Мама снова выдает смешок, но обеспокоенные нотки голоса наставляют беречь себя и хорошо питаться.
— Меня реанимируют только твои тефтельки! — настаиваю я и сама не замечаю, как быстро подошла к дому Светы.
Сверившись снова со временем, я хмурюсь. Слегка заболталась, а девчатам нужна помощь, а то не успеем до прихода невесты.
— Мам, надеюсь с папой и Яриком все нормально? Я не могу долго говорить. Пойду девчатам помогать.
— Да что с нашими мужчинами будет? Едят как не в себя. Один к тому же вечно за компьютером, другой — со своими жестянками мается. Так и живем среди металлического мусора! Я их и вижу только за столом!
Мама недовольно фырчит. Видимо, кто-то из них как раз попался ей на глаза сейчас.
— Тогда передавай им привет от меня, а я побежала! Люблю, целую и кладу трубку, мамуль, — произношу я и, когда мама прощается, скидываю вызов.
Шея начинает ныть от долгого, как мне кажется, разговора, и мне остается лишь поворачивать голову во все стороны, пока боль не улетучивается окончательно. Вспомнив о торте, чертыхнувшись в голос, я заглядываю в прозрачные части крышки, чтобы удостовериться, что сладкий подарочек невесте мною неиспорчен. Вроде всё в порядке, но мне не по себе. Вот поднимусь в квартиру и сразу же проверю наверняка, чтобы не мучиться подозрениями. Совесть загрызет до смерти, если моя вина подтвердится…
Один шаг к многоэтажке — и телефон снова разрывается от звонка. Напасть какая-то! Я с тяжестью выдыхаю, проверяю, кто звонит на этот раз, и сразу же отвечаю:
— Что случилось? Света пришла уже, что ли?
— Да нет, — отвечает Оксана заторможено, явно не ожидавшая столь бурной реакции с моей стороны. — Мы тут с Леной забыли сок для Светы взять. Ей же нельзя ничего крепче чая.
— Бли-и-ин, зачем так пугать-то?! — ворчу я, радостная, что ничего критичного.
Сердце затрепетало в груди, в мгновение ускорив свой ритм; дыхание сперло. В голове успело проскочить множество мыслей от самых безобидных до трагических вроде прихода Светы и вызова скорой из-за неудачного развешивания гирлянд.
— Я куплю, — выдыхаю я и смеюсь над собой.
Похоже, мне нужен хороший отдых, а то я уже совсем дуркую без причины! Накопившая усталость постоянно напоминает о себе.
Оксана угукает в ответ, сама отключает звонок, а я затем запихиваю телефон в сумку, стараясь вновь проделать все осторожно, боясь за тортик. Надо бы и сообщения от Ильи не забыть посмотреть и высказать заодно всё, что думаю по поводу перевода денег. Где он вообще номер моей карты взял? Неужто по привязке к сим-карте?
Вздохнув, я оглядываюсь в поиске ближайшего магазина и, найдя его, уверенно шагаю, чтобы прикупить сока. Всё остальное оставим пока на потом.
Оксана запускают меня в квартиру, и я сразу же вручаю ей торт и пакет с двумя двухлитровыми коробками сока.
— С тортом осторожнее, — тяжко выдохнув, бормочу я. — И не мешало бы его проверить на целость…
— Что-то произошло? — сразу же интересуется Оксана.
Она вскидывает брови и, не дождавшись ответа, заглядывает в прозрачные отсеки крышки, изучая состояние торта.
— Да ничего такого. Просто народу в магазине тьма тьмущая — фиг протолкнешься к кассам, — да еще и один кассир на весь супермаркет, потому что другим, видимо, приспичило раскладывать товар, пойти поужинать, побездельничать или еще чего важного. Покупатели нервничали, я торопилась вернуться. Пару раз меня толкнули, пару раз чуть не раздавили тортик своими телесами… Думала, прибью кого-нибудь, вот честно… А один осел — длиннолапищий динозавр — наступил мне на ногу!!! Я еле сдержалась, чтобы не покрыть его чередой ласковых.
Я выражаю недовольство сплошным словесным потоком, но легче от душеизлияния мне не становится. Устала так, словно отвела двенадцатичасовую смену без единого перерыва. Вспоминая весь этот кошмар в супермаркете, я раздраженно стискиваю зубы и прикрываю за собой входную дверь, пока не раздается щелчок замка.
— Твоя жертва была не напрасной, — улыбается Оксана, явно пытающаяся сдержать смех.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Это видно по ее подрагивающим губам и по веселому блеску в глазах.
— Моя жертва не стала жертвой для начала, — решаю я пояснить и сама же прыскаю от смеха.
Сама пошутила — сама посмеялась… Ну, а что такого?
Разговор непроизвольно сходит на «нет». Оксана в ответ пожимает плечами, после чего возвращается на кухню с порученной ей ношей; я же пытаюсь безболезненно вытащить ноги из полусапожек, опираясь рукой на стену. Беготню по супермаркету на каблуках уже тяжеловато переносить в моем возрасте, но отказаться от любви к шпилькам куда сложнее, чем, пожалуй, от любви к танцам. По крайней мере со спортивной карьерой, отнявшей большую часть жизни, уже покончено… Чем не результат?
Я ставлю правую стопу на ламинат и чувствую, как следом похрустывают суставы, но после покалывающей боли наступает расслабление, позволяющее выдохнуть с облегчением. То же проделав с левой ногой, я топчусь на месте, наслаждаясь ощущением свободы, попутно оперативненько освобождаюсь от пальто. Сумку я решаю оставить на пуфике, выудив из нее только телефон, затем бреду на кухню вслед за Оксанкой.
Пока я возилась в коридоре, подруга уже успела убрать упаковки с соком в холодильник и сейчас мучилась над развязыванием узелка на коробке с тортом.
— Ну как вы тут? Извини, что припозднилась…
— У нас всё в порядке, — перебивает Оксана и с торжествующим видом скидывает ленты, расправившись с узлом. Это было её маленькой слабостью, поэтому предлагать ножницы не имело смысла. — Мы справились и без тебя. Можешь сходить и оценить наши труды. Вышло очень даже здорово!
Подруга ненадолго поворачивается ко мне с улыбкой, но вскоре всё наше внимание завоевывает торт. Когда Оксана приподнимает крышку, мы вдвоем досконально рассматриваем внешний вид кондитерского изделия. Удовлетворенный вздох подруги греет душу, поскольку над оформлением сладкого подарочка я думала очень долго. Свете, скорее всего, платье было легче выбрать, чем мне для нее торт. Наверное, я слишком серьезно отнеслась к подобным мелочам, но лучшая подруга заслуживает лучшего девичника.
Я фоткаю наш приз и на удивленный взгляд Оксаны поясняю, что обещала кондитеру подробный отзыв в инстаграме с фотками и со ссылками на ее страницу. Оксана понимающе кивает — многие сейчас так раскручивают свое дело. Может, и мне завести для студии аккаунт? М? Надо будет всерьез это обдумать и взвесить все «за» и «против».
— Я спрячу нашего Аполлона — или это Венера? — в холодильник, а ты иди смотреть. Лена уже должна была закончить с фотками.
Я киваю и оставляю подругу, краем глаза поглядывая, как она осторожно прикрывает торт крышкой. И все-таки мне удалось вернуться в квартиру без особых потерь, не считая отдавленной ноги. Словила немножко адреналинчика после бессонной ночи, теперь можно и повеселиться вдоволь. Взглянув на наручные часы, я сверяю оставшееся время до прихода невесты. Еще пятнадцать минут…
Из соседней комнаты доносится Ленин смех, отчего сразу приходит понимание, что подруга с кем-то разговаривает по телефону — наверняка с мужем, судя по воркующим ноткам в интонации. Я заворачиваю к спальне; не могу сдержать улыбку, чувствуя себя чеширским котом.
«Вышло очень даже здорово» — это приуменьшено!
Комната стала напоминать детскую, увешанную гирляндами из разноцветных бумажных кружочков, парой связок из розовых и белых шариков. На стене на нитке развешаны наши детские фотки. Всё это украшение даже интерьеру спальни не противоречит, выдержанному в сочетании белого и светло-фиолетового цветов. Низкий журнальный столик девчонки перенесли поближе к кровати и заставили закусками и столовым сервизом на четыре персоны. Желудок предательски бунтует, требуя еды, — с самого утра во рту ни крошки, — но я заставляю себя оторвать взгляд от столика и присесть на постель. Что ни говори, это стоило того, чтобы ломать голову над идеей девичника!
