Этьен дожевывал морковку, и Анна заметила, что он очень доволен собственной загадочной фразой.
Глава седьмая
— Кто здесь живет? — спросила Анна.
Этьен объяснил, что это четырехквартирный особняк «Паллада».
— Здесь живет друг.
Открылась дверь, и они вошли в громадное, модно обставленное жилое помещение.
— Твой друг не женат, — заметила Анна, глядя на одноцветные кожаные и хромированные предметы интерьера.
— Как ты догадалась? — удивился Этьен.
— Это сразу видно: мужская комната, — прошептала она, дотрагиваясь до острого угла металлической скульптуры в человеческий рост. — Этьен, почему ты решил, что мне будет приятно пойти в гости к твоему другу с таким необычным художественным вкусом?
— Не волнуйся, его нет дома.
— Зачем же мы сюда пришли?
— Иди за мной, сейчас все поймешь, — заверил ее Этьен, подхватывая Анну под локоть.
Шагая так, чтобы успевать за ним, Анна позволила увлечь себя. Они прошли по громадному белому ковру с длинным ворсом, затем вниз по лестнице к широким двустворчатым дверям, которые Этьен торжественно распахнул.
— Ух ты! — воскликнула Анна, вздрогнув от неожиданности.
— Ну как?
— Это декаданс, но он великолепен. В этой комнате хорошо смотрелись бы римские мадонны, — восхищенно сказала она, рассматривая мозаичные полы.
Великолепие венчали фрески на потолке и струя водопада.
— Зачем ты привел меня сюда?
— Зачем ходят в бассейн? Я буду учить тебя плавать.
— Нет! — Она замотала головой. — Я не могу…
— Чепуха! — заверил Этьен.
Легко ему так говорить!
— Звучит примерно так: плыви сюда на глубину. Подобная методика была у моего школьного учителя.
— Не будь такой ершистой. Каждому надо научиться плавать. Ты же хочешь подавать пример детям?
— Это шантаж!
— Пусть так, но это действует.
— Некрасиво с твоей стороны! Я не умею плавать и не хочу.
— Почему?
— Боюсь, — выпалила она. — Ты доволен? Продолжай смеяться над моей спортивной несостоятельностью! Я трусиха и всегда была такой.
— Трусихи не прыгают из движущегося автомобиля.
— Это отчаяние, а не смелость.
— Я теперь знаю, чего ты боишься. — Этьен положил руки ей на плечи. В его тоне не было ни тени насмешки. — Но не надо пугаться, я никому не позволю обидеть тебя.
Анна не стала выискивать подтекст в его ласковых словах, к тому же она была не в силах противиться сладкому жару, наполнявшему все ее существо.
— Я буду выглядеть дурой. Кэтрин, наверное, ничего не боялась. — Это вырвалось помимо ее воли. Анне хотелось закричать от досады. Она не собиралась демонстрировать свои слабости. Сейчас она почти физически ощущала, какие усилия прилагает Этьен, чтобы оставаться тактичным, не говоря лживых слов.
— Каждый из нас чего-то боится.
— Я боюсь воды. Ты не можешь сделать меня смелой и бесстрашной.
— Думаешь, я хочу превратить тебя в копию Кэтрин? — на лбу Этьена собрались морщины.
— У тебя не получится и при всем желании.
Она отвела глаза, чтобы они не выдали ее подозрений. Его слова задели вполне реально существующие опасения. Что общего у них с Этьеном, кроме детей? Ответ напрашивается сам собой — ничего. Сейчас она представляет для него новинку, но то, что сегодня предмет для шуток, завтра превратится в препятствие, и он попытается перевоспитывать ее.
— Не говори потом, что я тебя не предупреждала, — проворчала она. — Надеюсь, здесь найдется купальник?
— Вряд ли. Надо помнить, что этот бассейн служил моему другу лучшим средством для обольщения. Ему казалось, что купальники разрушили бы общую атмосферу комнаты. Что касается меня, то идея удаления всех этих облегающих лоскутов кажется мне… стимулирующей.
— А человек, который живет в этом доме, наверное, возвышенная натура.
— Вовсе нет. То был профессиональный холостяк, которого больше не существует.
— Он умер? — спросила Анна, ужаснувшись черствости Этьена.
— Женился, его зовут Адам, — печально поправил Этьен и чуть наклонил голову, как будто Анна собиралась ударить его. — По каким-то причинам его жена отказалась здесь жить, — сказал он, усмехнувшись. — Странная девочка. Она изменила Адама до неузнаваемости. Даже отучила его носить галстуки, как у Микки-Мауса. Квартирой распоряжается агент, и у нас есть разрешение воспользоваться ею.
— Думаю, ты сказал ему, что тебе нужна квартира для романтического свидания.
— Я сказал правду, что хочу научить свою жену плавать, ведь у меня есть свой дом, хотя кровать Адама может все, только не исполняет государственный гимн. Некоторые ее приспособления смущают даже меня.
— Я не буду плавать без одежды! — упрямо заявила Анна.
— Попробуй, и сразу поймешь, что без одежды гораздо лучше, — убеждал Этьен.
— Что ты делаешь? — ужаснулась Анна.
— Раздеваюсь.
— Это-то я вижу, а зачем?
— Мне кажется, это должно возбуждать.
Этьен совершенно не стеснялся своего обнаженного тела. Вот он наклонился, чтобы разуться. Губы Анны непроизвольно раскрылись, в груди стеснилось при виде сильной мускулатуры Этьена. Его одежда была сложена аккуратной стопкой. Молескиновые брюки соскользнули с ног, и он шагнул из них.
Этьен знал, что Анна пристально рассматривает его, и развернулся под ее взглядом. Она тихо ахнула, когда он снял свои боксерские трусы.
— Когда покровы упали, твой взгляд стал очень выразителен, — сказал Этьен, после чего повернулся, нырнул и поплыл под водой. На какой-то момент Анна испугалась за него, но потом увидела, что он движется уверенно.
Напряженность его тела свидетельствовала, что он правильно понял, что светилось во взгляде Анны. Этьен знает о ее эротических фантазиях! Анну бросило в жар. Скорее для того, чтобы отвлечь его внимание, она быстро сняла с себя одежду и бросила скомканной. В отличие от Этьена она пошла вдоль края бассейна к дальнему его концу, где было неглубоко. Анна осталась в бюстгальтере и трусиках, решив, что белье прикрывает даже больше, чем купальник.
Она стояла на верхней ступени лесенки, так, что ее ноги были лишь частично погружены в воду, когда в нескольких футах от нее из воды показалась темная голова Этьена.
— Трусиха!
— Я же говорила тебе, что не люблю воды. Мне холодно!
— Холодно? Я знаю из надежного источника, что воду в бассейне подогревают до двадцати четырех градусов. Естественно, я рассчитывал на другую экипировку. — Он пожал плечами, внимательно разглядывая ее ансамбль из белого хлопчатобумажного английского кружева. — Сосредоточимся на нашей задаче.
