— Он застрял.
— Как застрял? Что это значит?
Зеф Даррен указал на пульсирующий курсор, который уже с минуту пребывал в одной и той же точке многоцветного лабиринта:
— Проверь пульс.
Бурбон взглянул на крошечный дисплей, где светились жизненно важные показатели Беккета Ходжа.
— Слишком частый.
— Он чем-то сильно взволнован. Должно быть, у него не ладится с финальной частью. Программисты иногда привязывают свои процедуры к датчикам случайных чисел… нечто вроде пропуска на один день. И он, вполне вероятно, не помнит всех последовательностей… Проклятие!
Зеф злобно уставился на курсор и гипнотизировал его до тех пор, пока тот окончательно не погас.
— Вот дерьмо!
Все было точь-в-точь как в фильмах про Джеймса Бонда. Сперва она долго и безрезультатно стучала в дверь под неодобрительным взглядом своего Вергилия, как вдруг внутри кто-то горестно взвыл. У рассыльного не было электронной карточки для замков, и он отворил дверь могучим ударом ноги. Потом они ворвались в номер, но Марианна оказалась совершенно не готова к тому, что внезапно открылось их взорам.
В комнате находилось трое мужчин. Одним из них был Беккет Ходж — с виртуальным шлемом на голове, сенсорных перчатках на руках, крепко примотанный скотчем к стулу. Второй мужчина тряс его за плечи с такой силой, что у профессора клацали зубы. Третий же просто стоял столбом и…
Но тут у Марианны взыграли все ее женские и материнские инстинкты.
— Ах ты распроклятый сукин сын! — оглушительно взвизгнула она. — А ну убери свои грязные лапы от моего мужа!
Побелевший Лоренс Бурбон немедленно повиновался, однако его сообщник совершил необдуманную попытку дотянуться до софы, где валялся револьвер в кобуре. И дюжему рассыльному это сильно не понравилось.
Очнувшись, Бек удивился сразу двум вещам: что он еще жив и что находится в госпитале. У двери стоял вооруженный часовой, а в уголке палаты полковник Трейнор оживленно беседовал с Марианной.
— Где Бурбон? — с натугой прохрипел он.
Марианна склонилась над ним с озабоченным видом.
— Не рановато ли для разговоров, дорогой?
— Я хочу…
— Я знаю, чего ты хочешь. Бурбон в армейской каталажке. А все благодаря твоей разумнице-жене и бравому рассыльному по имени Фрэнк! Думаю, стараниями полковника Трейнора и его приятелей из ЦРУ твой Бурбон задержится там надолго.
Бек перевел взгляд на полковника и захрипел:
— Они… они… — Он показал жестом, что желает промочить горло, и Марианна подала ему стакан воды. — Они подключили меня к ICBM с помощью какой-то особой ВР-системы… Они хотели, чтобы я сломал… сломал свои собственные коды и…
Полковник кивнул.
— Мы так и поняли, когда разобрались в их системе. Она… чрезвычайно изощренная! Наши специалисты даже не предполагали, что обычную ВР-амуницию можно настолько модифицировать.
— Но почему? Издатель… Директор…
— Деньги. Мистер Бурбон действительно работает в издательстве, но он всего лишь мелкий, малооплачиваемый редактор. Что касается Даррена, то никакой он не директор, а компьютерный эксперт. И состоит на службе у террористической группы Шалом-Шалаам, где заправляет Ибрагим Икс.
— Не может быть… Ибрагим?
Бек быстро взглянул на Марианну, на лице которой аршинными буквами было написано: А ЧТО Я ТЕБЕ ГОВОРИЛА?
— Бурбон работал над его рукописью, — сказал Трейнор. — Но мистер Икс сделал неважный выбор. Если Зеф Даррен настоящий профессионал, то Бурбон всего лишь жадный до звонкой монеты дилетант. Он даже не подумал о том, что может быть арестован, так что раскололся моментально. — Полковник немного помолчал и спросил: — Если честно, профессор, как далеко вы зашли?
— Слишком далеко, — признался Бек, облизнув губы. — Я выполнял последние протоколы, когда… мне показалось… то есть пришло в голову…
Полковник озабоченно нахмурился.
— Но вы же остановились? Значит, все-таки узнали свои коды?
— Нет, не узнал… Но я узнал свое детство.
— Простите, не понял?
Профессор устало улыбнулся.
— И не поймете. Боюсь, для этого надо побывать внутри программы.
Когда Трейнор ушел, Марианна присела к нему на кровать и взяла за руку. Блаженно ощутив легкий запах ее духов, Бек открыл один глаз и сказан:
— Ты была абсолютно права. Бурбон действительно связан с Ибрагимом. А я даже представить такого не мог… У меня и впрямь не хватает воображения. Ужасный недостаток для человека, который желает писать фантастические романы.
— Скажи, на что это было похоже?
— На волшебство. На сон. На кроличью нору, куда упала Алиса. Только это была моя нора, там было все из моего детства… Вот почему я в конце концов узнал программу. Игры, в которые я играл, книги, которые читал… картинки, загадки, кафельный пол, старая лестница… И главное, клоун. Клоун в погребальной часовне!
Марианна скорчила рожицу.
— И ты еще твердишь о недостатке воображения?!
— Гм… А когда ты наконец скажешь: «Я же тебе говорила»?
— А надо?
— Боже, я понял!
— Что?
— Мой роман… Сефтон-Хауз никогда не собирался печатать мой роман!
— Откуда ты знаешь? Может, Бурбон просто воспользовался законным поводом вступить с тобой в контакт?
— Вряд ли. Меня просто надули, а я со своей пресловутой наивностью чуть было не преподнес им секреты правительства. — Он снова закрыл глаза. — Но самое худшее… Думаю, они меня чем-то опоили и внушили недоверие к тебе… и всякие мысли про вас с Руби. Им просто нужно было убрать тебя с дороги.
— Дорогой, ты уверен, что это было хуже, чем рисковать секретами дяди Сэма? Очень мило с твоей стороны. Но глупо. Кстати, о дяде Сэме. После маленького инцидента с Бурбоном полковник Трейнор и его друзья всерьез задумались над проблемой заряженного ружья.
Профессор открыл глаза и усмехнулся.
Забавно. Я все-таки сыграл роль секретного агента. Такого секретного, что сам не знал об этом. Позвольте представиться, агент 01 — бинарный шпион!
— Ты можешь написать об этом книгу.
— Наверное, могу. Но кто ее купит?
Когда новости о виртуальной атаке и последующем аресте Ибрагима Икса стали всеобщим достоянием, у электронной двери Беккета Ходжа выстроилась целая очередь издателей. Профессор оценил предложения с помощью своего нового литературного агента и согласился на крупную сумму, предложенную солидным издательством, славящимся своими технотриллерами.
К этому контракту он отнесся вполне спокойно, ибо речь шла отнюдь не о фантастике, а о добротной документальной книге, которая — благодаря фамилии автора — наверняка попадет на полки всех университетских библиотек и специализированных компьютерных магазинов. Впрочем, учитывая сенсационность материала, у нее также были весьма недурные шансы продержаться какое-то время в начале списка бестселлеров.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
