Читаем без скачивания Тайны горного Крыма - Татьяна Фадеева

К известным сведениям А. Брайер добавляет, что фамилия Гаврасов долго сохранялась среди греков Азовского побережья, переселенных из горного Крыма, и в форме Габрас — в окрестностях Трапезунда. До недавнего времени сохранялось название села Гавры (близ села Соколиного на реке Бельбек), а также фамилия Гаврин. Существуют опыты построения генеалогического древа семейства (А. А. Васильев, А. Брайер, Д. С. Спиридонов и др.). Княжество Феодоро занимало видное место в Восточной Европе, и княжеский дом заботился об укреплении династических связей. Сохранились документы, согласно которым дочь князя Алексея — Мария в 1426 г. была выдана замуж за Трапезундского царевича, позже ставшего последним императором; дочь князя Исаака — Мария была в 1472 г. выдана замуж за Стефана III, господаря Молдавского; из русских документов известно также, что в 1474-5 гг. великий князь Московский Иван III поручал послам вести переговоры о бракосочетании своего сына с мангупской княжной. Браку помешало турецкое завоевание Крыма в 1475 г. Но особенно Гаврасы гордились родством с домом Палеологов, чей герб — двухглавый орел — изображен на плитах с надписями наиболее известного мангупского князя — Алексея. Из документа, известного под названием "Эпитафий княжичу" следует, что сын Алексея Иоанн был женат на Марии Асане, по отцовской линии — родственнице "порфироносного древа императоров Палеологов; по материнской — из рода Цымблаконов, также находившейся в родстве с Палеологами. Возможно, подобные династические браки были не единственным случаем, но пока в нашем распоряжении нет прямых документов. Известно лишь, что брак с девушкой из рода Палеологов давал право на употребление в качестве семейного герба двуглавого орла. Плит с подобным изображением — целых или в обломках — в Крыму найдено уже немало. Наиболее известны плиты 1425 и 1427 гг. с надписью князя Алексея, на которых изображены его монограммы, гербы Палеологов и Генуи. Известен также целый ряд обломков подобных плит, найденных на Мангупе, в Инкермане и даже в Херсоне: они хранятся в лапидарии Бахчисарайского дворца-музея и в фондах Крымского краеведческого музея. Но самой удивительной находкой этого ряда оказалась каменная плита, найденная во время раскопок крепости близ Алушты и датированная 1459 г. На плите размером 4–0,5 м в верхней части расположены пять щитов с гербами: в первом медальоне вырезан «процветший» равносторонний крест по сторонам которого размещены буквы IС/ ХС/ НI/ КА. Во втором, третьем и четвертом — монограммы, одну из которых можно понять как «Александр». На последнем щите изображен двуглавый орел с императорскими коронами на головах, в нижней части плиты идет четырехстрочная надпись. Предполагается, что крепость была удельным владением последнего мангупского князя Александра, захваченного в плен во время штурма Мангупа и умерщвленного в Стамбуле.[124]

О наличии родственных связей говорит и тот факт, что Софью Палеолог, племянницу последнего византийского императора, отправившуюся в 1472 г. в Россию, чтобы вступить в брак с великим князем Иваном III, сопровождал мангупский князь Константин Гаврас: он был удостоен этой чести так как приходился "родственником невесте", и, вероятно, потому, что члены его рода, потомки Степана Васильевича Ховры, уже находились в Москве. Позднее Константин принял монашество под именем Кассиана, удалился в Ферапонтов монастырь, а затем основал свой собственный монастырь на берегах реки Учмы. В XIX в. на этом месте сохранялись две церкви: согласно сообщению Бруна, в стене одной из них, у входа, находилась плита с двуглавым орлом без корон, похожим на изображения с плит князя Алексея 1425 и 1427 гг.

Из того, что известно об истории рода, можно предположить, что Гаврасы привезли с собой героические воспоминания о многовековой борьбе с турками-сельджуками, культ св. Федора — князя, погибшего смертью храбрых в этой борьбе в 1098 г., признанного церковью мучеником в XII в. и святым — в XIV в., героя греческой и турецкой народной поэзии; и наряду с этим — непреклонное стремление к независимости от Византии.

Борьба с генуэзцами

В начале XV в. княжеством правил выдающийся представитель рода — Алексей, сын выехавшего в Москву С. В. Ховры, именуемый в надписях "владыкою Феодоро и Поморья". Он овладел выходом к морю, и в 1427 г. построил на месте раннесредневековой крепости Каламиты (Инкерман) новое укрепление, под защитой которого находился морской порт, ставший конкурентом соседней Чембало (Балаклаве). Широко велось и церковное строительство — при Алексее возводится базилика в Каламите, восстанавливается базилика в монастыре Апостолов и Партените, построенная еще в VIII в. при Иоанне Готском. Стремясь поднять престиж княжеского дома, Алексей восстановил княжеский дворец в Мангупе и построил его донжон в 1425 г., в 1427 г. для укрепления династических связей выдал дочь Марию замуж за Трапезундского царевича, оказавшегося последним императором. Сочтя свое положение достаточно прочным, Алексей вступил в открытую борьбу с генуэзцами и в 1433 г., при поддержке восставшего против генуэзцев населения захватил крепость Чембало. Однако посланный из Генуи флот под начальством полководца Карла Ломеллино быстро отвоевал Чембало, а затем разгромил и Каламиту, захватив при этом в плен сына Алексея — тоже Алексея. Вскоре после окончания военных действий княжич был отпущен и в 1434 г. после смерти отца стал правителем Феодоро; Каламита вскоре была восстановлена, и соперничество феодоритов с генуэзцами за власть над Причерноморьем продолжалось, по-видимому, в более мирных формах. Накануне турецкого завоевания Крыма в 70-е годы XV в. враждебные взаимоотношения между Феодоро и Кафой сменяются дружественными: нараставшая угроза со стороны турок вынуждала их к сближению. В 1471 г. князь Феодоро Исаак посетил Кафу и заключил союз с генуэзцами.

Турецкая осада и падение Феодоро

Накануне турецкого вторжения, в первой половине 1475 г. развернулась борьба за престол Феодоро. Узнав о смерти Исаака, его племянник Александр спешно прибыл с отрядом в триста воинов из Молдавии, где находился в изгнании. Ему удалось отбить престол у занявшего его сына Исаака. Однако дни Феодоро были сочтены. Летом того же года турки-османы при поддержке татар высадили войска на крымском побережье. Они осадили Кафу, которая сдалась через пять дней, взяли несколько прибрежных крепостей, а затем в начале июля подошли к Мангупу. Вооруженные огнестрельным оружием и снятыми с кораблей пушками, турки и татары пять раз ходили на приступ, однако не смогли взять города: уникальные природные условия, превосходные оборонительные сооружения, мужество защитников сыграли здесь свою роль. Полугодовая осада завершилась взятием города в декабре 1475 г. в результате хитрости турок; они притворились, что отступают, выманив, таким образом, за стены защитников крепости. Турки предали город страшному разграблению, истребив почти всех его жителей. Князь Александр и другие мужчины — представители княжеской семьи погибли в заточении в Константинополе, в живых был оставлен только его маленький сын: воспитанный турками, он сохранил почетный титул мангупского князя, хотя реальным влиянием ни он, ни его потомки уже не обладали.

Из территории княжества Феодоро и генуэзских владений Юго-Западного Крыма турки образовали Мангупский кадылык — судебно-административный округ с центром в Мангупе, находившийся в непосредственном управлении Османской империи. Они, по-видимому, оценили превосходные оборонительные достоинства крепости и продолжали укреплять и восстанавливать ее, особенно после страшного пожара 1493 г., когда выгорел почти весь город. Об этом свидетельствует греческая надпись на одной из башен в Табана-дере и ряд сооружений, возведенных в XVI в. — мечеть, синагога, кенасса; частично была перестроена цитадель.

Мангуп, населенный греками, турками, караимами, будучи судебно-адмннистративным центром, сохранял свое значение крепости в течение всего XVI в. и в первой половине XVII в. Однако жизнь в нем продолжала теплиться вплоть до времени присоединения Крыма к России, накануне которого христианское население Горного Крыма было переселено в Приазовье; тогда же, по-видимому, окончательно покинули Мангуп и караимы.

Так оборвалась многовековая жизнь Дороса — Феодоро — Мангупа. В ней еще много неясного, неисследованного, целые десятилетия, а то и столетия покрыты мраком безвестности, однако и то, что мы сегодня знаем о нем, дает основание считать, что в историю и культуру средневекового Крыма княжество вписало немало блестящих страниц.

Мангуп находится в 20 км от Бахчисарая. Дорога туда ведет через село Красный Мак, потом через Залесное; далее проселочная дорога ответвляется влево, в долину, над которой высятся безошибочно узнаваемые издали мощные мысы Мангупа. На плато можно подняться по всем трем оврагам. Самая короткая, хотя и крутая тропа, пробирающаяся по дну среднего оврага — Гамам-дере (Банный овраг), менее чем за час ходьбы приводит к мощной башне, увитой вечнозеленым плющом. Еще немного — и через пролом в стене мы попадаем на территорию города, который встречает нас рядом пещер; тропа сворачивает направо, к обильному водой роднику. Видимо, здесь когда-то была городская баня, давшая название оврагу.