Все же перспектива скорого возвращения домой помогла ей успокоиться; во всяком случае, она погрузилась в сон почти сразу.
Проснулась она в непроглядной темноте и в абсолютной тишине. Гроза прошла стороной, в комнате было жарко, как в духовке. Элен стало ясно, что спала она отнюдь не так спокойно, как рассчитывала. Она выбралась из-под смятых простыней и вышла на балкон, надеясь освежиться. Но и вне дома воздух был тяжелым и влажным, а сад как будто затаился в молчании, выжидая. Вот только чего?
Элен тут же получила ответ на свой невысказанный вопрос. Небеса словно разверзлись, крупные капли застучали по земле. Когда Элен вернулась в комнату, ее ночная рубашка уже промокла и прилипала к телу. Она сбросила ее и скользнула под тонкую простыню.
Теперь предстоит учиться засыпать, не прислушиваясь к звуку шагов Марка, подумала она. Слишком много впереди ночей, когда его не будет рядом.
Но вот зажглась лампа на прикроватном столике, и рядом с кроватью вырос Марк. Его волосы свисали мокрыми прядями, и капли дождя еще дрожали на смокинге.
— Что вы тут делаете? — выдохнула Элен.
— Пришел сказать тебе, что выиграл.
Он достал из кармана пачку евро крупного достоинства.
— Я очень за вас рада. Но новости лучше сообщать утром.
Марк только улыбался. Узел его галстука был ослаблен, несколько пуговиц на рубашке расстегнуты.
— Да ведь уже утро, радость моя. А кроме того, я еще кое-чего хочу.
— А это не может подождать? Я… я очень устала.
— А я ждал достаточно долго, — возразил Марк. — В нашу первую брачную ночь ты обвинила меня в том, что я купил тебя ради секса. Если и так, Элен, то я совершил неудачную сделку. И сегодня мне пришло в голову, что я еще не расплатился сполна за право насладиться этим прекрасным телом. Так что… — Он рассыпал по кровати часть банкнот. — Что я могу за это получить, сердце мое? Улыбку? Может быть, поцелуй? Или вот это?
Он сорвал простыню с Элен и отбросил ее в изножье кровати. Элен ахнула и попыталась свернуться клубочком, стараясь как можно плотнее прикрыть себя дрожащими руками.
— Вы, — почти беззвучно произнесла она, — обещали, что не будете больше просить.
— А я и не прошу, — спокойно возразил Марк. — На сей раз я просто беру.
— Но почему? — Элен невольно всхлипнула. — Разве в казино было мало женщин, которые за эти деньги…
— Не один десяток. И все они были куда более горячими и доступными, чем ты, золотая моя. Но я решил, что мне больше подойдет… маленькое домашнее развлечение. А ты можешь закрыть глаза и представить, что на моем месте кто-то другой.
Осторожно, но неумолимо он отвел в стороны ее руки и завел тонкие запястья за голову. Элен вскрикнула, когда Марк свободной рукой захватил ее лодыжки и вытянул ее на кровати. Теперь ей было не скрыться от голодного взгляда темных глаз.
— Марк, — простонала Элен, — умоляю вас, не надо этого делать.
Марк залез на кровать и зажал ее ноги своими коленями.
— Элен, ты настоящее чудо. И твое тело создано именно для этого.
Элен попыталась сопротивляться, стиснула губы, но Марк не был намерен сдаваться. Его язык обжег ее, словно язык пламени, ее губы раздвинулись.
Удовольствие приходило медленно, сначала легким бризом, колышущим неподвижную воду, а затем накатило неодолимой волной, подхватило Элен, и она взмыла в невообразимую высоту.
А потом Элен лежала на спине, потрясенная, дрожащая, не в силах осознать, что с ней произошло. Незнакомая эйфория переполняла ее тело. Каждая косточка, каждая мышца, каждая клеточка — все как будто растаяло, и она плыла в океане счастья, бессильная и невесомая.
Она смутно почувствовала, что Марк отодвинулся от нее, и ее свободная рука потянулась к нему.
— Спокойней, любовь моя. Я здесь, — шепнул он.
Она поняла, что он разделся, потому что он тут же прижал ее к себе. Ее капитуляция была мгновенной и полной. Она почти безвольно подняла ноги, обвила ими бедра Марка. Ее движения эхом повторяли мощные движения входящего в нее мужчины.
— Скажи мне, — хрипло зашептал он, — скажи, если я делаю тебе больно.
— Я хочу тебя, — беззвучно выдохнула она. — Я хочу… всего…
После первого прилива экстаза, который еще не схлынул, она ожидала, что ощутит только истому и отсутствие эмоций. Что будет только податливой. Но она ошиблась.
Властная сила Марка вызывала в Элен реакцию, отнюдь не сводящуюся к простому подчинению. Неожиданно ее тело пробудилось к жизни. Ритм движений Марка сделался быстрее, мощнее, и тела любовников сплелись в тесную спираль.
А потом они тихо лежали рядом, оба в горячем поту. Голова Элен лежала, как на подушке, на груди Марка. И оба ждали, когда успокоится их дыхание.
Эти мгновения стали для Элен мгновениями возвращения на грешную землю. Горького возвращения.
Ибо отныне нет места для притворства. Она взяла его с такой же полнотой, как сама отдалась ему. Она принесла ему в жертву свое самоуважение, отказалась от попыток сохранить равнодушие.
Как бы все ни начиналось, Марк подарил ей ночь, которую не забыть никогда. Но уже скоро он зароется лицом в чьи-то еще волосы, его длинные пальцы будут лениво ласкать чужую грудь. А она позабыла об этом ради нескольких часов абсолютного восторга.
Маленькое домашнее развлечение. Эти слова вспомнились Элен и обдали ее холодом. Он хочет одного: чтобы она ждала его в Монтигле, готовая отдать ему все, что он захочет. Вечный медовый месяц, думала Элен, кусая распухшую от поцелуев губу. Однако, когда ее сексуальное образование будет закончено, она, наверное, утратит для него сладость новизны.
И вся боль достанется на ее долю.
Мне нужно научиться не думать, сказала она себе, когда ровное дыхание Марка сообщило ей, что он заснул. Не задаваться вопросами, что он делает, когда его нет дома, с кем он может быть. Никаких сцен, никаких упреков.
Если я сумею быть слепой, а он будет достаточно благоразумен, тогда, возможно, наши отдельные жизни пойдут своим чередом.
А теперь, подумала она, выключая лампу, надо спать.
Открыв глаза, Элен увидела яркий свет солнца и услышала пение птиц. Марк склонился к ней и поцеловал — по-видимому, уже не в первый раз.
— Доброе утро. — Он приподнялся на локте и улыбнулся. — Ты очень красиво просыпаешься.
Краска залила ее щеки. Несомненно, ночью он укрыл ее простыней, и теперь она надежно защищена от слишком яркого солнца. И, что важнее, от его взгляда.
— Доброе утро, — смущенно ответила она. — А дождь… Дождь кончился?
— Ты истинная англичанка, дорогая моя. — Невероятно, но Марк смеялся. — Даже лежа в постели с любовником, ты способна говорить о погоде.
