своей жизнью. В итоге Ора даже не знала, что ей положен гарем в двадцать пять лет.
Вот тут Эльза сглотнула. Все же осознавать, что племянница супруга старше тебя – неприятно.
– Гарем ты ей подарил? Как мне?
– Почти, – немного смутился Тиррон, – устроил отбор женихов, ты же видела кадры.
– Я видела только финал, когда уже резали торт, – ответила Эльза, – но парни показались мне бравыми. Сразу кинулись диву защищать.
– У них тоже разные… обстоятельства, – закрутил рукой сложную фигуру Рейс, – но все выбрали Ору добровольно. Ты же знаешь, брачный контракт подписывают обе стороны.
– Так, может, твоя племянница просто испугалась? – предположила Эльза. – Когда я была на практике, многие девушки интересовались нашими обычаями, и некоторые даже пугались обязательного гарема.
– Скорее всего, – вздохнул Рейс. – А еще я хотел передать ей контроль над империей Дейренов. Дилара отказывается принимать управление. Ей хватает доходов. Возможно, это напугало Ору даже больше, чем мужья.
– Вот видишь, ты все сам понимаешь, – вздохнула Эльза и прижалась к супругу.
– Я хочу проводить с тобой больше времени, – проворчал Рейс, обнимая ее крепко-крепко, – и значит, все равно передам активы. Если не Орнелле, значит, ее мужьям и управляющим!
– Делай что хочешь, – отмахнулась Эльза, – на ресурсы Дейренов я точно не претендую. Мне достаточно тебя.
– Ты выбрала самый дорогой ресурс, – хмыкнул Рейс.
– Я выбрала самого потрясающего мужчину, – шепнула Эльза ему в губы. Ей вдруг отчаянно захотелось поцеловать его, просто чтобы убедиться – мужчина здесь, с ней, а не где-то там, в глубине своей башни.
Рейс ответил на поцелуй, потом на второй, потом смял и отбросил простыню, усадил Эль на теплый кафель лежанки, закинул ее ноги себе на плечи и долго ласкал языком и губами, напоминая им обоим, что, кроме страсти, есть мучительная нежность. Когда же Эльзе показалось, что еще чуть-чуть, и она растечется по шоколадной плитке, как медуза, Рейс поставил ее на подгибающиеся ноги, уложив грудью на теплый кафель, и медленно насадил на свой член:
– Моя! Моя золотая льдинка! – прохрипел он, склоняясь к ее шее, чтобы оставить крепкий поцелуй, потом выйти почти до конца и снова толкнуться, стискивая нежные бедра, оставляя красные пятна на тонкой коже.
Мыться второй раз Эльза отказалась, ограничилась влажным полотенцем. Рейс же ополоснулся, накинул второй бурнус – из шкафчика в ванной, и предложил пойти к остальным мужьям, чтобы посмотреть какой-нибудь фильм.
– Не думала, что ты смотришь фильмы, – удивилась Эльза.
– Вообще-то, не смотрю, – признался Рейс, – но хочу попробовать.
– Тогда идем, – чмокнула его в щеку Эль, – предлагаю что-нибудь с гонками или спортом, чтобы всем понравилось.
– А что любишь смотреть ты? – поинтересовался Рейс.
– Комедии, мелодрамы, интеллектуальные сериалы, – пожала плечами девушка, – ненавижу триллеры, хорроры и прочий дарк: мрачности, страха и крови мне на практике хватало.
– Тогда выбирай фильм ты, я все равно не знаю, что сейчас актуально, а парни не будут ссориться, просто примут твой выбор.
Так оно и получилось.
Эльза выбрала энергичный боевик с погонями, юмором и яркой любовной линией, так что все не отрываясь смотрели на экран. Рейс сидел рядом, согревая ее своим теплом. С другого бока прижался Себастьян. В какой-то момент Флейм вдруг лег, вытянув ноги, уложив рыжую голову на скрещенные ноги Эльзы. Она не стала его отталкивать – запустила пальцы в рыжую шевелюру и тихонько гладила, поглядывая на экран. Когда события в фильме достигли пика, девушка ощутила на коленях новую тяжесть – волк, распихав всех мордой, подобрался ближе и положил длинный нос ей на колени, подвинув рыжика. Пришлось и его чесать.
– Я завидую! – бормотнул Нир, втискиваясь третьим. Где Нир, там и Мор! Через пять минут Эльза со смехом убегала на четвереньках по ковру, крича за спину:
– Я вам не мамочка! Фу!
Ее догнали, повалили и отлюбили прямо на ковре, сменяясь и доводя до сокрушительных оргазмов, щекоча и вылизывая, покусывая и обнимая.
Глава 24
Утро наступило слишком быстро.
Как всегда, запищал будильник на руке Рейса, и все подорвались.
– Мы забыли принять работу дивы Гринберри! – вспомнила Эльза, со стоном разминая спину. Спать на полу было плохой идеей.
– А, я ей вчера написал, что встречаемся сегодня в полдень, – расслабленно отозвался Рейс.
– Мог бы и меня предупредить! К тому же – у нас пополнение!
– Это да, – почесал затылок управляющий и стал отчего-то похож на сонного встрепанного мальчишку.
Эльза фыркнула, уткнулась ему в подмышку, но потом все же выпрямилась и простонала:
– Вы меня просто раскатали! Я пошевелиться не могу!
– Один момент! – Себастьян упруго вскочил на ноги, поднял диву, как тряпочку, и понес к ванной: – Горячий душ, массаж, и все будет в порядке! Нир, – обернулся он в дверях, – закажи завтрак и флайер до дома!
– Сначала бумаги, – напомнил Рейс, – потом флайер и дом. Флейм, сходи к себе, забери вещи, я пока распоряжусь переоформить контракт…
Все засобирались, но дверь за Себастьяном и Эльзой уже закрылась.
Пока Моран разминал и отогревал диву, остальные мужчины занялись делами. Нир заказал завтрак, Мор выбрал в бутике на первом этаже элегантный брючный костюм для Эльзы. Нуар принес из гримерки одежду всех мужей младшей дивы Фризьен, а Флейм вернулся из местного «общежития» с парой сумок личных вещей.
К тому времени, как распаренная и довольная утренними ласками Эльза выпорхнула из ванной комнаты, все были готовы к возвращению в Хрустальные сады, даже Рейс.
Дружной компанией они вышли из номера, прошли по коридору к лифту, чтобы подняться наверх, к личной стоянке флайера управляющего «Сладостями». Все расслабленно болтали, представляя себе, что могла сотворить дива Гринберри за сутки, если переделка огромного зала заняла лишь несколько дней.
Навстречу им шел паренек с тележкой, одетый как официант. Мужчины немного посторонились, пропуская его, Эльза прижалась к стене, глядя на Рейса, и вдруг…
Бах! Бах! Бах! – грохот, куски лепнины, лакированные щепки в лицо, чей-то долгий крик – и темнота…
Открыла глаза Эльза на руках у бледного, как простыня, Рейса:
– Эльза, девочка моя, не молчи! Открой глаза! – умолял он.
Эльза подняла руку, коснулась его щеки, удивляясь тому, что ничего не слышит, а слова старшего мужа читает по губам. Потом на нее обрушились звуки. Чей-то крик, рык, треск, грудь охватила дикая боль, а лицо дернулось, словно его что-то стянуло.
– Отойдите! Мужчины! Дайте мне подойти к вашей диве, истерички! – раздался вдруг строгий голос, и над Эльзой склонилось женское лицо.
– Дива Фризьен, вы меня слышите? Сколько пальцев я показываю? Дышать больно?
– Да-а-а-а, – выдавила Эльза.
– Отлично! Сейчас вас отвезут
