в воздушное пространство страны[188]. Представитель Госдепартамента США Джен Псаки сообщила, что Соединенные Штаты не просили сирийского разрешения, чтобы начать интервенцию, однако предупредили правительство Сирии, требуя не препятствовать действиям американской авиации в воздушном пространстве страны. До начала авиаударов США информировали Иран, регионального союзника Сирии, о своем намерении провести эти удары. При этом Вашингтон не поделился конкретными сроками или целями ударов с иранским правительством, которое было обеспокоено возможностью нанесения ударов по правительственным войскам Сирии. Министр национального примирения Сирии Али Хайдар заявил, что «любое действие любого рода без согласия сирийского правительства будет атакой на Сирию»[189]. Позже подходы сирийского правительства к американским ударам изменились. Министр иностранных дел Сирии Валид Муаллем призвал США и их союзников наносить удары не только против ИГ, но и против других вооруженных формирований оппозиции, которые, по его мнению, имеют единую «экстремистскую идеологию». Он также заявил, что Сирия фактически оказалась на одной стороне с коалицией в войне против террористов.
После начала ударов США и союзников по террористическим группам в Сирии Национальная коалиция сирийских революционных и оппозиционных сил (НКСРОС) выступила с заявлением, в котором приветствовала присоединение международного сообщества к войне против ИГИЛ, однако отметила, что борьба с террористами должна сопровождаться борьбой с Асадом, так как он является главным «катализатором экстремизма». Великобритания и Нидерланды выразили поддержку действиям коалиции, а Австралия присоединилась к воздушной операции против боевиков ИГИЛ. Нанесение ударов по ним одобрил Генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун. В свою очередь, Россия и Эквадор выступили против этих действий, поскольку они не были согласованы с правительством Асада.
С сентября 2014 г. ВВС США и их союзников приступили к ночным бомбардировкам территорий, занятых боевиками «Исламского государства». Самолеты Бахрейна, Иордании, Катара, Саудовской Аравии и Объединенных Арабских Эмиратов присоединились к атакам на лагеря террористов, расположенные в сирийских провинциях Ракка и Алеппо. Координацию авиаударов взял на себя ЦЕНТКОМ США. Были выбраны 20 объектов, используемых активистами ИГИЛ, а также группировкой «Джебхат ан-Нусра», близкой к террористической организации «Аль-Каида».
Всего за 13 месяцев ночных налетов более 3650 террористов было уничтожено, в том числе 3276 боевиков ИГИЛ и 374 члена «Аль-Каиды». Число жертв среди мирного населения сирийских провинций, по разным данным, достигло 225 человек, включая 65 детей и 40 женщин[190]. Однако после вовлечения в войну с «Исламским государством» Воздушно-космических сил России к осени 2015 г. массовые авиарейды союзной коалиции сменились одиночными полетами. Среди целей для атак на подконтрольных ИГ территориях выделяются объекты нефтяной промышленности, электростанции и укрепленные военные базы, которые могут использовать перешедшие в наступление войска Башара Асада[191].
В начале февраля 2016 г. готовность к проведению наземной операции в Сирии выразили военные представители Саудовской Аравии, однако их слова остались на бумаге. Летом этого года «Демократические силы Сирии» при поддержке американской авиации начали крупное наступление на севере страны. 13 августа ими был освобожден город Манбидж. А осенью 2016 г. американские военные в сопровождении членов оппозиционной ССА вошли в города Мареа и Аазаз (к северу от Алеппо) для координации атак против «Исламского государства»[192].
С приходом к власти 45-го американского президента появились два существенных изменения в стратегии по борьбе с террористами. Во-первых, Дональд Трамп расширил полномочия Министерства обороны США своевременно и агрессивно бить «по слабым точкам врага в любой стране мира». Во-вторых, Трамп распорядился сменить тактику выдавливания боевиков из мест их базирования на тактику их окружения в опорных пунктах. Такие решения президента были мотивированы желанием не допустить возвращения боевиков в страны, из которых они прибыли в Сирию и Ирак[193].
Несмотря на военные акции сил антиигиловской коалиции и на предпринятые дипломатические усилия мирового сообщества, процесс мирного урегулирования сирийского конфликта зашел в тупик. 26 сентября 2016 г. на заседании Совета Безопасности ООН представители США, Великобритании и Франции выразили свое истинное отношение к легитимно избранному правительству Сирийской Арабской Республики, а именно необходимость его свержения. Дополнительным подтверждением этому стала публикация в немецком издании газеты Kölner Stadt-Anzeiger интервью одного из полевых командиров группировки «Джебхат ан-Нусра», который также настаивал на этом[194].
17 мая 2017 г. Палата представителей американского Конгресса приняла законопроект, который в случае его одобрения в Сенате обяжет президента США ввести санкции против союзников режима президента Сирии Асада. «Преступления Асада против человечества не должны остаться без ответа. С помощью этих новых санкций мы продолжим закручивать гайки в отношении сирийского режима и его наиболее активных сторонников, в том числе Ирана и России», — заявил спикер Палаты Пол Райан.
Новые ограничения касаются в первую очередь компаний из России и Ирана, которые связаны деловыми отношениями с властями Сирии. Их представителям будет отказано в выдаче американской визы, а любая собственность таких фирм на территории США будет арестована. Если этот законопроект примут, то Трамп также обязан внести в «черные списки» иностранных граждан, которые оказывают поддержку властям Сирии. В связи с этими списками, республиканец Эдвард Ройс, председатель Комитета по иностранным делам Палаты представителей, заявил: «Именно Башар Асад является причиной насилия в Сирии, а его сторонники, среди которых Россия и Иран, — основные виновники смертей и разрушений. Это российские и сирийские истребители и вертолеты сбрасывают бомбы на больницы и школы»[195].
Такие высказывания связаны в первую очередь с антисирийскими и антироссийскими настроениями, царящими в Конгрессе США. Представителям американского истеблишмента не нравится, что Россия поддерживает правительство Башара Асада в его борьбе против ИГИЛ, а результаты действий российских ВКС гораздо эффективнее, чем американских. Поэтому одной из целей военной кампании США в Сирии является ликвидация пунктов базирования российских ВКС и ВМФ в этой стране. Москва неоднократно предлагала Вашингтону начать совместную борьбу против терроризма в Сирии, однако предложения отвергались американцами. Это связано не только с антироссийской истерией, царящей в Вашингтоне, но и с тем, что Сирия является важным объектом реализации американских экономических и политических интересов на Ближнем Востоке. Для этого, по замыслу американских стратегов, Сирию целесообразно разделить на три части: первая часть — полностью признанная США, а затем и мировым сообществом агломерация умеренной оппозиции на западе страны; вторая — частично признанный Сирийский Курдистан по границе с Турцией; третья — непризнанная, но устойчивая формация непримиримой оппозиции, состоящая из разного рода террористических формирований на востоке Сирии. Каждая из этих частей будет играть строго определенную роль. Хотя формально Сирия может являться единым и неделимым государством, фактически она будет существовать в двух основных измерениях[196].
Первое измерение заключается в формировании легального проамериканского представительства в Сирии, которое обретет
