разум, а я должен тебя отпустить? Как мило.
Мужчина рассмеялся. Пока я пыталась вырваться, его вторая рука схватила моё левое запястье и перекрестила его с правой рукой, прижимая обе к моему телу.
— Ну-ну, не надо так. В конце концов, это ты здесь нарушитель.
— Не нарочно же!
— В этом я уверен. Метка на твоей руке говорит о том, что ты ещё не Пала.
Его металлическая маска коснулась моего виска, когда он наклонился ещё ближе. От него пахло старыми книгами и пыльной кожей — словно от дальних проходов какой-то древней библиотеки.
— И всё же, каким образом ты здесь оказалась? Мне интересно знать.
— Я не знаю! Отпусти меня! — Я снова попыталась вырваться.
— Какая бойкая.
Мужчина рассмеялся. Он отпустил мои волосы и руку. На мгновение я подумала, что он действительно послушается и отпустит меня. Но когда я обернулась, он лишь позволил мне повернуться к нему лицом, а затем снова схватил мои запястья и прижал их к краю саркофага по обе стороны от меня.
Гладкую чёрную металлическую маску с единственным отверстием для правого глаза было трудно не узнать. Теперь я могла разглядеть несколько седых волосков — единственный контраст цвета среди его длинных иссиня-чёрных волос. Он был выше среднего роста, но далеко не таким высоким, как Сайлас, и не таким широкоплечим, как Владыка Каел. Но он был таким же пугающим. Казалось, весь его облик был тщательно продуман именно для этой цели. И уж точно не помогало то, что теперь он навис надо мной, прижимая меня спиной к саркофагу всей длиной своего бедра.
Очень старомодный, хотя и дорогого вида костюм-тройка этого мужчины был сшит так, чтобы подчеркнуть его угловатую, но подтянутую фигуру. Он был создан, чтобы отличать его владельца от всех окружающих. Он выглядел, как живой кошмар. Возможно, так оно и было.
Я застыла в молчании, глядя снизу-вверх с широко распахнутыми от страха глазами на гладкую металлическую маску, которая смотрела на меня в ответ.
— Полагаю, более вероятно, что ты здесь по моей воле, — задумчиво произнёс он.
— Ты… не уверен?
— Нет.
Он резко втянул воздух носом и выпустил его с лёгким вздохом — словно соглашаясь с проигрышем в споре, который вёл сам с собой.
— Ах, что ж. Ты и так узнаешь об этом достаточно скоро. Боюсь, моя хватка над собственным разумом может быть несколько… шаткой, в лучшем случае.
— О, прекрасно. Значит, мне приснился безумный кошмарный человек, — пробормотала я с горечью.
— Ты полагаешь, что я — плод твоего воображения? Как очаровательно. Нет, дорогая моя. Я вполне реален. Мой расколотый разум может играть со мной в свои игры, но в этом факте я совершенно уверен. Ты просто каким-то образом оказалась внутри моей спящей психики.
Моё сердце ухнуло куда-то в живот. Теперь всё действительно перешло от странного к худшему. Я могла бы спросить, как такое возможно, но меня уже преследовал по улицам Барнаула человек в полном рыцарском доспехе — после того, как я всадила ему пулю в голову, — а потом швырнули сквозь чёрный портал в другое место. Не говоря уже о Сайласе, о трупе в моей лаборатории и о магически появившейся татуировке.
Сейчас логика вылетела в окно. Так что — почему бы и нет? Странный безумный мужчина в чёрном преследовал меня в снах.
— Ну что ж… просто замечательно, — наконец выдавила я из себя.
Мужчина хмыкнул, услышав моё откровенное выражение ужаса.
— Ты саркастичная особа, не так ли? Восхитительно.
Он держал меня в клетке своих рук по обе стороны от меня, не отпуская мои ладони, прижатые к краю обсидианового саркофага. Он наклонился ближе, и я отшатнулась настолько, насколько могла.
— Но зачем я привёл тебя сюда, интересно?
Мужчина поднял свою когтистую перчатку с моего запястья и завис остриями своих ножеподобных пальцев над моей щекой.
Я почувствовала, как мои глаза расширились ещё больше. Если моё сердце и могло биться во сне, то сейчас оно колотилось как бешеное.
— Подожди, я… — выдавила я с писком, не зная, что он собирается со мной сделать.
— Снова просишь меня о сдержанности?
Мужчина говорил с явной забавой. Он согнул когтистые пальцы в ладони и провёл металлическим суставом по моей щеке. Это был нежный, мягкий жест. Но он всё равно пугал меня до дрожи. Увидев выражение моего лица, он издал задумчивый звук в горле, прежде чем заговорить снова.
— Если ты не желаешь быть здесь, то просто проснись. Даже если ты здесь по моей воле, ты можешь освободиться сама.
— Я… я не могу, — пролепетала я.
— О?
— Он меня накачал наркотиками.
— Кто — он?
— Его зовут Торнеус, кажется, — пискнула я, не совсем понимая, как мне удаётся вести столь обыденный разговор с монстром, который прижимает меня к гробнице и нависает надо мной именно таким образом.
Мужчина издал глубокий и измученный вздох. Он опустил голову и покачал ею, тёмные пряди его волос упали рядом с чернотой маски. Единственная разница между ними заключалась в том, как они отражали мерцающий свет свечей.
— Этот человек, при всём его уме, — полный идиот.
— Ты его знаешь?
— Ещё бы мне его не знать. Это я привёл Торнеуса в Подземье. Я знал его ещё смертным человеком, прежде чем он прошёл через врата, Пал в Дом Слов и стал его регентом, — произнёс он сквозь очередной смешок. Каким-то образом ему удавалось звучать странно дружелюбно, даже когда он нависал надо мной, как существо из фильма ужасов.
— Дом Слов?
— Ты не поймёшь. Когда ты Падёшь, всё станет ясно.
— Упаду куда?
Мужчина тоскливо вздохнул.
— Непосвящённые всегда так чудесно наивны. Ты рассказала Торнеусу о нашей прошлой встрече?
Он переместил свою металлическую ладонь к моей челюсти, кинжальное лезвие его большого пальца скользнуло по моей щеке. Это заставило меня вздрогнуть, и я ещё сильнее вдавилась в край саркофага. От этого прикосновения моё сердце застряло где-то в горле.
— Нет, — сказала я слишком быстро. — Я… думала, что ты кошмар. Я всё ещё не уверена, что это не так.
Мужчина наклонился настойчиво.
— Ты не должна никому рассказывать, что мы говорили. Не произноси ни слова о том, что ты что-то знаешь обо мне.
— Что случится, если я расскажу?
— Это
