Темпл поморщился и сел.
– Об этом не может быть и речи.
Диана вздохнула, словно оплакивала его молодую жизнь.
– Ну если не Нетлстоун, то лорд Гарри запросто отправит вас на тот свет.
– Мадам, поверьте, я умею обращаться с пистолетом.
– Неужели?
Маркиз скрипнул зубами.
– Я с ними в один миг справлюсь…
– Если останетесь живы.
– Буду жив, не сомневайтесь. – К этому моменту Темпл уже изрядно обозлился. – Следующим, будет ваш отец, который, я уверен, тоже потребует сатисфакции.
Диана села и обхватила руками колени.
– О, отец никогда не поверит, что мы спали в одной постели. Он считает, что вы попросту не способны…
– Хватит, черт побери! – Маркиз поднялся с пола. – Мужчине приходится преодолеть множество препятствий, перед тем как… перед тем как…
– Сдаться? – подсказала Диана и, снова откинув одеяло, подвинулась, похлопывая рукой по освободившемуся месту. – Здесь гораздо удобнее, чем на полу.
Если бы Темпл был принципиальным человеком, он бы, разумеется, отказался, но принципы спасовали перед храпящим слугой и попыткой спать на твердом полу.
К тому же кровать выглядела слишком великолепной.
Однако, сделав шаг, Темпл почувствовал, что его решимость ослабевает. Он достаточно долго сопротивлялся искушениям, исходящим от леди Дианы Фордем, сможет устоять и на этот раз. От хрустящих простыней пахло лавандой и хорошим мылом.
– Если я решусь принять ваше предложение, то только при одном условии: вы отвернетесь и будете спать, как паинька!
– О, конечно. – Диана приоткрыла рот и, зевая, похлопала ладонью по губам. – Весь день на свежем воздухе – это меня ужасно утомило.
Она может сколько угодно притворяться сонной, и все равно Темпл ясно видел соблазнительный блеск в ее глазах.
Что ж, пусть распутница веселится – он не падет ее жертвой, когда так близко то, ради чего он работал много лет.
Диана уже устроилась на своей половине кровати. Искра в ее голубых глазах дразнила, звала поверить в то, что страсть и любовь победят давние заблуждения и страхи.
– Вы передумали, или я должна спать одна?
– Нет, – сказал он и забрался на кровать. – Позвольте вам напомнить: я делаю это только для того, чтобы вы дали мне спать. Ничего другого не предполагается.
– Конечно, Темпл. Как пожелаете.
«Как пожелаете»! Как будто желания имеют с этим что-то общее.
Диана отвернулась и спрятала улыбку. О, Темпл – самый упрямый человек, которого она когда-либо знала. И все-таки он сдался – как раз тогда, когда у нее подходили к концу все аргументы.
Диана лежала и наслаждалась непривычным ощущением, что в кровати, кроме нее, есть другой человек. Правда, однажды она находилась в одной кровати с Темплом, но то не считается. На этот раз он был готов умственно и физически.
– Я бы сказала, очень мило. Вы согласны? – Она словно забыла свое обещание не болтать.
С той стороны кровати долго молчали.
– Что «очень мило», позвольте спросить?
Диана похлопала рукой по кровати:
– То, что мы в одной постели. Я все время думала, каково это – спать вместе с мужчиной. – Она придвинулась ближе к середине.
– Не знаю. Не имею привычки спать с мужчинами.
К ее досаде, Темпл отодвинулся. Кровать слишком большая, что же, ей так и придется всю ночь гонять его по простыням?
– Очень смешно. Но у вас были любовницы. Как я понимаю, вы не раз проводили с ними ночи…
Темпл сел.
– Послушайте, как я провожу ночи – не тема для разговора с дамой.
Диана обиженно надула губы и повернулась на бок.
– По-моему, очень несправедливо, что мужчина может до свадьбы спать с кем хочет, а мы, женщины, должны спать в одиночестве.
– Возможно, и несправедливо, но сейчас меня это не волнует. – Темпл плюхнулся на подушку и отвернулся.
– Не думаю. Мужчины всегда хотят спать с женщинами. А женщины – с мужчинами.
Диана смотрела на его широкие плечи и с трудом сдерживала желание погладить по белой рубашке; пощупать выступающие мышцы.
Темпл тяжело вздохнул.
– Похоже, вы эксперт в этом вопросе. Из опыта с Пенхемом или Нетлстоуном вы узнали, что они хотят делить с вами постель?
Она засмеялась:
– Господи, нет! Им нужны только мои деньги.
– Позвольте вас заверить: не каждый мужчина, который к вам обращается, интересуется только вашими деньгами.
Диана почувствовала дрожь в спине. Так же было после его поцелуя – страстного, интимного, многообещающего. Она перевела взгляд с губ на темные, загадочные глаза и поняла то, что они ей выдали.
– Вы – нет?
– Что я – нет?
– Вы не интересуетесь моими деньгами? – Когда Темпл так смотрел на нее, она знала, что он думает вовсе не о ее богатстве.
– Диана, если бы я интересовался деньгами, их у вас уже давно не было бы.
– Не думаю, что даже такой транжира, как вы, сможет промотать мое приданое.
– Конечно, потому что, если бы я на вас женился, граф лишил бы вас наследства.
Диана вздохнула:
– Полагаю, вы правы. Его раздражает сама мысль, что вы можете стать его зятем.
– Я бы применил слово посильнее, чем «раздражает».
– И все-таки я сомневаюсь, что он оставил бы меня ни с чем.
– Не сомневайтесь.
Темпл говорил так убежденно, как будто не раз обдумывал этот вопрос.
– Разумеется, это было бы неудобно. У нас совсем не было бы денег.
– Ни пенни.
Это Диане не понравилось. Она, как и Темпл, любила хорошие вещи, и ее совсем не устраивало жить на улице или попрошайничать.
Вдруг ее осенило.
– Мы не останемся без поддержки. Ваш дед всегда хотел, чтобы вы женились, и я уверена, что понравлюсь ему, хотя дважды отказала Корделлу.
– Да уж, его благосклонность подскочит на октаву, и в этом тоже проблема.
Диана приподнялась на локте.
– Темпл, неужели вы не хотите взять меня в жены только из-за того, что ваш дед будет очень этим доволен?
– Его чувства не имеют никакого влияния на мои решения. К тому же я давно обхожусь без его денег и намерен так жить и дальше.
Диана хотела было заспорить, но напряженный, холодный тон маркиза дал ей знать, что дальнейшее разбирательство отправит его на коврик. Или, хуже того, в конюшню, откуда он только что пришел.
Она перекатилась на спину и сложила руки на груди.
– Выходит, если мы поженимся, то уже не сможем себе позволить такую роскошную комнату, как эта.
– Все зависит от того, сколько золота вы припрятали в этом саквояже.
Диана засмеялась:
– Сейчас вы говорите, как Корделл. – Однако как только она произнесла имя виконта, все ее веселье как рукой сняло. – Темпл, – прошептала она, – как он умер?
– Его застрелили. – Темпл повернулся к ней. – Пуля попала прямо в сердце – он даже не успел понять, что случилось, так что не слишком мучился.
