Ее ледяной взгляд поселил в его душе чудовищные сомнения.
– Не любила?.. Неужели все это было для тебя игрой? Ты водила меня за нос с самого первого дня? Заставила меня поверить в тебя, в твои чувства, чтобы мое разочарование стало еще больнее? Уж лучше тебе было сразу меня убить.
– Прекрати! – Ее отчаянный крик пронзил все его существо. – Ты добился своего. Чего еще ты хочешь? Неужели в тебе нет ничего человеческого и ты намерен добивать меня после того, как уже сразил наповал? В прошлом тебе это удалось, но сейчас я тебе этого не позволю, слышишь? Ты отказался от меня и моего ребенка. Ну и черт с тобой! Я буду сильной ради этого ребенка и не позволю тебе приближаться ни к нему, ни ко мне.
Камал замер, как и все вокруг него. Словно земля перестала вращаться, пока до него доходил смысл ее слов.
Она… беременна?
У них будет ребенок!
– Я так рад, любимая!
Забыв на миг обо всем остальном, он порывисто обнял ее, но Элия принялась бить его кулаками по спине.
– Немедленно отпусти меня! – завопила она. – Или, клянусь, ты будешь управлять Джударом с одним глазом. Я выслушала тебя, мерзавец. Зачем ты сюда приехал? Зачем продолжаешь притворяться? Еще не достиг своих целей? Возникли непредвиденные обстоятельства? Или ты обнаружил, что не можешь отделаться от меня, не потеряв при этом трон?
Закрыв глаза, Камал принял ее удары, физические и словесные, желая, чтобы они были сильнее и он мог хотя бы частично искупить зло, которое ей причинил. Но Элия начала всхлипывать, и удары становились все слабее, пока она не уронила голову ему на плечо и ее тело не затряслось в рыданиях.
Вдруг он почувствовал, что его дыхание участилось, а переполнявшая его боль вырвалась наружу и заструилась слезами по щекам.
Элия подняла голову и посмотрела на мужа изумленными глазами.
– Ты плачешь? – пробормотала она. – Неужели все так плохо? Ты потеряешь трон, если не вернешь меня? Я не думала, что у тебя есть слезные железы.
Проглотив оскорбление, Камал стремительно впился губами в ее губы. Элия снова начала вырываться, даже попыталась его укусить, но он продолжал целовать ее – нежно, умоляюще, позволяя пробовать на вкус его слезы. Вскоре она перестала сопротивляться. Когда Камал понял, что у него есть шанс быть выслушанным, он отстранился.
– А теперь моя грозная королева даст мне слово? Да, я сделал невозможное, заключив мирное соглашение между Аль Шалаанами и Аль Масудами, так что наш брак и рождение наследника больше не являются необходимым условием для поддержания мира в регионе. Фактически я и сам смог бы этого добиться.
Ее глаза снова были полны ярости.
– Что?
Проведя ладонью по ее мокрой от слез щеке, он изобразил на лице подобие улыбки.
– Я всегда обладал достаточным влиянием, чтобы разрешить этот конфликт мирным путем, но не стал говорить об этом даже своим братьям. Даже самому себе. Не догадываешься почему?
Ее глаза сузились.
– Чтобы заставить меня выйти за тебя замуж подложным предлогом?
Камал не смог устоять и снова поцеловал эти влажные розовые губы.
– Да. Чтобы завладеть тобой, не признаваясь ни тебе, ни себе, как сильно я на самом деле этого хочу. Так что теперь наш брак не является вынужденной мерой ни для Зохейда, ни для Джудара, ни для кого бы там ни было. Только так я мог доказать тебе, что женился на тебе лишь потому, что не мог без тебя жить и не представлял никого, кроме тебя, в роли матери своих будущих детей. Хотел, чтобы по дворцу бегали твои маленькие копии.
Ярость в ее глазах сменилась недоверием. Она медлила.
Он понимал, что настал решающий момент, и ему придется рискнуть самым дорогим, что у него есть. Да, он может все потерять, но должен это сделать. Должен освободить ее и молиться, что со временем она все поймет и снова найдет для него место в своем сердце.
Глубоко вдохнув, Камал заставил себя отстраниться и сказать:
– Я принимаю твое отречение от меня, Элия.
Слова и лихорадочный взгляд Камала потрясли девушку до глубины души. Не в силах произнести ни слова, она пристально уставилась на него, в то время как он продолжал:
– Даже если ты передумаешь, я обладаю достаточной властью, чтобы развестись с тобой без твоего согласия.
Из ее груди вырвался стон.
– Теперь я уверена, что ты жестокий, бессердечный…
Она осеклась, когда Камал опустился перед ней на колено.
– Я бессердечный только потому, что моим сердцем завладела ты, а я тебя отпускаю. Затем, когда ты убедишься, что свободна от каких бы то ни было обязательств, а мной не движут скрытые мотивы, я буду умолять тебя снова стать моей женой. На этот раз не ради восхождения на престол, а ради спасения моей жизни. Если ты, конечно, думаешь, что она стоит того, чтобы ее спасали.
Из ее глаз потоком хлынули слезы.
– Ради бога, безумец, п-прекрати… Если хотя бы одно с-слово из того, что т-ты только что сказал, неправда, лучше прекрати сейчас же! Если ты не так сильно нуждаешься во мне, как я в тебе, перестань клясться в том, чего ты не чувствуешь. Мне нужна только правда. На меньшее я не согласна. Однажды я согласилась, и это меня чуть не убило. Но я больше не вправе рисковать жизнью и благополучием. Ведь теперь я несу ответственность за своего ребенка.
Взяв ее руки, Камал поднес их к своим губам и начал покрывать поцелуями.
– Я докажу тебе, что это правда. Однажды я сказал, что готов заплатить любую цену, лишь бы искупить свою вину перед тобой. Доказать, что моя жизнь ничего для меня не значит без тебя, твоего доверия и твоей любви. И я знаю, что мне делать. Я откажусь от всего своего состояния и отрекусь от престола.
Его решительный, не терпящий возражений тон потряс Элию.
– Ты же знаешь, что не можешь этого сделать! – воскликнула она.
Камал медленно поднялся.
– Могу. Сейчас трону Аль Масудов ничего не угрожает, независимо, буду я на нем сидеть или нет. Что касается моего богатства, я раздам его. Если ты захочешь ко мне вернуться, я готов, начать жизнь с чистого листа.
У Элии закружилась голова.
– Д-даже если все это правда…
– Я честен с тобой как никогда.
Она протянула вперед руки, умоляя мужа остановиться. Ее разум отказывался воспринимать его безумные слова.
– Даже если так, я… я… ты ведь знаешь, что я никогда бы тебе не позволила отказаться от чего бы то ни было, тем более трона, ради меня.
– Именно поэтому я с радостью готов все это отдать ради тебя. Без тебя мне ничего не надо.
И она увидела все это в глазах своего любимого короля. Искренность, твердую решимость и страх.
Все его слова от первого до последнего были правдой.
И тогда она так крепко обняла его, словно боялась потерять.
