сидеть? — пожал плечами я. — Предлагаю проветриться до столовой, стырить пару булок и вернуться. Хуже не будет.
— Да уж, блин, — его снова передернуло от каких-то мыслей. — Ладно, ты прав, пойдем. Только что будем делать, если она все же закрыта?
— Да вряд ли, — неуверенно предположил я. — Тут же Рай коммунизма, все общее. Наши родаки даже квартиры, насколько мне рассказывали, на замок не закрывали. Тут, думаю, та же история.
— Резонно. Ладно, минутку только погоди.
Дэнчик подошел к своему баулу и вытащил оттуда простыню.
— Туда сложим все честно награбленное, а то не по карманам же распихивать, — пояснил он.
Я согласно кивнул. Ну, а если столовая будет все же закрыта… Вскроем, чего уж там. Там, вроде как, ничего сложного. Чик-пык, готово. Главное только, чтобы без приключений. Хватит на сегодня.
========== ДЕНЬ 1. КУРС ЮНЫХ МЕДВЕЖАТНИКОВ ==========
«Совенок» уже полностью оказался во власти приятного летнего вечера. Из домиков то и дело раздавался счастливый детский смех, а по пути еще периодически встречались пионеры постарше, которые суетливо пытались успеть закончить за сегодня свои дела до отбоя. Вдалеке мы краем глаза заметили наших неугомонных кибернетиков, которые о чем-то переругивались. Видимо, этим вечером данные пытливые научные умы не смогли прийти к какому-то взаимному соглашению. Что сулило лагерю еще больше безумных экспериментов от этой парочки, в попытках доказать свою правоту.
Боязливо оглядываясь по сторонам, я выпускал под ноги струйки пара из электронки. Хотелось бы еще вставить дополнительно наушники, но те приказали долго жить. Пришлось оставить их заряжаться в домике. Поэтому потоку ненужных мыслей ничего не мешало в этот раз. Мне были знакомы избитые фразы о страхе, который, как электрошок, встряхивает нервную систему человека. Слышал я и о том, что человеческая кровь «стынет в жилах», как «сердце выпрыгивает из груди». Но я совершенно не был готов к тому, что это не книжные метафоры и такое может однажды произойти и со мной.
— Меня вот чего напрягло, Макс, — смурно заговорил Дэнчик. — Почему этот Пионер сам не договорился поменять себя на кого-то? Это ведь логично. Тем более, что у него всяко была возможность. Тебе это не показалось странным?
— Мне кажется странным вообще все, что в последнее время происходит, — ответил я. — Особенно то, что я умудрился созерцать два трупа людей, с которыми я общался. Пусть они и были в другой реальности. Хватит об этом. Не хочу вспоминать.
— Не ты один, знаешь ли, — напомнил Дэнчик. — Меня тоже до сих пор трясет. Но я считаю, что нам надо это обсудить. Все взвесить.
— Тут нечего обсуждать, — отрезал я. Вариант того, что я действительно просто был банально напуган и оттого сдал позицию, мною даже не рассматривался. — Действуем по старой схеме. Живем так, будто встречи с Пионером не было. Все, вопрос закрыт.
— Рассчитываешь убежать от проблемы?
— Убежать? — я аж притормозил и вопросительно уставился на друга. — Я не думал убегать от проблемы. Я ее просто временно откладываю на «потом», ибо не вижу пока особого смысла ее обмусоливать. Пустая болтология нам никакой пользы не принесет.
— Думаешь? — Дэнчик склонил голову набок, будто ожидая от меня какого-то внезапного озарения в связи с этим вопросом. — А как же постулат о том, что в диалоге рождается истина?
— Не в диалоге, а в споре, — нетерпеливо бросил я. Ладно, будет сейчас тебе откровение. — Брат, знаешь, что меня больше всего бесит в homo? Дикое желание точить лясы без особой на то надобности. Самое раздражающее на приеме. Краткость — сестра таланта, а с любой проблемой я разберусь сам, если мне ее четко обозначить без ахов и вздохов.
— Открою тебе маленький секрет, но у окружающих вокруг тебя людей есть чувства, — покачал головой Дэнчик. — Дело уже даже не в моем мнении, пофиг, просто… Хотя бы просто выслушать человека никогда лишним не бывает. Макс, мы в обществе живем. И с мнением и чувствами других периодически нужно считаться.
— С чего вдруг? — поправил я съехавшие от удивления очки. — Не, с твоим мнением я считаюсь, просто я также и не считаю лишним озвучить свою позицию, которая в данной ситуации более правильная.
— Да твоему эгоизму памятник можно ставить! — развел руками Дэнчик.
— Уже, — ухмыльнулся я, кивком указав на замаячившего на горизонте Генду. — Сам говорил, что кого-то он напоминает.
— Баран, — проворчал Дэнчик.
— Сам баран!
Выйдя к площади, я разглядел там Лену, которая сидела под фонарем на скамейке и читала какую-то книжку. Память, естественно, не сочла лишним напомнить мне о том, как я видел ее, укутанную в окровавленную простыню в объятиях вариации Пионера. Кое-как прогнав наваждение, я постарался вернуть былую безмятежность.
— Вон, сидит человек молча, книжку читает, — укорил я Дэнчика. — Никого не раздражает. Идеальная пионерка.
— Чего ждешь? Иди, испорти ей вечер, — пожал тот плечами.
— Зачем? Лена, в теории, с этим прекрасно сама может справиться, да и потом, у меня есть ты, — подмигнул я ему. Мой друг обессиленно простонал и прибавил шагу в сторону столовой.
Не успели мы приблизиться на достаточно близкое к столовой расстояние, как Дэнчик ни с того, ни с сего схватил меня за рукав и с силой дернул в ближайшие кусты. Я при этом издал очень странный гортанный звук, который, как мне кажется, не смогу воспроизвести больше никогда — настолько внезапным и мощным был этот толчок. Я даже не нашелся, что сказать, лишь ошалело смотрел на друга, пока тот что-то внимательно разглядывал по направлению к столовой.
— Это… Какого хрена было? — наконец я смог вспомнить родную речь.
— Да тихо ты! — шикнул Дэнчик. — Лучше глянь, кто там такой распрекрасный на крылечке столовки копошится.
Приглядевшись, я смог увидеть в крошечном круге света тусклого фонаря две фигуры, одну высокую, в пионерской форме, вторую, чуть пониже, — в красной футболке, которая силилась разглядеть что-то на том месте, где мы с Дэном были буквально минуту назад. Рыжие! Двачевская, очевидно, пыталась вскрыть дверцу, пока Ульянка стояла на стреме.
— Вот те раз, — присвистнул я. — Это у нас что теперь, двойное ограбление?
— Одинарное, — сузил глаза Дэнчик. — Хрен им, а не булки после того, что они с нами учудили. Надо их как-то шугануть. Есть идеи, как это сделать максимально эффектно, доктор Зло?
Взъерошив волосы, я напряг все возможные извилины. Ничего, окромя банального «пригрозить вожатой» в голову не приходило совершенно. Дэнчик уже было задергался, нервно сминая пальцами простыню, когда Двачевская-таки смогла справиться с дверным замком и осторожно проскользнула внутрь, задорно кивнув при этом подружке. Так, минуточку… Простыня!
— Мелкую можно
