Сфандра, дрожа - то ли от алчности, то ли от возбуждения при виде несметного сокровища, открывшегося перед ней, - вдруг подумала о человеке по имени Алазат. Как он прошел по этим лабиринтам - один, не имея ни факела, ни спутников, которые показали бы ему дорогу? Какой была его встреча с Плачущей-Во-Тьме? И что почувствовал он, когда увидел в тусклом свете золотые статуи, слитки драгоценных металлов, сверкающие грани кристаллов?
Откуда-то из темноты навстречу процессии вышел огневолосый Алвари. Ни Конан, ни Сфандра так и не поняли, прятался ли он в глубине пещерного зала или же пришел сюда по другому тоннелю.
Вперед выступил предводитель и заговорил с Алвари повелительным тоном:
- Мы посылали тебя в гирканские степи, Алвари,
сын Алвари, дабы ты отыскал украденный из нашей сокровищницы синий камень Харра, ибо без Харры нас не слышит Луна и чары наши слабы.
- Я сделал то, ради чего меня посылал в степи мой народ, - отозвался Алвари.
Предводитель отряда подался вперед.
- Ты принес сюда камень?
- Да, - громко сказал Алвари и вытащил из-под плаща большой синий кристалл. Резким движением воздев его над головой, он выкрикнул торжествующе:
- Вот он.
Гигантское помещение озарилось мягким синим светом, тусклым и в то же время сильным. Теперь можно было различить даже своды пещеры, терявшиеся в необъятной выси.
Из всех присутствующих только Конан не испытывал благоговейного ужаса.
- Алвари, - произнес он в полной тишине, - ты лжец.
Все головы повернулись на звук этого голоса. Нимало не смущаясь, варвар продолжал:
- Когда я спас тебя из рук казаков, ты обещал мне золото гномов.
- Не заставляй меня уличать во лжи тебя, Конан-варвар, - невозмутимо ответил Алвари. Сейчас, озаренный таинственным синим пламенем, он казался выше ростом, и во всей его приземистой фигурке появилась значительность, которой раньше не было. - Я обещал тебе лишь одно: рано или поздно ты будешь стоять в этой пещере и созерцать сокровище моего народа. И вот ты здесь и видишь то, что сокрыто от глаз людских. Само по себе созерцание золота гномов - уже благодеяние.
- Благодарю, - сказал Конан кисло, - но речь шла о том, что я заберу золото себе.
- Об этом оставь и мысли, чужеземец, - резко вмешался предводитель.
- Но Алвари...
- Алвари - не вождь своего народа. Он не может говорить от имени всех, сказал предводитель.
Конан пожал плечами. Он ничего иного и не ожидал. Глупо было бы думать, что подземный народец так запросто расстанется с несметным богатством, которое, к тому же, служит для них источником своеобразного могущества.
- Мне не хочется действовать силой, - начал Конан. Гномы в полумраке зашевелились, угрожающе забряцало оружие. У варвара неприятно заныло в животе, когда он подумал о том, что оружие им не поможет, если он осуществит свою угрозу. - Подумайте как следует, - повторил он. - Я все равно заберу то, что мне причитается, доживете вы до этого или погибнете.
- Нет! - яростно сказал предводитель. Конан глубоко вздохнул. Сфандра содрогнулась, когда ее спутник внезапно заговорил на чужом, странном языке, примитивном и жестоком.
- Сюда, огненный брат! - сказал Конан. - Добрая добыча!
Смрад распространился по пещере, вихрь заколебал пламя маленьких факелов. Синий, спокойный свет, исходивший от волшебного камня, вдруг словно бы отступил перед алыми сполохами, озаряющими огромный зал в скале. Безобразный, нагой, красный демон высился возле варвара, растянув в ухмылке клыкастую пасть.
- Хозяин звал, - умильно проговорило чудовище на том же глухом языке, понятном в этом зале только Конану. - Хозяин добрый. Назвал огненным братом.
Гномы сбились в кучу, в ужасе глядя на возникшего из ниоткуда монстра. Они, конечно, слышали от Алвари о том, что варвар подчинил себе ифрита, воспользовавшись нечестивыми чарами, но никак не ожидали, что им придется столкнуться с ифритом лицом к лицу. Ифрит между тем жадно смотрел на них, и из его полураскрытой пасти потекла слюна.
- Уступите ему! - крикнул Алвари. - Он ни перед чем не остановится.
- Лучше нам погибнуть, чем своими руками отдать сокровище какому-то чужеземцу, - сказал предводитель. Узкие кошачьи зрачки его глаз расширились и засветились желтым огнем.
- Ифрит возьмет не только ваши жизни, - возразил Конан. - Я напущу его на ваш поселок. Подумайте о ваших женщинах, о детях. Эта необъятная утроба всегда голодна.
- Ты не сделаешь этого! - горячо сказала Сфандра.
Конан повернулся к ней. Его глаза пылали ледяной синевой. Озаренное с одной стороны голубым мертвенным светом камня Алазат Харра, а с другой беспокойным демоническим багрянцем, лицо варвара, похожее на чудовищную маску, было ужасно.
- Нет, - ответил он. - Я сделаю это. Меня хотят обмануть, обвести вокруг пальца. Пусть я дикарь, но я заставлю этих людишек сдержать слово.
И он поднял руку, готовясь отдать ифриту приказ.
- Будь ты проклят, - прошептал предводитель. - Мы отдадим тебе наше золото, Конан-варвар.
- Я вам не верю, - сказал Конан. - Вы пытались сделать из меня дурака. Второй раз у вас это не получится.
- Клянусь тебе Четырьмя Кэн, золото гномов будет твоим с той секунды, как ты наложишь на него руку, и твои кони вывезут его на свет солнца, торжественно произнес предводитель.
- Пусть Алвари оставит синий камень и подойдет ко мне, - распорядился Конан.
Алвари повиновался, двигаясь с величайшей осторожностью.
- Сфандра, свяжи его, - распорядился Конан. - Он будет нашим заложником и проводником, пока мы ходим за лошадьми.
Затягивая узлы на запястьях и горле гнома, девушка кивнула.
- Ты хочешь опустошить всю сокровищницу?
- А что мелочиться? - Варвар пожал плечами. - Алазат-туранец уже поплатился за свою мелочность.
Нет, осторожничать, да экономить, да рассчитывать - это не по мне. Или все, или...
- Хозяин, - пророкотал обиженный ифрит, - где добыча? Есть хочу.
- Там, - сказал Конан, указывая на темные воды озерца. - Не смотри на этих мелких, изнуренных коротышек. Там прячутся другие. Изнеженные, сладкие. Твои будут.
Демон радостно взревел, предвкушая трапезу. Роняя зловонную слюну, он взвился под потолок пещеры, откуда с испуганным писком разлетелись во все стороны летучие мыши (одна или две, пылая, камнем упали на пол и тут же превратились в пепел)... а потом огненным столбом низвергся прямо в озеро. Послышался пронзительный визг, тут же заглушенный шипением, как будто в воду окунули горящее полено. Из озерца повалил желтый удушливый дым, от которого все присутствующие закашлялись. У Сфандры из глаз потекли слезы. Раздувая ноздри, варвар смотрел, как гибнет в воде ифрит. Из озера донеслось утробное "хозяин... добыча...", после чего все стихло.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
