Я не хочу сказать, что все духовные лидеры непросветлённые. Следуя тому же иррациональному импульсу, побуждающему меня к выражению того, что я знаю, пробуждённый человек может, в редких случаях, стать духовным лидером. Но даже если он им становится, он никогда не ведёт людей к просветлению. Откуда я знаю? Я знаю, что ни один духовный учитель не ведёт к просветлению, потому что к просветлению нельзя провести. Нет учения о просветлении. Отсюда мы видим неизбежный результат – все идут за гуру, все становятся всё более духовными, но никто не пробуждается.
Когда дело доходит до "учений без учений", вы сталкиваетесь с дзен и адвайтой, но будьте внимательны, не попадитесь в туристические ловушки, где можно ходить кругами многие годы и жизни. Например, Рамана Махарши предписывал использование вопроса "Кто я?" в качестве бура, безжалостно просверливающего все слои эго и иллюзии. Но этот процесс самоисследования сам погряз в слоях эго и иллюзии, переупакованный для массового использования. Ученики Раманы стали учителями, и их ученики стали учителями, и центральный бриллиант – процесс самоисследования – превратился в приманку для покупателей. Те, кто соблазнился простотой и ясностью самоисследования, оказались затянутыми в болото учителей и учений, гуру и их болтовни, эго и иллюзий, откуда, похоже, им не скоро придётся выбраться.
Четыре слова: Спроси себя "Кто я?". Четыре слова, которые делают излишними все остальные слова, включая слова Раманы Махарши. Четыре слова, не нуждающиеся ни в толковании, ни в доработке, ни в разъяснении. Четыре слова, дающие само-уверенность и само-определение. Но завершённое духовное учение, умещающееся на спичечном коробке, это не то, чего хочет каждый. Самоуверенность это не то, что хочет каждый. Каким же образом такая простая вещь, как самоисследование, искажено и раздуто так, что его и не узнаешь?
Эго. Всегда эго.
Фундаментальный конфликт в духовном поиске состоит в том, что эго желает духовного просветления, но оно никогда не сможет достичь оного. "Я" не может достичь "не-я". Вот почему тот, кто хочет продать просветление, должен сначала уменьшить его до более удобных пропорций, чтобы эго могло этого достичь. "Просветление лайт" – мягче набивка, лучше вкус.
Фундаментальный конфликт можно разрешить, лишь изменив уравнение. Да, это обман, но все согласны с этим. Духовное просветление становится чем-то, что эго может достигнуть, и теперь уравнение работает к всеобщему удовлетворению. Эго продолжает благородный поиск, а процветающая духовная индустрия продолжает процветать. Конечно, никто не добывает грааль, но если ты понимаешь фундаментальный конфликт, ты видишь, что никто даже и не хотел этого.
Поиск грааля идёт ради поиска, а не ради грааля.
***
Слушай!
Вот всё, что тебе нужно знать, чтобы стать просветлённым:
Сядь, замолкни, и спроси себя, что истинно, до тех пор, пока не узнаешь. Вот и всё. И в этом всё учение о просветлении, вся практика. Если у тебя возникнут какие-либо вопросы или проблемы – не важно, какие – ответ всегда один и тот же:
Сядь, замолкни, и спроси себя, что истинно, до тех пор, пока не узнаешь.
Другими словами, иди и прыгни с обрыва.
Не подойди к краю и поразмышляй о том, как прыгать. Не читай книг о том, как прыгать. Не изучай искусства и науки о том, как прыгать. Не вступай в группу поддержки прыжков. Не пиши стихов о прыжках. Не приставай к тому, кто уже прыгнул.
Просто прыгай.
***
Я вернулся к вопросу Джулии о вопросе на обложке журнала.
– Это значит то, о чём мы говорили, – ответил я ей. – Это значит, что ты играешь свою роль на сцене, но ты не путаешь свою роль с собой, или сцену с реальностью. Это значит, ты знаешь, что ты играешь роль в поставленном спектакле. Если сменить аналогию, это как осознанный сон. Ты достигаешь нормального пробуждённого сознания в состоянии сна, поэтому ты находишься во сне, но не принадлежишь ему.
– Сомневаюсь, что так сказано в журнале, – сказала она.
– Это не важно, – ответил я. – Нет никакой пользы в понимании этого. Ты знаком с этим, потому что это твоя реальность, или наоборот, ты этого не знаешь, потому что это не является твоей реальностью.
Я полистал журнал – там шло объявление за объявлением, предлагающие книги, учителей, изделия в порнографической пародии на человеческое желание познать истину – менялы в храме.
– А что бы ваш журнал сказал об этом? – спросил я Джулию.
– Как быть главой семьи и отшельником одновременно, что невозможно, верно?
– Если вы имеете в виду, можно ли совершить сделку с просветлением – быть пробуждённым, не просыпаясь – то ответ "нет". Если вы имеете в виду жить духовную, сострадательную жизнь, и в то же время растить детей, иметь дом, семью, карьеру и прочее, я полагаю, ответом будет "да", но это не про меня.
***
Произнесли наше кодовое название – "Беатрис", что означало, наши сэндвичи готовы.
– Что вы думаете о людях? – спросила Джулия.
Я был немного ошарашен её вопросом и уставился на неё с открытым ртом.
– Ох…
– Вы можете не отвечать прямо сейчас, – сказала она. – Подумайте над этим, и, может быть, мы поговорим об этом во время еды.
– Мм… окей.
В кооперативе не было сидений, поэтому я взял пару пластиковых пакетов на кассе и мы сели на траву поблизости за столиком для пикников, используя пакеты, чтобы не намочить попы. Я заказал сэндвич с ростбифом, и Джулия посмотрела на меня как-то искоса, удивляясь, полагаю, что я мясоед. С деревьев на нас немного капало, но, похоже, нам было всё равно.
– Я смотрю на людей, как это делал бы вампир.
Джулия поперхнулась.
– Как на еду? – спросила она с полным сэндвича ртом.
– Ах, да, извините. Нет, не как еду. В аналогии с вампирами есть несколько недочётов. Я забыл о том, что они могут сосать кровь.
– Мне казалось, это важная часть. И как же вампиры смотрят на людей?
– Как на нецелостных. Полуживых. Полусонных. Потенциально пробуждённых, но спящих.
– Как зомби?
– Не знаю. Похоже, это слишком. С другой стороны, оглядываясь на свою жизнь до просветления, я думаю, что аналогия с зомби не так уж плоха. Я жил как во сне, как будто меня вовсе не было. Звучит противоречиво, но похоже на то. Давайте используем аналогию с осознанным сном. Если вы пробудитесь внутри сна, как вы будете смотреть на людей во сне? Насколько серьёзно вы будете всё воспринимать?
Она медленно жевала. Похоже, внимательно слушала. Я вернулся к аналогии со сценой.
– Представьте себе, что вы в зрительном зале смотрите спектакль, и постепенно понимаете, что актёры не знают, что они актёры. Они думают, что они нормальные люди, живут нормальную жизнь, не осознавая, что играют на сцене. Вы бы никогда не поверили, что такое возможно, если бы сами не были там и не верили в то же самое.
– Да, было бы очень странно, – согласилась она. – Значит, мы сидим здесь сейчас с вами, оба на сцене, и с вашей перспективы вы разговариваете с…? Ох! Вот почему вы почувствовали себя неловко, когда услышали вопрос! Вы не хотели называть меня зомби. Это так мило!
Моя улыбка означала "глупости, мадам".
– Я не знаю, может быть. Мне ничего не стоит отвечать на вопросы настолько честно и точно, насколько я могу, но это просто не всегда возможно. Просто сказать, что я вижу людей как полусонных, или, как говорит Дао, как чучела, не подводит нас к основному вопросу о том, кто я и что есть эта сцена и что здесь делают другие. Для меня, да, непробуждённые люди будто не совсем присутствуют, но если задуматься, это место предназначено именно для этого. Какой смысл быть просветлённым на земле? Есть ли более бестолковое занятие, чем сидеть в зрительном зале и смотреть спектакль, который играется исключительно для развлечения актёров? Поистине, если за этим столом и есть проигравший, в любом смысле этого слова, то это я, потому что это я сошёл со сцены в припадке гнева со словами "Я больше не играю".
