Читаем без скачивания Тропическая природа - Альфред Уоллес

В тропической Америке обезьяны еще распространеннее, чем в восточном полушарии, и обладают многими интересными особенностями. Они несколько отличаются своей зубной системой и другими признаками организации от всех обезьян Старого Света, и многие из них обладают цепкими хвостами, чего не встречается у других обезьян. У ревунов и паукообразных обезьян[106] хвост отличается длиной и силой; если он обовьется вокруг сука, то эти обезьяны могут на нем держаться так же хорошо, как другие на руках; он действительно заменяет им пятую руку и постоянно служит для схватывания с земли мелких предметов. Самые замечательные американские обезьяны – ревуны, ужасающий рев которых, более громкий, чем рыканье льва или рев быка, раздается в девственном лесу очень часто, обыкновенно утром или вечером. Этот рев обезьяна производит при помощи большой тонкой полой кости, расположенной в горле, в которую она с силой вдувает воздух; в высшей степени интересно, что только этот род обезьян обладает органом, не встречающимся ни у других обезьян, ни вообще у каких бы то ни было млекопитающих и, очевидно, имеющим только одно назначение: делать обезьяну способной к более громкому реву, чем прочие.[107] Из других обезьян стоит особо отметить лишь игрунок, или уистити, маленьких, красивых животных с пучками шерсти на голове, с бородой или гривой, похожих на белок, но с маленьким обезьяньим личиком.[108] Они бывают черного, бурого, красноватого или почти белого цвета и являются самыми мелкими из всех обезьян: размеры некоторых из них, не считая хвоста, не превышают 6 дюймов.

Паукообразная обезьяна Ateles paniscus (Южная Америка)

Летучие мыши

Почти единственный отряд, достигающий под тропиками особого развития, – рукокрылые, или Chiroptera. С переходом в умеренный пояс этот отряд становится сразу гораздо беднее видами, в особенности в более холодных областях его, хотя некоторые виды, по-видимому, распространены вплоть до Полярного круга. Тропические летучие мыши отличаются своей многочисленностью, разнообразием, величиной, своеобразным строением и образом жизни. На Востоке внимание чужеземца прежде всего привлекают большие плодоядные рукокрылые Pteropus, иначе летучие лисицы или собаки, как их называют благодаря ржавому цвету их густого меха и лисьей морде. Этих тварей видишь иногда огромными стаями, полет которых может тянуться целыми часами. Очень часто они опустошают фруктовые сады туземцев. Размах крыльев некоторых из них достигает 5 футов, при соответствующих размерах тела. Когда они днем висят вниз головой на засохших деревьях, то кажется, будто ветви отягощены какими-то чудовищными плодами. На Востоке потомки португальских поселенцев употребляют летучих собак в пищу, но ни один туземец не решится на это.

В Южной Америке распространена другая группа летучих мышей, обязательно приковывающая ваше внимание, именно так называемые вампиры, или кровососы, изобилующие по всей тропической Америке, особенно же в Амазонской долине. Их хищнические инстинкты подвергались одно время большому сомнению, но теперь несомненно доказаны. Лошади и рогатый скот часто подвергаются их укусам и на другой день бывают покрыты кровью. Повторяющиеся нападения вампиров расслабляют их жертву и в конце концов могут совсем погубить. Некоторые люди особенно подвержены нападениям этих кровопийц, и так как хижины туземцев никогда не запираются как следует, то такие злополучные индивиды должны спать совершенно закутавшись, чтобы серьезно не заболеть от укусов и не подвергать опасности свою жизнь. Каким образом вампир производит свои нападения, в точности неизвестно, так как жертва никогда не чувствует укуса. Автор однажды был укушен за палец ноги, и на следующее утро из маленькой, но глубокой круглой ранки сочилась кровь, которую нелегко было остановить. Другой раз, когда он тщательно укрыл свои ноги, он был укушен за кончик носа и проснулся лишь тогда, когда все лицо было залито кровью. Взмахи крыльев вампира погружают спящего в еще более крепкий сон и делают его нечувствительным на все время, пока вампир зубами и языком протирает кожу. В конце концов образуется маленькое отверстие, и струящаяся оттуда кровь высасывается или вылизывается парящим над своею жертвой вампиром. Размах крыльев наиболее крупных южноамериканских видов достигает 2–2 1/2 футов; такие виды, подобно летучим собакам, плодоядны, настоящие же кровососы отличаются малой или средней величиной, и окраска их варьирует в различных местностях. Они принадлежат к роду Desmodus и имеют на кончике языка роговые бородавки, которыми, должно быть, и протирают кожу, отчего получается маленькая круглая ранка.[109] Таково по крайней мере мнение Бюффона и Азары,[110] и, по всей вероятности, совершенно правильное.

Кроме двух вышеописанных отрядов обезьян и летучих мышей, мы напрасно стали бы искать среди многочисленных млекопитающих группу, которую можно было бы назвать, в противоположность умеренному поясу, характерной именно для тропиков. Положим, существует еще много семейств, встречающихся только в жарком поясе, но распространение почти всех их ограничено лишь небольшой частью последнего, или же они бедны видами и редки. Сюда относятся лемуры Африки, Мадагаскара и южной Азии, затем тапиры Америки и Малайи, носороги и слоны Африки и Азии, морские свинки и ленивцы Южной Америки, чешуйчатые ящеры Азии и Африки.[111] Но ни одна из названных групп недостаточно многочисленна, чтобы бросаться в глаза путешественнику и производить на него впечатление существенной особенности тропической природы.

Поэтому им и не место в нашем очерке, посвященном общему аспекту тропиков в том виде, как мы пытались изложить его нашим читателям.

Общий взгляд на животный мир тропиков

Суммируем теперь вкратце общие черты животной жизни экваториальных стран, поскольку они играют роль в ландшафте и вообще в явлениях природы. Больше всего выделяются бабочки благодаря своей многочисленности, размерам, яркой окраске, своеобразной форме, а также медленному величественному полету, свойственному многим из них. Отличительными особенностями этих насекомых являются их крупные размеры и широкое распространение защитной окраски. Муравьи и прочие мелкие насекомые привлекают внимание своей невероятной многочисленностью. Среди птиц выделяются попугаи в качестве отряда, по преимуществу тропического, а среди млекопитающих обезьяны – два отряда,[112] выказывающие поразительные черты аналогии в смысле наличия хватательных конечностей и привычки к перениманию. Затем, из числа рептилий и амфибий следуют ящерицы и лягушки, так как змеи, хотя и одинаково многочисленные, попадаются на глаза человеку сравнительно реже.

В общем в жарком поясе животная жизнь проявляется гораздо многообразнее и мощнее, чем где-либо на земле, и мы встречаемся там со многими своеобразными группами животных, распространение которых не доходит до умеренного пояса. Бесконечная причудливость форм, величайшее богатство окраски – вот основные черты тропической фауны, особенности, которые с чрезвычайной силой проявляются в тех экваториальных странах, где растительность достигает наибольшего великолепия и пышности. Причины этих специфических особенностей тропической фауны лежат не в сравнительно простом воздействии солнечного света и тепла, а скорее в том однообразии и постоянстве, с которыми влияют и влияли эти и все прочие земные факторы, не изменяясь в существенных чертах как в течение года, так и в течение бесконечных прошлых периодов. В то время как над умеренным поясом опустошительным потоком пронеслись ледниковые периоды, уничтожив много крупных, высокоспециализированных форм, развивавшихся в течение благоприятного времени, – экваториальная зона постоянно оставалась полной жизни, и в ее пределах не прекращалось то взаимодействие организмов, которое, по-видимому, является важнейшим фактором появления бесконечных вариаций и стремится заполнить в природе все вакантные места. В умеренном и холодном поясах борьба с неравномерностью и постоянно возобновляющейся суровостью климата необходимо должна была ограничивать пределы эффективной вариации животных, так как пресекались все признаки формы и окраски, хотя в малейшей степени вредные или связанные с конституциональной неспособностью переносить резкие перемены температуры или другие неблагоприятные условия. Всего этого не было в экваториальной зоне. Борьба за существование, поскольку она была направлена против сил природы, всегда была здесь менее сурова, пища имелась в большем изобилии и постоянстве; защиту и пристанище найти было всегда легче; изменения физических условий, обусловливаемые только космическими или геологическими переворотами, должны были быть настолько медленными, что эволюция и подбор могли к ним приспособляться и поддерживать неисчислимое множество организмов в стройном, гармоническом соответствии с этими условиями. Короче, в экваториальном поясе мы видим результат почти непрерывного и беспрепятственного развития органических форм, в то время как в умеренных поясах наступали временные перерывы и опустошения более или менее катастрофического характера, после которых развитие должно было в известном направлении начинать свою работу совершенно сызнова. Поэтому там эволюция ничем не была стеснена, здесь же ей нужно было бороться с бесчисленными препятствиями. Поэтому экваториальные страны в отношении истории своей фауны и флоры являются миром более древним, чем умеренные пояса, миром, в котором законы, управляющие прогрессивным развитием жизни, владычествовали со сравнительно незначительными перерывами в продолжение бесчисленных веков и привели к образованию всех бесконечно разнообразных и прекрасных жизненных форм, всех поразительно своеобразных особенностей структуры, функций и инстинкта, всего богатства окраски и совершенной гармонии взаимоотношений, которые восхищают и изумляют нас в животном мире тропических стран.