями.
Страшно было верить в то, что всё это происходило на самом деле. Вдруг я сейчас проснусь? Я боялась радоваться.
Гор вышел из меня и повернув к себе лицом, подхватил под ягодицы. Он был довольно сильным мужчиной и легко поднимал меня на руки. Мне страшно нравились его руки. Они нравились мне еще больше, чем раньше. И нравились не только из-за своей силы и широких запястий, но и из-за моего ощущения
