знаешь, что я приехала только благодаря твоей милости! Ты привел меня сюда. Я никак не успевала на поезд. Ты благословил меня и помог мне.
Она подошла к Лахири Махасайя и с огромным почтением и уважением коснулась его святых стоп своей головой.
О доброте
Йогачарья Панчанан Бхаттачарья считался старшим учеником Лахири Махасайя. Иногда он приезжал из Калькутты и навещал божественного Гурудэва в Бенаресе. Когда он приезжал в Бенарес, то сейчас же шел омыться в Ганге. Чаще всего он приходил на Дасасвамедха гхат (место для, омовения на берегу), самый главный гхат паломников, которые приезжали поклониться храму Бога Вишванатха. Но он никогда не ходил в храм Бога Вишванатха. Вместо этого он говорил: «Мой храм Вишванатха находится в Гарурешваре», то есть в доме Лахири Махасайя. Он верил в то, что его Гуру — это и есть Бог Шива, Вишванатх, и его дом — это храм Вишванатха.
Однажды он приехал в Бенарес и прямо пошел омыться на Дасасвамедха гхате. Когда он мылся, то заметил продвинутого йога, который тоже омывался в Ганге. Бхаттачарья Махасайя захотелось побыстрее омыться, чтобы поговорить с йогом. Но йог делал все очень быстро. Он закончил омовение и поспешно ушел. Бхаттачарья Махасайя пошел за ним, пытаясь сократить расстояние между ними. Но йог, поняв намерения Бхаттачарьи Maxaсайя, пошел еще быстрее. В клубке тесных, запутанных улиц района Бенгалитола в Бенаресе он в конце концов потерял йога из виду. Расстроенный, он пошел в Гарурешвар, и Лахири Баба спросил его:
— Что случилось, Бхаттачарья Махасайя? Ты его не поймал?
Бхаттачарья Махасайя упал к ногам Лахири Махасайя и зарыдал, как ребенок. «Почему я так увлекся, ведь у меня есть мой божественный Гурудэв?» — повторял он про себя со слезами.
— Ладно, поднимайся, не плачь.
— Но почему я отвернулся от моего Гурудэва? Почему я вел себя как проститутка?
— Ладно, не плачь. Пожалуйста, встань. Не расстраивайся. Хочешь увидеть его? (продвинутого йога, за которым он шел) Это твой брат, ученик, продвинутый Крийянвит.
— Прости, я больше не хочу его видеть.
— Если хочешь, я могу позвать его. Он получил Крийя от меня. Он происходит из мусульманской семьи: поэтому он не любит бывать вместе с Крийянвитами‑ индуистами. Он хороший человек. У него есть причины сторониться других.
— Не надо.
Тогда для Брахмана было нелегкой задачей, особенно в Бенаресе, учить индуистской религии или философии мусульманина. Это происходило оттого, что индуистское общество было очень консервативным, и им управляли Брахманы. Но Лахири Махасайя был смелым Брахманом, который шел по пути Истины. Он понял, что Крийя — это не философия и не религия, а путь к реализации Истины. Поэтому Крийя обогащает любую веру. Любой человек, живущий духовной жизнью, независимо от веры может получить пользу от позитивной научной Крийя‑йоги. Поэтому Лахири Махасайя давал Крийя мусульманам. Крийя — это образ жизни; научно говоря, это прямой способ общения с внутренним Я, то есть внутренним Сознанием, которое и есть Истина.
О Всеведении
Однажды Лахири Махасайя был окружен Крийянвитами в своем доме в Гарурешваре.
— А‑ах! — вздохнул Лахири Махасайя. Преданный Крийя спросил:
— Что случилось Баба? Почему ты вздохнул? У тебя болит спина?
— Мне кажется, что я тону в море рядом с Японией.
Все ученики Крийянвиты были поражены. Никто не мог понять, что он хотел сказать. Спустя три или четыре дня один из Крийянвитов принес газету и сказал:
— Посмотрите. Здесь сказано, что в море у берегов Японии затонул корабль.
Они посмотрели дату и обнаружили, что Лахири Махасайя почувствовал боль тонущих жертв в тот момент, когда происходила катастрофа.
О Бесформенном Единстве
В другой раз в Гарурешваре Лахири Махасайя, как обычно, был окружен своими учениками. Он отвечал на вопросы преданных и уделял внимание посетителям. К нему пришел Гангадхар Бабу, один из учеников, фотограф по профессии. Один из преданных Лахири Махасайя обратился к фотографу:
— Пожалуйста, Гангадхар Бабу, сфотографируй нашего Учителя. У нас нет фотографии нашего Гурудэва. Сделай хороший снимок. Мы знаем, что у тебя получится.
Другие преданные присоединились и принялись упрашивать Гангадхара Бабу, и тот взялся за фотоаппарат. Поскольку некоторые преданные Крийянвиты находились очень близко к Лахири Махасайя, он сказал:
— Я не могу сфотографировать одного Гурудэва в такой толпе. Если я сделаю снимок, то это будет групповое фото.
— Ладно, только пусть он будет хорошим, — согласились ученики.
Гангадхар Бабу тщательно все подготовил и сделал снимок. На следующий день он проявил пленку и был просто поражен. Он увидел, что там не все в порядке. Преданные, находившиеся рядом с Лахири Махасайя, получились хорошо, но место, где должен был сидеть Лахири Махасайя, было пустым! Фотограф знал, что его фотоаппарат отлично снимает. В конце концов фотографии других получились очень хорошо, но место Лахири Махасайя было пусто. Он понял, что не спросил разрешения Лахири Махасайя на съемку. Гангадхар Бабу немедленно отправился в Гарурешвар. Kaк только он пришел, Лахири Махасайя спросил его:
— Ну что, Гангадхар? Твоя новая техника не сумела справится с задачей?
— Да, Баба. Современная наука не может превзойти мощь науки йогов. Но я все‑таки хочу тебя сфотографировать. Пожалуйста, будь добр, разреши мне сделать один снимок.
Гангадхар Бабу умолял его, сложив руки. Лахири Махасайя обычно не разрешал фотографировать свое физическое тело. Но в этот раз он милостиво разрешил:
— Да будет так. Ты можешь сфотографировать меня один раз, если хочешь.
Сделав один снимок, Гангадхар Бабу дотронулся до ног божественного Гурудэва, благодаря его за данное разрешение. Эта фотография — единственная, кроме еще одного детского снимка.
Не так давно нашлись люди, которые отретушировали эту фотографию, что не должно быть допустимо среди истинных преданных. Оригинальная фотография приведена в этой книге с автографом «Шри Шияма Чаран Дэвсарман». Дэвсарман — это санскритское слово, которое значит поклонение Богу (Дэвя), и обычно является вторым именем всех людей сословия Брахманов.
Когда фотограф Гангадхар Бабу сделал снимок без разрешения Лахири Махасайя, то не сумел запечатлеть изображение его физического тела, хотя все остальные изображения получились хорошо. Это могло случиться по нескольким причинам. Йог может поместить завесу вокруг своего тела, которая не позволяет другим людям делать фотографии, видеть или даже слышать его. Когда йог достиг гармонии, то он выше пространства и времени. Для него не возникает вопроса существования физического тела. Это уникальное состояние, которое невозможно постигнуть при помощи интеллекта. В этом чудесном состоянии Сознания йог находится в теле и одновременно не находится в нем. Так было в
