В расстрелах за городом я не участвовал и о происходящем там ничего не могу написать. Однако следует отметить, что спустя довольно много времени после акции из закопанных ям все еще выползали раненые.
Многие белорусы, которые доверялись нам, после этой еврейской акции очень встревожены. Они настолько напуганы, что не смеют в открытую выражать свои мысли, однако уже раздаются голоса, что этот день не принес Германии чести и он не будет забыт…
Заканчивая, я должен отметить, что во время акций солдаты данного полицейского батальона грабили не только евреев. Много домов белорусов были ими ограблены. Они забирали все, что только могло пригодиться — обувь, кожу, ткани, золото и другие ценности. По рассказам солдат вермахта, они буквально вместе с кожей стаскивали кольца с пальцев своих жертв. Даже склад, в котором хранилось имущество гражданских учреждений, тоже был ограблен. В казармах, куда их распределили, были проломлены и высажены рамы окон и дверей, которые они использовали для вечерних костров.
Во вторник я получил обещание от адъютанта командира, что в городе их полицейские больше не появятся, однако назавтра же моими людьми были задержаны двое из них при осуществлении грабежа.
Ночью со вторника на среду данный батальон оставил город. Они уехали по направлению к Барановичам. Жители Слуцка обрадованы этой вестью.
… Прошу выполнить только одно мое желание: в дальнейшем оградить меня от этого полицейского батальона.
Карл»
Кроме Импулявичюса прославился своими «подвигами» командир другого литовского батальона капитан Болеслав Майковскис, бывший до этого начальником полиции г. Резекне. Как и Импулявичюс, он был заочно приговорен советским судом к смертной казни. В обвинении указывалось, что по его распоряжению в Литве была уничтожена целая деревня, убиты тысячи евреев. Брат Майковскиса Вадим Майковскис также занимался организацией массовых убийств евреев в Киеве на должности начальника городской полиции.
3-й литовский батальон принимал участие в антипартизанской операции «Болотная лихорадка «Юго-Запад»», проводившейся в Барановичском, Березовском, Ивацевичском, Слонимском и Ляховичском районах в тесном взаимодействии с 24-м латышским батальоном.
Всего в Литве было сформировано 22 литовских батальона «Шумы» (номера с 1-го по 15-й и с 251-го по 257-й). В августе-октябре 1942 г. литовские батальоны располагались на территории Украины: 3-й — в Молодечно, 4-й — в Сталино, 7-й — в Виннице, 11-й — в Коростене, 16-й — в Днепропетровске, 254-й — в Полтаве, 255-й — в Могилеве (Белоруссия).
В октябре 1942 г. 250-й литовский шума-батальон был включен в состав частей группы армий «Север», и на его базе были созданы 650-я и 651-я восточные охранные роты (литовские).
В марте 1944 г. началось формирование еще 13 батальонов (номера с 263-го по 265-й и с 301-го по 310-й), однако до конца эти мероприятия не были доведены.
Большинство батальонов оперировали за пределами Литвы: в Ленинградской области (5-й и 13-й), в Белоруссии (3, 12, 15, 254, 255-й), в Польше (2-й). По неподтвержденным данным, один батальон действовал в Италии, другой — в Югославии.
Командованию армейской группировки «Юг» в апреле 1943 г. подчинялись следующие литовские шуцманшафтбатальоны: 22-й (4 роты), 268-й (3 роты), 4-й (3 роты), 114-й (3 роты), 116-й 9 (3 роты), 117-й (3 роты), 117-й вахтбатальон (3 роты), 122-й (3 роты), 123-й (3 роты), 130-й (1 рота).
Номинальным командующим этой «армией» был бывший офицер литовской армии подполковник Спокявичюс, однако реальными командирами оставались немцы.
В 1943–1944 гг. некоторые из батальонов были расформированы, а их личный состав пошел на доукомплектование оставшихся. В июле 1944 г. четыре батальона были объединены в Каунасе в 1-й Литовский полицейский полк. На территории Литвы к тому времени уже шли бои, и полк был брошен на передовую, где понес невосполнимые потери. В октябре-ноябре 1944 г. в Данциге немцы попытались сформировать 2-й и 3-й Литовские добровольческие пехотные полки на базе 2, 3, 9, 15, 253, 254, 255 и 257-го батальонов, однако из этой затеи также ничего не получилось.
В последние дни 1944 г. большая часть литовских батальонов уходила из Литвы вместе с отступающими частями немецкой армии. Немцы разоружили союзников (1, 2, 6, 9, 253 и 257-й батальоны) и расформировали, распределив их личный состав по различным наземным частям Люфтваффе. Два литовских батальона действовали на Балканах. На 1 марта 1944 г. в рядах литовской полиции порядка и полицейских батальонах служило 8 тыс. литовцев. К январю 1944 г. 198 полицейских погибли, 16 пропали без вести и 94 были тяжело ранены.
К концу войны наиболее опытные кадры были зачислены в состав немецкой армии и наряду с другими иностранцами принимали участие в обороне Берлина. Три батальона (5, 13, 256-й) были блокированы советскими войсками в Курлядском котле и вместе с немцами оказывали вооруженное сопротивление до мая 1945 г.
Латышские полицейские формирования
Первая латышская полицейская часть была создана в июле 1941 г. бывшим офицером латвийской армии Вольдемаром Вайсом. Впоследствии Вайс удостоится одной из высших наград Рейха — Рыцарского креста.
Официальное существование латвийских вспомогательных полицейских рот началось с 3 июля 1941 г. В этом же месяце из 240 военнослужащих этих рот были организованы шесть полицейских округов и формально приданы вспомогательной полиции порядка, но напрямую ими руководила СД.
Формировавшиеся в Латвии полицейские батальоны насчитывали в своем составе от 500 до 550 человек.
В сентябре 1941 г. был сформирован 16-й Земгальский полицейский (шума) батальон. До конца 1943 г. были сформированы 45 латышских батальонов: номера с 16-го по 28-й, с 266-го по 283-й, с 311-го по 322-й. Общая их численность оценивалась в 15 тыс. человек. Батальоны несли охрану тыла, некоторые направлялись для борьбы с партизанами на территорию Украины и Белоруссии. Часть этих формирований действовала на фронте в полосе группы армий «Север».
По информации советской военной разведки в августе-октябре 1942 г. нижеперечисленные латышские батальоны были дислоцированы в следующих областях: 17-й — район Шолохово, 21-й — действовал на Ленинградском фронте, 23-й и 28-й — Кривой Рог, 24-й — Столбцы (Белоруссия), 27-й — Сталино, 268-й — Картуз Береза (Польша) — 450 человек.
Кроме того, советскую разведку интересовало общее количество батальонов, сформированных в Латвии: «Латвийские охранные и полицейские батальоны. 15, 17, 20, 22, 23, 24-й — латвийские полицейские батальоны; 271, 276, 277, 278, 251-й — латвийские охранные батальоны; 313, 315, 316, 317-й — латвийские отдельные батальоны; 2, 95, 395-й — латвийские строительные батальоны. Из 16, 17, 19, 21, 22 23-го полицейских батальонов сформирован 1-й полк СС, переформированный затем в 39-й пехотный полк; из 276, 277, 278 и 281-го охранных батальонов сформирован 1-й полицейский полк».
О том, что представлял собой латвийский батальон, сообщает разведсводка штаба 1-й Ударной армии:
«23-й латвийский полицейский батальон действовал 30.07.1944 г. в районе Мейраны. Сформирован в 1942 г., действовал в Крыму, где под Керчью был разгромлен, затем вновь сформирован. На 01.07.44 штаб батальона в Яунматгале, роты в районах: Балви, Тиле, ст. Жигуры, Карсава. Борьба с партизанами. 23.07.44 2-я рота, расположенная в Балви убыла в западном направлении. Численный состав 2-й роты -120 человек. 9 ручных пулеметов, 2 станковых. В батальоне 4 роты».
За этими сухими бухгалтерскими строчками читатель не видит результатов той службы, которую несли латышские военнослужащие. Между тем батальоны, размещенные в многострадальной Белоруссии, действовали в точном соответствии с инструкциями, полученными ими от немецких устроителей «Нового порядка».
На 1 июля 1942 г. на территории Белоруссии действовали четыре латышских полицейских батальона: 18, 24, 26, 266-й «Е», которые в строевом отношении подчинялись командующему силами полиции и СС Остланда, а в оперативном — командующему полицией порядка Белоруссии. Батальоны дислоцировались соответственно в Столбцах, Станьково, Бегомле и в Минске. К концу года из Латвии в Ганцевичи прибыл 271-й латышский полицейский батальон.
18-й шуцманшафтбатальон в количестве 395 человек прибыл в Белоруссию в мае 1942 г. из Риги. Немецким офицером связи в батальоне был гауптман шутцполиции Эрзум. Командовал батальоном также капитан Зихерт. Батальон дислоцировался в Столбцах. 6 июня 1942 г. он совместно с частями вермахта и полицией безопасности принимал участие в антипартизанской операции в треугольнике Узда-Копыль-Столбцы. Батальону была придана команда СС под командованием гауптштурмфюрера СС доктора Кунца, состоящая из 3-х офицеров, 6 унтеров, 6 переводчиков и 8 рядовых.
Летом 1942 г. батальон под командованием майора Рубениса на протяжении нескольких дней принимал участие в уничтожении гетто в г. Слониме Барановичской области. Перед расстрелами людей раздевали донага. Изымали ценности, рвали золотые зубы. Капрал Эдгар Вульнис фотографировал сцены массовых убийств и позднее продавал фотографии по пять марок за штуку. В перерывах между расстрелами лейтенант Эглас хвастался своим умением точно стрелять. Он цинично заявлял: «С 30 метров прямо в голову — для меня это просто». Приказом командующего полицией порядка Белоруссии полковника Клепша от 28 августа 1942 г. капитану и командиру батальона Фридриху Рубенису была объявлена благодарность: «24.07.1942 г. возле имения Налибоки в бою с превосходящей бандой, благодаря особой находчивости и хорошему руководству батальоном смог уничтожить противника».
