же диагностируется не сразу… Даже медсканеру нужно два-три дня… Сколько я здесь лежу?
Рейс смутился:
– Доктор сказала, что тебе будет очень больно, поэтому мы дали разрешение на легкие седативные… Ты последнее время много работала, волновалась… Разве плохо было поспать?
– Сколько? – строгим голосом спросила Эль.
– Неделю, – вздохнул Рейс.
– Неделю? – ахнула девушка.
– Зато мы не волновались, вели расследование и все быстро выяснили!
– И Эрзена женили! – буркнула обиженно Эльза.
– И Эрзена женили, – покивал Рейс, – а еще дива Гринберри переделала его спальню в комнату для Флейма. И уже закончила отделку второй половины дома.
– М-м-м-м! – сердито надулась девушка.
– А еще доктор сказала, что отпустит тебя уже сегодня, если пообещаешь тихо лежать дома, пить витамины, обмазываться мазями и не волноваться! – интимным шепотом продолжил самый коварный мужчина на свете.
– Я точно-точно все буду делать! – пообещала Эльза. – Хочу домой!
– Тогда я сейчас приглашу доктора Маринель и организую медицинский флайер!
Глава 25
Через час, уладив все формальности, Рейс лично укладывал жену в медфлайер. Эльза поначалу возражала – мол, ничего страшного, и в обычном долетит, но когда встала с кровати, поняла, что головокружение никуда не делось, ребра под корсетом ноют и чешутся, а синяки и ссадины вызывают дурацкое желание закутаться, как бедуин.
Пришлось соглашаться и на кресло-каталку, и на медфлайер с лежачим местом, и на экскурсию по собственному дому исключительно на руках у старшего мужа.
Дива Гринберри постаралась от души.
Гостиная, она же столовая, прихожая и кинотеатр, обзавелась теплым полом, уютными низкими диванами с горой подушек, проектором, колонками и прочей техникой для создания эффектов для просмотра фильмов и спортивных программ.
Два камина, украшенных шкурами неведомых зверей, столики со стеклянными столешницами, бар, вешалка-сушилка в стиле ретро и подставка для зонтов в виде огромного башмака. Все Эльзу очаровало. Очень мужская берлога получилась.
Ее территорией стала библиотека.
Здесь все было устроено так, что у девушки руки зачесались сесть за стол, включить комм и разложить все по папкам и полочкам. Очень функциональная и в то же время уютная обстановка. Огромный стол, большое кресло, плотные шторы и, кажется, звукоизоляция.
Рейс усадил Эльзу на стол, поцеловал в шею и шепнул:
– Когда моя дива поправится, я бы очень хотел однажды встретиться здесь… Такой удобный стол, такое роскошное кресло…
Вроде бы простые слова, но Рейс умудрился произнести их так, что Эльза просто увидела себя на этом самом столе – с бесстыдно расставленными ногами, откинутой головой и обнаженной грудью. И Рейса, нависающего над ней!
А кресло… м-м-м-м, если сесть на него в одной рубашке Рейса и поставить его на колени, да еще связать ему руки, чтобы он мог действовать только губами и языком…
Кажется, дыхание Эльзы сбилось, грудь поднялась в предвкушении, но ребра тут же напомнили о себе, и девушка поморщилась.
– Мне тоже жаль, – Рейс обнял ее, поцеловал и спросил: – Идем дальше?
Кухня тоже изменилась – тут появились занавески, посуда, кое-какая необходимая мебель, например, табурет-лестница, чтобы даже Эльза или Нуар могли доставать до верхних полок, а еще большой уютный буфет и несколько старинных кувшинов.
Второй этаж порадовал изменением цветовой гаммы коридора, наличием красивых светильников и разноцветных дверей.
– Черная – это, наверное, Мор, – предположила Эльза.
– Верно, – усмехнулся Рейс, – хочешь заглянуть?
– А… можно? Что если парням не понравится мое любопытство?
– Они тут бегали всей толпой, разглядывая придумки Гринберри, так что не думаю, что станут возражать. Но если хочешь, можешь спросить сама, – тут Рейс включил комм на громкую связь и получил заверения, что диве можно входить в любую спальню и даже спать на любой кровати.
Эльза только посмеялась над таким единодушием.
В итоге она обошла все спальни.
У Мора все ожидаемо было черным с внезапными тонкими золотыми линиями. То кракелюры на вазе с бонсаем, то золотая брошь на подхвате штор, то иероглиф, выписанный золотом на черной раме зеркала. Необычно, дорого и очень красиво!
Комната Нира, напротив, сияла светом, теплотой натурального дерева и пестротой деревенского дома. Лоскутное одеяло, коврик из ситцевых полос, занавески из плотного хлопка, украшенные прорезным игольным кружевом – в общем, ощущение, что сидишь в деревне на пригорке. Хо-ро-шо!
Комната Себастьяна Эльзу удивила. Все строго-серое, мужское, но при этом на кровати простыни из алого шелка, алая подкладка у темного мужского халата, флаконы рубинового стекла в ванной и лампа с удивительным абажуром из сизых водорослей и алых рыб.
Нуар превратил свою комнату в логово волка. Шкуры, зеленый ковер, напоминающий цветом лесной мох, вазон из необработанных стволиков и парочка пейзажей, изображающих лес. Эльза погладила меха и вышла.
Флейм тоже сумел удивить. Она ожидала, что у огневика все будет исполнено в цветах янтаря, огня, на худой конец, угля и пепла, но в комнате рыжика царил минимализм. Белые стены, хромированный металл мебели, подушки в наволочках из грубоватого льна и белое матовое стекло.
– Немного странно, – удивилась девушка, – словно в больнице…
– Мать Флейма была хирургом, – пояснил Рейс, – и часто брала его на работу. Если бы не огненный дар, он бы точно попытался поступить в мед, но увы…
– Кстати, какое у Флейма образование? – вспомнила Эльза. – Мы же не подписали бумаги, я не знаю.
– Он кузнец, – ответил старший муж, – редкая для Лерая профессия, но в других мирах весьма востребованная.
– Так ему нужна мастерская? – сообразила девушка.
– Мы уже арендовали подходящее помещение, – успокоил ее Рейс. – Заглянешь ко мне?
– Загляну, – хмыкнула Эльза, – держу пари, тебе досталась вторая по величине спальня!
– Угадала, – хмыкнул мужчина.
У Рейса интерьер выглядел… сложным.
– Очень на тебя похоже, – пробормотала девушка, когда ее внесли в комнату.
Кровать не просто кровать, а что-то многозначительное и многофункциональное. Кажется, ее можно трансформировать в стойку для жестких игр, а может, и что-то посложнее.
Рядом абсолютно другое место – угол, полностью безопасный, мягкий, устланный чем-то пушистым от стен до нависающего полога. Не то палатка, не то детский домик, рассчитанный на взрослого человека. На двух взрослых.
Шкафчик – удивительно обыденный, и новый уголок – стол, два удобных стула у окна, легкая занавесь, придающая очарования и тканевому абажуру, и тонкому фарфору чайных пар…
– Надеюсь, тебе понравится иногда навещать меня здесь, – сказал Рейс.
– Я очень постараюсь заглядывать, – бормотнула Эльза, упираясь макушкой в подбородок своего мужчины.
– Устала? Или есть силы посмотреть вторую часть дома?
– А там интересно?
– Очень!
– Тогда хочу!
Глава 26
Так же на руках Рейса Эльза перебралась во вторую часть дома и удивилась. Тут
