Видимо, он все еще недоволен из-за ситуации с Азатом.
— Куда собираться на этот раз? — спрашиваю я, глядя на проснувшуюся сестру. Алла смотрит на меня, потирая красные глаза, ее лицо опухло от слез, а над верхней губой видны следы от красного вина.
— Тебя хотят видеть Михаил и Елена, — говорит Артем все тем же недовольным тоном, и я вспоминаю эту странную парочку, которая не может заниматься сексом без присутствия постороннего лица.
— Хорошо, — соглашаюсь я, будто у меня есть какой-то выбор, — только скажи, ко скольки мне надо быть готовой.
— К шести, — сухо отвечает Артем, и тут я решаюсь задать волнующий меня вопрос:
— А что с Азатом?
Спросив об этом, я чувствую внутреннее напряжение, растущее внутри меня все сильнее с каждой минутой.
— Это тебя не касается. Как только будет информация, я сразу же тебе сообщу, — отвечает Артем грубым голосом и бросает трубку.
Я вздыхаю и смотрю на Аллу:
— В шесть мне надо быть готовой ко встрече с клиентом.
На ее лице мелькает выражение испуга, как будто она узнала что-то страшное.
— Я не хочу уходить от тебя, — говорит она, и голос сестры дрожит, — Могу я остаться здесь, пока ты будешь у клиента? Я не хочу идти к себе в ту квартиру. Мне очень страшно одной, я не хочу оставаться в одиночестве. Ну, пожалуйста, Лялечка!
Алка смотрит на меня умоляющим взглядом, и я не в силах ей отказать. Я согласно киваю, видя на ее лице явное облегчение:
— Хорошо, оставайся. Но только никому не открывай дверь и не бери трубку домашнего телефона.
Алла радостно кивает и вскакивает с постели:
— Давай приготовлю что-нибудь поесть, что-нибудь вкусненькое! Я могу приготовить сырники, а потом мы вместе позавтракаем и поболтаем. Я хочу забыть о вчерашней встрече и вообще об этом человеке.
При воспоминании о вчерашней случайной встрече Алла снова грустнеет. Я внимательно смотрю ей в лицо и задаю вопрос, который уже давно мучает меня:
— Неужели ты испытываешь к нему какие-то чувства?
Моя сестра опускает глаза, и я вижу по ее опустившимся вниз глазам и плечам, насколько больно ей думать об этом мужчине.
— Ляля, я не хочу говорить о нем. Единственное, что я могу тебе сказать, это то, что я никого и никогда так сильно не любила как его. И вчера, когда я увидела его, боюсь, что я поняла, что это тот человек, которого я всегда любила и люблю до сих пор. И, если бы он посмотрел мне в глаза, я бы, наверное, умерла на месте.
Алла говорит это все мне, а внутри меня все переворачивается от жалости к своей сестре. Зачем она так ломает свою жизнь? За что ей, моей маленькой и беззащитной девочке, такие трудности?
Смотрю на ее глаза, в которых блестят слезы, и мне становится грустно и страшно от мыслей о том, что еще могла приготовить для нее жизнь. Какие еще испытания должна пройти Алла, чтобы стать счастливой? И будет ли она, да и я, счастливыми когда-нибудь?
Алла с радостью готовит завтрак, а я наблюдаю за сестрой и думаю о том, что надо что-то менять. Я поступила неправильно, втянув ее в свою работу, сейчас я осознаю это с полной ясностью и думаю, как можно исправить ситуацию. Алла ни за что не откажется от работы сейчас, когда она выполнила первый заказ, получила за него деньги.
Сестра внимательно наблюдает за тем, как я собираюсь к своему клиенту. Она не знает подробностей моего заказа, да и эти подробности ей ни к чему. Алла еще сама столкнется с немалыми странностями своей работы.
— Ляля, ты такая красивая! — говорит мне сестра, и я не сдерживаю улыбку, настолько откровенно она говорит это.
— Ты тоже очень красивая, Алла, — отвечаю я своей младшей сестре, не переставая улыбаться, — Мне очень хочется, чтобы ты научилась ценить себя, любить себя и перестать идти на поводу у разных недалеких мужиков.
Алла кивает, но по ее глазам видно, что половины из того, что я ей сказала, она не поняла. И Рустам, и Ренат, и тот незнакомый тип, в которого влюблена Алла, все они сыграли в жизни Аллы свои отрицательные роли, и от этого моя сестрица не стала умней ни на грамм.
В шесть меня внизу ждет машина. И снова ждет Рустам. Я вздрагиваю при виде него, а мысль о том, что в моей квартире находится его жена, заставляет меня побледнеть. Это не ускользает от внимания Рустама, который тут же хватает меня за руку:
— Она здесь?
Я вырываю руку и в надежде смотрю на водителя, который никак не проявляет попыток защитить меня от широкоплечего «поклонника».
— Я не знаю, где Алла, — повторяю я свою заезженную фразу, но в моей голосе нет уверенности. Наоборот, он предательски дрожит, и Рустам прекрасно это слышит.
— Она здесь, — теперь его голос звучит утвердительно. Рустам выхватывает из моей руки сумочку, в которой лежит телефон и ключ от квартиры. Я с ужасом наблюдаю за этой картиной, и вижу, как он роется в сумке и, найдя заветный ключ, швыряет сумку на землю.
Я тут же хватаю ее и дрожащими руками достаю телефон, набирая номер сестры. Рустам уже влетел в подъезд, и у меня остается совсем мало времени для того, чтобы предупредить Аллу об опасности.
— Алла! — я ору в трубку, сжимая ее влажной ладонью, — Рустам идет наверх, у него ключ от квартиры! Срочно закрывай дверь на нижний замок, от него в связке нет ключа. И сиди тихо, не давая даже писком понять, что ты у меня!
— Хорошо, — тихо отвечает Алла и отключается.
Я стою возле подъезда, чувствуя, как в груди колотится сердце, готовое вот-вот выпрыгнуть из груди. Я представляю себе ту ярость, которой переполнен Рустам, который сейчас поднимается наверх, чтобы расквитаться со своей женой.
В этот момент мне звонит Артем:
— Что за дерьмо, Ляля? Почему ты до сих пор не в машине? Водитель мне позвонил и рассказал про какого-то типа! Ты опять что-то навертела в тайне от меня? Я буду разговаривать с тобой по-другому.
Я слушаю Артема, и мне совершенно безразлично все, что он сейчас кричит мне в трубку.
— Артем, у меня серьезные проблемы, — это все, что я могу ответить ему.
— У тебя? — рычит в трубку Артем. — Дорогая, твои проблемы обязательно выльются в мои. Говори сразу, что случилось.
— Я поеду к клиенту, — отвечаю я и кладу трубку.
Всю дорогу к дому Михаила и Елены
