– Официальная коронация только завтра. К тому времени я буду в Дюбаре, и никто ничего не узнает. А сегодня мое место рядом с другом. К сожалению, я приехал слишком поздно и не успел увидеть Бандара перед операцией. Как и вы.
– Али, что, если он умрет? – Саманта заплакала. – Я люблю его, Али, невозможно выразить словами, как я его люблю. И думаю, он тоже любит меня.
– Я уверен в этом. Вы знаете, что он оставил вам все свое состояние?
Саманта в отчаянии металась по комнате.
– Он что, с ума сошел? На черта мне его деньги, если он… Все, что мне нужно, – это чтобы он был живым и здоровым.
– Он знает это.
– Сколько продлится операция?
– Не знаю. Но хирург обещал встретиться со мной, как только она закончится. А вот и чай!
Вошла медсестра с подносом. Она хотела поухаживать за посетителями, но Али жестом отпустил ее. Он сам налил и подал Саманте чашку чая. Та поблагодарила слабой улыбкой.
Он был такой же, как Бандар. Такой же уверенный в себе. Такой же властный.
– Расскажите мне про него. Я хочу знать о нем все.
Али усмехнулся.
– Вы говорите точь-в-точь как моя жена Шарман. Ей тоже всегда нужно все знать.
– Расскажите мне.
– Я могу рассказать только то, что мне ведомо. Но многое является секретом для всех, кроме него самого. У мужчин всегда есть тайны, в которые они предпочитают не посвящать своих женщин.
– Если вы имеете в виду трех любовниц, то мне про них известно. Но это неважно.
Али удивленно поднял брови.
– Я вижу, вы многое знаете о Бандаре. Но будьте уверены, те леди ничего для него не значили. Никогда ни одна женщина ничего не значила для Бандара. Пока не появились вы. Даже его собственная мать.
– Он не любил свою мать? Разве это возможно?
– Она не любила его. Он был ее пропуском в сладкую жизнь. Она была очень красива и очень, развращена. Отец Бандара не привык к таким женщинам и быстро потерял голову. Потом она сказала, что беременна, он был счастлив и женился на ней. Она получила, что хотела, ребенок ей был не нужен. Родители бросили его на нянек, а сами переезжали с одного модного курорта на другой. Бандар почти не видел своих родителей. А потом они погибли во время пожара на яхте. Ему было шестнадцать. Он был в школе в Лондоне.
– Какая ужасная история. Бедный Бандар.
– Да, бедный Бандар. Мать сделала его циником, особенно по отношению к женщинам. А большие деньги – хорошее удобрение для цинизма.
– Бандар говорил мне, что женщины охотились за ним всю его жизнь.
– Охотились – не то слово. Это такое нагромождение лжи и интриг, что вам и представил себе сложно. Когда Бандару было девятнадцать его затащила в постель одна очень красивая и очень хитрая дама. Когда она заявила, что беременна, он был вне себя. Она не хотела замуж, она хотела содрать с него побольше денег на содержание себя и ребенка. Но Бандару была невыносима мысль, что его ребенок будет расти без отца. К счастью, он рассказал все мне. Я посоветовал потребовать от нее анализ ДНК младенца сразу после родов. И дамочка моментально от него отстала. Ребенка она родила, но никто так и не знает, чей он. На Бандара все это произвело тяжелое впечатление.
– Я заметила.
Саманта могла понять цинизм Бандара и его осторожность, но, в конце концов, надо же верить людям. Иначе жить нельзя.
Слезы навернулись ей на глаза. Ока поставила чашку и попыталась утереть глаза тайком от Али.
– Поплачьте, не стесняйтесь, – сказал принц. – Это полезно, Шарман все время плачет.
От этих слов у Саманты словно плотина прорвалась внутри, и она разрыдалась, закрыв лицо руками.
Дверь открылась, и вошел человек в хирургической маске. Когда он снял ее, Саманта увидела выражение его лица. Оно было усталым, но довольным.
– Все прошло очень хорошо, – сразу сказал врач, и Саманта зарыдала снова.
– Это его невеста, – объяснил Али.
– Но он сказал, что у него нет близких.
– Он не хотел пугать Саманту и предпочел держать все в тайне.
– А-а-а. То-то я и думаю. Такой красивый мужчина. Моя секретарша просто голову потеряла. Но сейчас не об этом. По-моему, все прошло хорошо, основные центры не затронуты. Мы надеемся на полную ремиссию.
– Я благодарю вас, – сказал Али искренне. – Саманта тоже поблагодарит вас, как только будет в силах.
Его слова заставили девушку взять себя в руки.
– Разве такое возможно? Разве возможно за это отблагодарить? – заговорила она, спеша и путаясь в словах.
– Ваш жених в реанимации, леди, – сказал врач, похлопывая ее по руке. – Он будет немного не в себе после наркоза, так что я не могу позволить вам долгое свидание. Теперь мне нужно идти. Не утомляйте его.
– Хотите пойти к нему первой? – спросил Али, когда хирург ушел.
Саманта вздрогнула при мысли о том, что скажет Бандар, увидев ее.
– Не знаю, Али. Минуту назад я была так счастлива, но сейчас чувствую себя совсем раз битой. А вдруг он будет мне не рад? Вдруг он подумает, что я примчалась ради денег?
Али сердито покачал головой.
– О, женщины! Как вы можете быть такими слепыми? Он же по уши влюблен в вас!
– Влюблен? – переспросила она, но Али уж схватил ее за руку и тащил за собой по больничным коридорам.
– Он оставил вам всех своих лошадей, включая фаворита, выигравшего Дерби! Что это, если не любовь?
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
Бандар медленно приходил в себя. Он слышал звуки вокруг, но все еще не мог открыть глаза. В отуманенном мозгу внезапно, точно молния, сверкнула мысль: я жив, я не умер на операционном столе! Но надолго ли?
– Вижу, вы проснулись? – услышал Бандар женский голос.
– Как все прошло? – спросил он, еле ворочая языком.
– Просто прекрасно! Мистер Принг настоящий гении!
Бандар почувствовал, что на его глаза наворачиваются слезы. Он постарался поэернуть голову так, чтобы сестра этого не заметила, но мышцы пока не слушались его.
– Отдыхайте, – услышал он тот же голос и опять погрузился в полудрему.
Неизвестно, сколько это продолжалось, но когда он снова открыл глаза, то увидел Али, стоявшего рядом с кроватью.
– Али? – Бандар попытался поднять голову, но это оказалось слишком трудно.
– Лучше не двигайся, – посоветовал Али. – И не вздумай упрекать меня за мой приезд. Я ненадолго, просто убедиться, что ты в порядке. Коронация завтра, иначе я не уехал бы вообще.
– Я рад тебя видеть.
– Ну и хорошо. Но тут к тебе еще один посетитель.
– Адвокат?
– Нет. Твоя невеста.
– Моя невеста?
– Говорить «твоя австралийская подруга» слишком долго, поэтому я решил называть.
Саманту твоей невестой.
– Саманта здесь?
– Когда я приехал, она уже была тут. Валялась на полу в холле в обмороке.
