Зачем? Это ведь попросту опасно… Каждый раз когда я с ними наедине — ген начинает действовать. И они могут о нём догадаться.
А ещё меня физически влечет к этим мощным шиарийцам. А в моей душе понемногу разгорается огонёк интереса к ним, как к личностям. Я всё чаще прислушиваюсь к их словам, замечаю хорошие стороны и нежусь от их прикосновений и запаха. А мой хвостик ищет любой возможности, чтобы сплестись в косицу с хвостами капитанов…
Но без омега-гена ничего этого не было бы. Без своего дефекта я никогда не заинтересовала бы Ордела и Ханта.
Пока ген не включился — они были грубыми альфачами — наглыми и резкими в словах и действиях.
Сейчас маршалы объясняют это тем, что якобы их влекло, но они сопротивлялись… Но в равной степени может быть так, что сейчас они просто притягивают факты за уши, а едва феромон перестанет действовать, они и лица моего не вспомнят. Я буду просто одной из сотни их поклонниц. Яркой вспышкой, которая забылась так же быстро как зажглась.
И встретив меня вновь — капитаны посмотрят с безразличием. Или даже с презрением — если будут знать, почему всё так случилось.
Что тогда произойдёт с моим сердцем и гордостью? На сколько осколков они разобьются?
Я слишком боюсь этого.
Слишком…
А если после всего маршалы узнают о беременности… то как это будет выглядеть? Будто я использовала свой ген, чтобы залететь от них… сделать их дураками, что бегают за той, кого терпеть не могли. А потом женить. Потому что они детей не оставят… И будет у нас семья — несчастливая, бракованная ячейка общества.
А если я улечу, то всё встанет на свои места. Феромон ослабнет — маршалы выйдут из-под его контроля. И вероятно забудут об этом “приключении”. А я прекрасно воспитаю детей одна. А если вдруг не забудут, то наверняка постараются связаться… и тогда я уже решу, надо ли сказать им правду или нет.
Я решительно кивнула сама себе.
А мой золотой хвостик наоборот расстроенно накрутился вокруг моей ноги и возмущённо защёлкал.
— Ну так что, Ария? — проникновенно спросил Люциан Грей со своей неизменной белозубой улыбкой на загорелом лице. — Вы согласны?
— Возможно…
Я ещё не договорила, а на стенах кабинета вдруг стал меняться окрас из бежевого в траурно-чёрный. На полу прямо возле моих ног вырос тройной порог, будто корабль не хотел, чтобы я подходила к профессору.
— Но, — торопливо добавила я, — мне надо ещё подумать.
— Понимаю, — шире улыбнулся Люциан. — У нас есть пара дней, пока мы будем составлять отчёт о корабле. Кстати… Часто он так опасно бушует?
— Он не бушует, — заступилась я за крейсер. — Просто он… эмоциональный. И реагирует на окружение.
— Хм-м-м, — Люциан покачал головой. — Это не по протоколу… Нехорошо. Боюсь, если написать всё честно… то власти могут потребовать спустить корабль на землю до выяснения.
— Я лично подпишу в объяснении, что это лишь проявление мощного ядра, — нахмурилась я.
— Не знаю… А само ядро ты видела, Ария. Может, проблема в нём? Что, если оно болеет? Или заражено вирусом? Тогда это опасно! Хорошо бы нам взглянуть на него.
— Вы же сами знаете, к сердцу крейсера имеют доступ только капитаны.
— И те, кому они его откроют. Ты могла бы попросить за нас.
— С чего бы вианам такое позволять? — нахмурилась я, не понимая, как разговор свернул в эту степь.
— Ну что ты как маленькая, Ария, — цокнул языком Люциан Грей. — Просто улыбнись, как ты умеешь, и попроси… Они не откажут. Их инстинкт уже работает на полную.
От такого заявления у меня аж глаз дёрнулся. А следом и хвост.
И пока я переваривала услышанное, профессор подошёл ко мне — слишком близко! Буквально вторгся в моё личное пространство. Я сделала шаг назад, но Люциан вдруг поймал мою руку и сжал, совсем не дружественно, притянул и жарко зашептал:
— Я скажу им, что ты со мной. И что это решено. Не волнуйся, это не по настоящему. Спектакль.
— А?! Нет, не… не надо!
— Приготовься! — шепнул он, сжав мою ладонь, которую я пыталась выдернуть.
“К чему?!” — не успела спросить я, как дверь в кабинет открылась и в проёме появились внушительные фигуры шиарийцев. Они зашли внутрь, и тут же их взгляд упал на наши с профессором руки.
Я поспешно выдернула свою — и Люциан отпустил — но это заставило мужчин помрачнеть ещё больше. Их мощные хвосты агрессивно выгнулись. Воздух начал дрожать от напряжения.
Должно быть для капитанов всё выглядело так, будто они поймали меня за чем-то неправильным — а мой испуг это подтвердил.
Космос великий, ну почему я опять в какой-то странной ситуации!
— Вианы, — улыбается профессор, — мы с Арией…
— Мы разговаривали! — вставляю я, чтобы профессор не вздумал сказать какую-нибудь чушь о том, что мы якобы “вместе”. — Что случилось?!
— Вот и нам интересно! — зарычал Ордел, испепеляя профессора взглядом.
— В коридоре почернели стены, — более сдержанно объяснил Хант, но и от его фигуры веяло таким раздражением, что на месте Люциана я бы прикусила язык. — Так о чём же вы таком разговаривали?
— О том, — вежливо ответил профессор, будто не замечая сгустившейся атмосферы, — что было бы хорошо взглянуть на ядро…
— Исключено, — тут же отрезал Ордел.
— И, конечно, о том, — как ни в чём не бывало, продолжил Люциан, — что после подписания отчёта, я закрою виане Арии практику. И мы вернёмся на планету вместе. Верно же, Ария?
Ох…
Теперь все взгляды устремились ко мне, заставляя внутренне ёжиться. Золотые глаза капитанов прожигали огнём. У меня волоски на затылке встали дыбом. Хвосты шиарийцев расстроенно щёлкнули кончиками. И мой золотыш хотел также расстроенно щёлкнуть в ответ, но я вовремя увела его за ногу, заставив вытянуться в ровную линию.
— Ты улетишь с ним? — угрожающе зарычал Ордел. И от гнева в его тоне, во мне тоже начала закипать злость.
Чем они вообще недовольны? Почему смотрят так, будто я их предала? Я им ничего не обещала! И вообще… так будет лучше для всех.
Я вздёрнула подбородок. Сказала, как можно более сухо:
— Я пока не решила. Но это возможно.
Капитаны сжали зубы до желваков.
Их взгляды потемнели.
Они смотрели так, будто хотят сгрести меня в охапку, унести в спальню и приковать к спинке кровати. Чтобы я уж точно никуда не сбежала.
“Это всё ещё эффект феромона”, — горько подумала я. И хотела уже ответить что-то своевольное, но тут мой коммуникатор подал сигнал. Это звонила моя подруга — Диана.
— Профессор, капитаны — прошу покинуть мой кабинет. У меня перерыв! — тут же встрепенулась я.
— Ария… — начал было Хант, но я его прервала.
— Поговорим позже.
***
Наконец, я осталась одна. Удостоверившись, что никто меня не подслушивает, я села за стол и приняла вызов. Миниатюрная фигурка беловолосой Дианы спроецировалась на мраморную столешницу. Судя по белому халату, она сейчас была в лаборатории.
Едва увидев меня, подруга радостно защёлкала своим золотым хвостом, приветствуя меня.
— Ари! Как ты?!
— Ди, — к глазам у меня подкатили сентиментальные слёзы. — Я так соскучилась!
— О! И я, — она сделала обнимающий жест, и я повторила его. Это был наш маленький дружеский ритуал. — И, кстати, не только я… все по тебе скучают, Ари! Вон, твои братья заходили недавно. Псионически они, конечно, просто танки! Еле ментальный блок удержала, чтобы они про тебя ничего не прочитали.
— Ох… — я сцепила руки. — Что-то про меня спрашивали?
— Вскользь. Но их как будто твой отец заслал. Они так и рыскали! Ты уверена, что не стоит им сказать? Они тебя мигом вытащат с этого крейсера.
— Нет!!! Точнее… я потом как-нибудь сама. Мне ведь придётся… — Я понизила голос до шёпота. — Тест положительный.
Сначала Ди не поняла меня. А потом глаза её расширились, она ахнула и захлопала в ладоши.
— Ари, поздравляю! Отцы будущих деток в курсе?!
— Нет, — я испуганно замахала на неё руками. Хоть никто не мог нас подслушать, но всё равно было боязно вот так это обсуждать.
