губах невольно появляется улыбка. Володя оказывается таким заботливым, и это совершенно не вяжется с тем, как он холодно смотрит на меня.
А поцелуй? Ох, о нем бы нужно забыть. Ведь извинился же, — стоило об этом подумать, как по самолюбию тут же полоснуло разочарование и стало неприятно в груди. — Ладно. Надо успокоится и принять как данность его холодность. А может у Володи есть девушка? Я об этом почему то не задумывалась всерьез, — подтягиваю к себе тарелку с едой, накалываю на вилку кусочек мяса, предварительно кем-то порезанное, отправляю в рот, медленно пережевывать. — Ну ведь у каждого нормального парня есть девушка. Вот у Андрея Валерьевича есть его Юлианна, красивая блондинка. Я ее видела несколько раз, она появлялась у босса на работе. А вот про Володю мне ничего неизвестно и это мысль меня раздражает почему-то.
От раздумий меня отвлекает тихая трель телефонного звонка. Я специально его поставила на минимум, чтобы не разбудить Гришку.
На экране высвечено имя подруги. Поднимаю трубку. Уверена, что сейчас будет извиняться за свои слова сказанные днем.
— Привет, Лен, — здороваюсь.
— Слушай Анька, — взволнованно и у меня мгновенно выветриваются мысли о девушки Володи из головы, и всплывают те, что тревожат меня.
— Что? — голос внезапно срывается на писк, потому как я знаю, что она хочет мне сказать.
— Тут весь двор на ушах. Женька вернулся. Боже, Анька! Мята рвет и мечет. Избил Витьку и ко мне ломился. Я не открыла. Сижу тиши воды, ниже травы. Подруга, ну ты конечно удружила всем. Что теперь будешь делать? Ой, а если он узнает, что ты еще и с босом со своим от меня уехала. Башку тебе открутит.
У меня от Ленкиного словесного поноса волосы на голове зашевелились. Страх сковал тело. Я конечно же знала, что рано или поздно что-то подобное должно было случится, но все же надеялась на то, что это затянется как можно дольше.
— Он видел, Лен, — мяукнула в трубку.
— Твою мать! — возмущается подруга. — Ань!
— Что? Это получилось не специально. Он пришел ко мне на работу… Лен, я надеюсь что это не ты сказала, где я работаю? — хотя кто мне скажет правду?
В трубке повисает полное молчание.
Вот и подруга названная?! Злость закипает за считанные секунды, я только открываю рот, чтобы отчитать Ленку, когда:
— Послушай меня, мышь. Даю тебе срок до вечера. Мелкого подмышку и домой. Услышала? — низкий, хриплый, до одури пугающий голос мужа звучит в динамик.
— Прости, — звенящий голос Лены и следом слышу приглушенный рык и тихое “ой” подруги.
— Все, до вечера. Малому собери вещи. Я его у тебя заберу, — последние слова меня добивают.
Я сбрасываю звонок и откидываю телефон. Смотрю на него, словно на бомбу, которая вот-вот взорвется. Нет. Я никуда не поеду. Это точно. Не поеду.
Стоит только мне об этом подумать, как телефон дзынькает уведомлением. Это ватсап. Дрожащими пальцами дотягиваюсь до трубки. Разблокировав экран открываю смс. Фото… Черт! Вскидываю ладонь ко рту зажимаю. От увиденного кровь стынет в жилах и сердце подскакивает к горлу бьется бешено, дико.
Женя не оставляет мне выбора. Знает урод на что давить.
Откладываю телефон и медленно поднимаюсь. Ноги как будто не мои, чужие. Инстинкты самосохранения вопят о том, что нужно остановиться, сбежать, но фото застывшее перед глазами неподвижной картинкой, заставляет двигаться в спальню.
Я машинально собираю вещи. Даже не вижу что кидаю в сумку. Взгляд расфокусирован, все мое внимание сейчас сосредоточен в ближайшем будущем. Задаюсь только одним вопросом: что буду делать когда вернусь к Жене?
Уталкиваю беспорядочно заброшенную одежду в сумку, вжикаю молнией. Присаживаюсть на край кровати, с той стороны, где спит Гришка. Смотрю на маленькое личико сына и у меня сердце сжимается в комок. ЧТо он сказал? Заберет? Ясно же, что не отдам и не оставлю ему сына, а это значит, мне придется снова жить с ним. Снова терпеть его выходки. Грудь ломит с такой силой, что согнувшись пополам безмолвно взвыла. Я пропала! Опять!
Хотелось бы сбежать, но перед глазами тут же возникает фото на котором лежит в луже крови Витя и Ленка рядом сидит с огромным фингалом под глазом. “ЖДУ”. Большие буквы под фото, как приговор. Конечно я могу сбежать. Бросить и Витьку и Ленку на съедение этому монстру, но я точно знаю если сбегу сейчас, то как только он меня найдет в живых точно не оставит. Открутит голову и глазом не моргнет. Но самое страшное то, что ему за это ничего не будет. Я исчезну и никто обо мне даже не вспомнит, никто и не вскинется, а все потому, что некому. Не осталось у меня родни. Витька?! Он уже давно чужой. Я ему была нужна только из-за денег, а теперь когда Женя освободился, он обо мне и вовсе забудет. Нет меня и нет проблем.
Ненависть к Жене скрутило живот, а по позвоночнику побежали мурашки. Может мне удастся его убить? Мелькнула в голове шальная мысль. Но когда вспомнила его кулачищи и перекошенное злобой лицо, все мысли вмиг испарились. Остался только страх.
Ледяными пальцами достаю телефон и зайдя в приложение вызываю такси. Вбиваю адрес окончания поездки и полным опустошением наблюдаю за крутящимся кольцом в центре. Программа ищет машину. Я оглядываю спальню и тоска сжимает грудь раскаленным железным обручем. Какая была глупая, когда думала, что у меня все сейчас плохо, оказывается все было наоборот. Жаль что не успела оценить этого. Провожу пальцами по губам, вспоминая поцелуй Владимира, теперь он останется в моей памяти навсегда. Никогда не забуду.
В приложении высветилось уведомление о том, что такси прибыло. Я перекинув тяжелую сумку через плечо, подхватила Гришу на руки. Сынишка, открыл сонные глазки:
— Тсс, мой хороший. Спи. Спи, — целую его в щечки и малыш причмокивая соску, снова закрывает глаза, проваливается в сон, а я смотря на его безмятежное личико закусываю губу до боли, пытаюсь сдержать слезы.
В коридоре происходит заминка. И приходится немного повозиться так как совсем забыла подготовить обувь. Но спустя несколько минут мучения, у меня все же получается справиться с этой задачей.
Открываю дверь: надеюсь Володя не сильно обидеться, если не получится закрыть входную дверь на замок. Да и с такой охранной системой вряд ли здесь вообще нужны замки.
Я толкаю дверь и выхожу в длинный коридор. Дверь за моей спиной бесшумно закрывается и я все же слышу щелчок замка. Вот и все. Душа уходит в пятки.
