вздумает, даже от него защитить, – и он посмотрел на сатану, – вы сами создали его у себя в голове, хоть он и реальность и своими поступками поддерживаете его, и почему то считаете, что я буду воевать с ним. Глупо. Это иллюзия. Я с ним уже все давно решил. Но этим вас держат в страхе.
– Зачем человеку жить в страхе? Вам это нужно?
– Нет. Я не ставил задачей держать человека в страхе, но насыщение души страхом заставляет принимать вас решения, что делать дальше? Озлобиться или выбрать путь добра и избавиться от страха, путем пересмотра взглядов на жизнь. Добро и зло – моральные понятия. Если бы их не было, не было бы права выбора. Что делать? Извечный вопрос, не так ли? Слепое поклонение, по принуждению? Вам предоставлена свобода, я дал возможность проявить ее, пусть даже иногда через страх, но чаще через слово. Произнося слова вслух, вы их слышите. Но, увы, все меняется. Меняются слова, как бы ни было это горько об этом говорить. На веру слова уже нельзя положиться. Это вы сделали сами.
– Может быть с его помощью? – и я перевел взгляд на сатану.
– Нет. Он лишь подыгрывает вам, вашим мыслям, чувствам, но не вкладывает их в вас. Вы являетесь источником деяний для него. Он следствие, а не причина. Причина – вы.
– Но люди верят в вас? Надеются?
– Вера в меня не подразумевает выгоду. Мы не на рынке.
– Выши послания, заветы к людям, насколько они достоверны?
– Люди плохо слушают.
– Но вы, же дали заветы, как указано в Библии?
– Завет это наставление, а проще совет, не более. Принципы, если хотите, фундамент, соблюдая которые жизнь в итоге будет доставлять вам радость, спокойствие. А молитвы – средство общения со мной. Но не всегда можно передать словами, что чувствуешь. Как передать словами чувство страха, любви? Слова могут быть искажены. Трактовку посланий, каждый чувствует и воспринимает по-своему. Человек любит слова и не всегда доверяет своему опыту.
– А что скажете вы, раз присутствуете здесь во всех лицах. Как свидетель, – обратился я к сатане.
– Я согласен с ответчиком. Человек игнорирует свой опыт. Яркие примеры – болезни, войны.
– А вы к тому не имеете разве отношения?
– В малой доле. Вы все сами. Зачем мне это. При снижении численности поле моей деятельности сужается.
Я снова повернулся к Создателю, – на веру в вас, судя по истории человечества не раз покушались. Пытались исказить, уничтожит. Покушались на ваши образы. Покушение на образ – покушение на вас?
– Нет, конечно. Покушение на образ не есть покушение на меня. Как можно покушаться на все, на мир, на Вселенную. На веру в меня, да, покушались, но в этом случае люди сами решают, терять ее или нет. Вера нужна вам, прежде всего.
– Вы ограничиваете людей в выборе веры?
– Нет. Люди сами выбирают себе веру в меня, с учетом традиций. Я только иногда корректировал.
– Каким образом?
– Тем, что вы называете заповедями. Они существуют, но я их не давал.
– Так откуда они взялись эти ссылки на вас?
– Изначально я дал свободу и человек по своей воле решал, как поступать, но в процессе его развития я увидел, что он уходит в мир жестокости. Я высказал свое мнение, как надо жить. И все.
– Вы хотите сказать, что веру в себя вы отпустили на волю? Отдав трактовку людям? Верно?
– В целом, да. Трактовка понята изначально верно. Когда они писались, то основывались на принципах морали. Это было в то время необходимо. Зачем мне давать жесткие заветы? Если бы я их дал, то очевидно должен был бы и контролировать их исполнение, а не пускать на самотек. Иначе получается, что я спокойно наблюдаю за их неисполнением?
– Но ответ люди могут держать и после жизни, как кару небесную?
– Я вам показа, что значит кара.
– Вопрос к теме обсуждения не относиться, прошу пока отложить его, – сказала сатана, что после жизни вам показали, а дальше, как было говорено, все индивидуально. Нельзя подходить с одной меркой ко всем.
– Хорошо. Что для вас человек?
– Мое творение, за которое я в ответе. Но вся жизнь ваша – выбор. Я не собираюсь в него вмешиваться, не собираюсь порицать. Я наблюдаю за выбором, а лишь потом вы сами оцениваете себя. Я в этом помогаю, давая время на раздумья после жизни. У вас нет обязательств передо мной, как и у меня перед вами.
– Что человек должен понять, веря в вас?
– Я не царь для вас, а Создатель. Создатель не управляет, а создает, и я продолжаю создавать.
– Что такое жизнь?
– Как ни покажется вам банальным и слишком простым, но вы сами это знаете. Это период времени между рождением и смертью, который вы наполняете своими поступками, помыслами. Вы словно рисуете картину, в которой человек главный на холсте. В ней все мгновения важны, которые вы порой не цените, пренебрегаете малостью временного мгновения. Не умеете наслаждаться им. Не понимаете, что их нельзя стереть, уничтожить. Они уже были, а прошлое стереть нельзя.
– В чем смысл жизни? Вы дали понятие, но человек до сих пор в поиске ответа?
– В познании себя. Смысл жизни в самой жизни. Мир, в котором вы живете, материален и не может быть иным, иначе, зачем все это нужно, – проговорил он несколько задумчиво и продолжил, – мир развивается вместе с вами, но может и без вас. Вы влияете на него, но не всегда в лучшую сторону. Я стараюсь не вмешиваться, а наблюдать. Я позволяю вам иметь собственное мнение, не лишаю вас свободы, не ограничиваю вас. Все, что вы делает – лишь процесс в поиске ответа. Все блага, что вы хотите получить или получаете, скоротечны, но ваша душа не успокаивается. Вы всегда хотите иметь больше, чем имеете, поэтому вопрос смысла жизни будет всегда, и, увы, без ответа. Достигнув цели, надо иди к следующей. Цели под названием « смысл жизни» нельзя достигнуть. Достижение – это ограничение. Поэтому вы творите мир, открывая его для себя.
– Вы сказали о свободе. Хочу заметить. У свободы сладкий вкус, горький привкус. И что, познание через свободу должно проходить через мучения, войны, болезни?
– Я этого не предлагал и как уже упоминал, у вас все было и есть. Нужно ваше желание. Я уже говорил, что у вас все есть. Вы выбираете сами. Так что смысл жизни у каждого свой, он не может быть общим. Общей может быть цель, иначе вы
