Нежное, освобожденное спокойствие женщины, которая знает, что она любима и желанна, сошло на Андреа. Трепет ее любящего тела вызывал огонь желания. Она закинула руки ему на шею, прижала его голову к сердцу.
Желание переполняло Ланса. Она заключил Андреа в свои объятия.
Ланс проснулся, мучимый голодом к своей жене. Он ничего не хотел, кроме нее. Протянув руку к этому чудесному телу, он испытал шок. Место, где она всю ночь лежала рядом с ним, пустовало…
В зеленой комнате не было окон. В темноте его охватила паника. Никого…
Неужели ему все приснилось?
Он нащупал ее подушку и прижал к лицу. Она еще сохраняла ее запах.
– Андреа! – закричал он и сел. Вдруг это волшебник Мерлин подшутил над ним, устроив чудесную ночь фантазий? И теперь у него не осталось ничего, кроме воспоминаний – таких фантастических, что, похоже, он никогда не будет прежним.
– Я здесь.
Он увидел ее очертания в луче света из холла. И сердце у него снова начало отчаянно мчаться к ней. Она держала поднос.
– Уже почти полдень. Я совершенно уверена, что мой рыцарь должен утолить свой аппетит. Включи свет над головой.
Ланс выполнил ее просьбу, чувствуя себя будто под гипнозом. Она закрыла дверь и подошла к нему, свежая и сияющая после душа.
Золотистые пряди волос, рассыпанные по плечам. Темно-карие бархатные глаза и губы, будто созданные специально для него. Какая красота… Словно образ Гвиневеры сошел со стены и предстал перед ним.
Она поставила на кровать поднос и сама опустилась рядом на колени, чтобы прислуживать ему. Он взял ее руку и поцеловал ладонь.
– По-моему, я должен пригласить художника, чтобы на стенах комнаты в нашем доме он нарисовал твои портреты в полный рост. Чтобы я не забыл…
Она поцеловала его в губы.
– Тебе это не понадобится. Я собираюсь быть рядом с тобой и в твоих объятиях отныне и навсегда.
– Мне нелегко было завоевать тебя. Помнишь, ты не открыла дверь? Я пережил несколько неприятных моментов. И решил провести военную кампанию, сколько бы времени она ни потребовала.
– Насколько я помню, она потребовала четыре ошеломляюще коротких дня.
– У нас был брак лишь на бумаге. – Он поймал ее взгляд. – И потребовалось немало времени, чтобы он стал реальным.
– Ланс, – Андреа поставила на поднос свой стакан с соком. – Только минутку. Я хочу что-то тебе показать.
Она слезла с кровати и подошла к креслу, где оставила свою сумку. Что-то достав из нее, вернулась к кровати и вручила ему узкий пакет.
Это была детская книга, которую он дал ей. Удивленный, что жена носит книгу с собой, Ланс вопросительно взглянул на нее.
– Открой ее.
Ланс послушно открыл первую страницу. В первой же строчке говорилось:
«Мое имя Жоффруа Ричард Фэллон Мальбуа Дю Лак».
Внизу под этой строчкой оставлено место для снимка.
На второй странице был следующий текст:
«В память о моем отце Ричарде Фэллоне, блестящем профессоре и ученом, давшем мне жизнь. Он был потомком многих поколений канадских французов».
Ниже Андреа поместила шесть фотографий покойного мужа, на некоторых из них была и она.
Ланс никогда раньше не видел первого мужа Андреа. Это был симпатичный блондин. Они выглядели привлекательной парой. Но… у Ланса не могло быть никаких отношений с этой женщиной на фотографии! Это был другой период ее жизни, когда он даже не подозревал об ее существовании.
– Посмотри, что на следующей странице.
Он выполнил ее просьбу. И в первую же секунду, едва он увидел, что там, у него перехватило горло. Несколько фотографий Ланса в военной форме. Она увеличила снимки, которые Ланс посылал отцу из армии.
«Это мой отец, Ланселот Мальбуа Дю Лак, сын Жоффруа Мальбуа, в настоящее время герцога Дю Лак. Его предки упоминаются еще во времена Меровингов и короля Хлодвига (V–VI вв.). В жилах моего отца течет королевская кровь. Он с честью служил Франции в элитных войсках».
– Андреа…
Ланс почувствовал, как ее рука обняла его за плечи.
– Там есть еще кое-что.
Перевернув страницу, Ланс обнаружил фотографии с их свадьбы. Должно быть, Анри сделал их во время свадебной церемонии. Она оба смотрели друг на друга, произнося брачные обеты.
«Мой отец женился на моей матери Андреа Грэшем Фэллон в июне месяце. Моя мать сказала мне, что это был союз двух сердец!»
ЭПИЛОГ
– После того как он съест две унции, не забывайте каждый раз давать ему срыгнуть.
Жофф с таким ужасом смотрел на внука, что Андреа засмеялась.
– Ты думаешь, я раньше никогда не видел маленьких детей? С помощью Анри и Бриджит мой маленький внук и я прекрасно поладим. Почему бы вам не уйти? – продолжал Жофф. – Чтобы мы с ним могли наконец хорошо познакомиться. У нас есть что обсудить. В один прекрасный день он станет герцогом. Это произойдет не слишком скоро. Так что он успеет узнать о своей ответственности.
За шесть месяцев на лысой головке их малыша не выросло ни единого волоска. Ланса ужасно беспокоило отсутствие локонов. Но Андреа объяснила ему, что может пройти много времени, прежде чем у их сына появится прическа. А сейчас у него аккуратное маленькое личико и самое крепкое в мире тельце. Он похож на Ричарда, как, впрочем, и на нее. Андреа заметила, что ей горько, когда она видит сходство сына с умершим мужем. Ланса, похоже, втайне тоже это беспокоит. Но перемена произошла. Все радовались новой жизни, которая теперь постоянно была с ними.
Ланс очень гордился силой своего сына. Когда он протягивал палец, мальчик хватался за него и не отпускал. Ланс даже полюбил менять памперсы и ухаживать за малышом. Наблюдать за ним – настоящее открытие.
– Если мы тебе понадобимся, мы будем в Лизо, посидим с ресторанчике.
– Вы мне не нужны, – махнул Жофф рукой.
– Мы вернемся к одиннадцати, чтобы Андреа могла покормить сына. Он не любит, когда его кормят из бутылочки. Да, Жофф любит, чтобы ему почесывали голову. Не сильно, а слегка.
– Sacre' bleu, non fils… assez![15]
Андреа прожила во Франции уже полгода и хорошо понимала французский свекра.
– Пойдем, дорогой. В ресторане не будут вечно держать для нас столик. – Андреа была взволнована первым ее «выходом в люди» с мужем. Ей показалось, что и он хотел побыть с ней наедине.
Отцовство шло Лансу. Он с открытым сердцем принял все хлопоты, связанные с ребенком.
– Ланс?
Он поцеловал сына и выпрямился, глядя на нее.
– Я весь твой.
– Всегда?
– Всегда.
– Хорошо. – Он помог ей сесть в машину.
Когда Ланс свернул на дорогу, ведущую в лес, предчувствие подсказало ей, что он задумал что-то необычное.
