— Кажется он уязвим снизу, — крикнул Вернер, пробегая рядом с Шанталь.
— Поняла, — сказала девушка и тут же дотронулась до одной из своих татуировок. После этого я увидел, как ниндзя провела тот же самый трюк что и тогда в пустыне. Она схватила Фрейми на расстоянии и из-за этого маг перестал использовать свои способности. Но длилось это всего несколько секунд, так как Путонх со всей силы налетел на Шанталь. Она сделал небольшой сальто и контратаковала врага. Никакого эффекта, Фрейми вновь начал колдовать. Фоксхарта достать было невозможно, он был окружен картами полностью делавшим его неуязвимым. Он посылал разного вида магические удары на Фрейми, чем скорее всего заставлял его концентрироваться больше на своем щите. Если бы не Фоксхарт, маг ястребов скорее всего прочитал бы еще какие-нибудь заклинания чем попортил бы на жизнь. А так он мог поддерживать только неуязвимость своей команды и свой щит.
— Значит это работает, попробуй снова, — пробежав рядом, Вернер вновь отдал приказ Шанталь.
Я все время отбивался от ударов Грентона, а Вернер кружил вокруг нас заставляя главу ястребов постоянно отвлекаться. Сражение магов шло своим чередом, а Путонх бежал то на Шанталь, то на Беатрис. Я все время искал глазами Ишану, боялся, что Шанталь упустит ее и она тут же перережет мне горло. Но, Шанталь очень хорошо с ней справлялась, пока не решила вновь попробовать свой татуированный захват. Она вновь приложила руки к земле и крикнула: — Искусство сумрачного театра — татуированный захват.
Я увидел, как Фрейми вновь покосился от этого захвата. Путонх и Грентон тут же среагировали и бросились в сторону Шанталь. Я бросил свой меч в сторону Грентона, но ниоткуда появившаяся Ишана ловко отразила мой меч своим кинжалом. Беатрис тут же попыталась вывести из земли огромные костяные щиты, но Путонх разбил их всех с вертушки. Почему Шанталь не убегает? Я крикнул ей чтобы она перестала использовать свою способность и отпрыгнула, но девушка никак не отреагировала. Может ей все это надоело, и она хочет умереть. Фоксхарт кинул в нее одну из своих карт, то Ишана и тут отразила и этот прием. Грентон занес свой меч на Шанталь, Путонх занес ногу…удар и клубок дыма поднялся в воздух. Ничего не было видно. Сквозь туман я мог видеть только четыре силуэта. Вдруг один из них отлетел в сторону и упал. Туман рассеивался и я увидел, что упавший был Грентон. Нога Путонха все так же находилась в воздухе, но она не коснулась Шанталь. Белый Клык стоял перед Шанталь и блокировал удар Путонха своей правой рукой. Все замерли на месте. Я увидел небольшой испуг в лице у монаха. Белый Клык же наоборот улыбался и наклонив голову влево спросил:
— Малыш Путонх? Ты все так же не разговорчив?
Интерлюдия 3: Правители Флоренции
Флоренция, 2095 год.
Утро было чистым и ясным, свежесть напоминало Софи о том, что лето еще в самом разгаре. Она со своей группой выехала на самом рассвете, чтобы быть в галерее раньше остальных групп студентов. Группа Софи состояла из десяти студентов и профессора. Впервые профессор решил взять их в галерею, и Софи нервничала от возбуждения.
Галерея Уффици хранило много прекрасного и допуск профессора позволил бы Софи провести больше времени в галерее, а также помог бы ей с дипломной про семью Медичи.
Дыхание людей мешалось с выхлопами машин, струясь как пар в холодном утреннем воздухе. Профессор прошел вне очереди, подошел к охранникам и обменялся с ними парой слов. Студенты стояли вне очереди, а Софи стояла перед ними и пыталась сдерживать свое волнение. Слабый ветерок дул из арки галереи заставляя студентов вспоминать прекрасную теплую кровать, из которой им пришлось вылезти. Профессор невозмутимо общался с охранниками. Его средне подстриженные черные волосы теребил ветер. Белые волоски мелькали в его бороде, это выдавало его возраст — сорок пять. Черные глаза профессора смотрели угрюмо на охранника, он казался совсем не тем человеком, который вел лекции и рассказывал Софи про старинные семьи Флоренции.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Наконец профессор дал знак студентам, что они могут войти. Малик, молодой смуглый парень лет двадцати трех, во всем всегда находил смешное. Он прыгнул вперед и спародировал жест профессора.
— Каков Осел, — пробормотал Джейс, но так чтобы не слышал Малик. Он повернулся и нашел глазами Софи. — Ну как ты рада? Теперь сможешь насмотреться вдоволь на портреты Медичи, — торжественно объявил Джейс.
Софи шла вместе с Сунь, впереди других студентов. — Да, как и ты Джейс.
Высокий, харизматичный Джейс был красивым парнем. Коротко постриженные волосы и каштановые глаза открывали миру его добрую душу.
— Ах, вы достали со своими Медичи, сколько уже можно? — негромко сказала Лиза.
— Не смотри на меня своими красивыми глазами Джейс. — Собственные глаза Лизы были серые настолько, что казались мертвыми.
— Может у него и красивые глаза, но ни у кого нет такой сексуальной азиатской фигуры как у Сунь, крикнул Малик, который как оказалось подслушивал их.
— Замолчи дурак, — крикнула Софи.
— Спорим я буду первым у картины Лоренцо? — с азартом сказал Назар.
— По рукам, — ответила Салли, немедленно бросаясь вперед. Джейс расхохотался и последовал за ней. Сунь и не пыталась последовать за ними. Спустя некоторое время смех Салли и Назара растаял в коридорах, и галерея вновь погрузилась в тишину.
Софи так глубоко погрузилась в свои размышления, что даже не заметила, как другие студенты обошли её и профессор подошел к ней сзади.
— О чем ты думаешь, Софи? — спросил он.
— Так, о своем, — ответила Софи, поднимая взгляд на потолок.
— Ну что же, ты будешь у картины? — спросил профессор, пожалуй, даже с ухмылкой.
— Да профессор, — ответила Софи и сделала демонстративно реверанс и прошла вперед. Пройдя немного, она оказалась в помещении с картиной Лоренцо Великолепного. Назара и Салли тут не было, и Софи подумала, что они осматривают другие произведения искусства. Подойдя к картине, Софи заметила про себя, — Какая же у него интересная внешность. Картина показывала правителя Флоренции в самой интересной позе, в позе мыслителя.
— Как вы находите картину? — Софи услышала обращенный к ней мужской голос подле себя. Она не обратила на мужчину внимания и продолжала смотреть на картину. — Я нахожу картину интересной, правитель Флоренции во всей красе. Хорошо что варвары оборотни этого района не разрушили это место.
— Оборотни странные существа. Да, и технически он не был правителем Флоренции, — сказал мужчина рядом с Софи. — В период его жизни никто не правил Флоренцией.
Теперь Софи заинтересовалась незнакомцем подле себя. — У вас интересные познания, хотя сейчас любой может прочесть в интернете все и обо всем.
— Вы так думаете? — спросил незнакомец.
Софи не вытерпела и повернулась, чтобы посмотреть на незнакомца. — Да я так думаю. Я думаю, что сейчас очень много людей могут быстро подтянуть свои знания в живописи, а потом приходят чтобы клеить девушек в галереи.
Софи почувствовала себя очень крутой в этот момент, ведь ей показалось что она поставила этого человека на место. Это был мужчина лет тридцати с темноватой кожей и карими глазами. У него были острые черты лица.
— Мне жаль вам это говорить, но в моем случае вы ошибаетесь, — сказал мужчина, обращая свой взгляд на Софи. — Я могу узнать имя столь прекрасной особы?
— А вам не говорили, что прежде, чем спрашивать имя собеседника нужно сперва назвать свое, — Софи намеренно медленно проговаривала каждое слово чтобы не отрывать взгляда от незнакомца. Он очень сильно напоминал ей кого-то, кого она не могла вспомнить.
— Простите мне мою вольность, меня зовут Хасекхемуи.
— Хасекхемуи? Хотите сказать что вас зовут так же как последнего фараона второй династии Древнего Египта? — усмехнулась Софи.
— Именно так.
— Никто так не зовется, вы не можете зваться Хасекхемуи, — раздраженно сказала Софи. Ей все еще казалось, что этот незнакомец пытается клеится к ней. А больше всего её раздражало то, что этот Хасекхемуи выбрал самый идиотский способ.
