Ахрам перестал смеяться и хмыкнул. Затем серьёзно посмотрел на Джервиса. От его взгляда механика пробрал жуткий холод, и он лишь сильнее сжал фиал в руке, стараясь не позволить телу задрожать.
Бутылочка в ладони, будто слегка нагрелась.
— Воспользоваться мечом… хм, — медленно повторил темноволосый, поглаживая щетину. — Я так и не отказался от этой идеи.
— Что это? — пытаясь отвлечься от слов слушателя, спросил Джервис вновь раскрыв ладонь. — Жидкость внутри выглядит как вода.
— Это — вода, — безразлично ответила Сайнир, и по её голосу было совершенно непонятно, шутит она или говорит правду. — Пей и пойдём. У нас заканчивается время.
Джервис скривился, поднёс бутылку к свету. Поболтал бесцветную жидкость. Затем, набравшись наконец решимости, откупорил маленькую пробку и выпил содержимое сосуда. Жидкость оказалась безвкусной и пресной. В точности, как простая вода. Джервис лишь теперь понял, как давно не пил, и с удовлетворением проглотил последние капли.
— Ну что, видишь? — Ахрам улыбнулся Сайнир. — Ничего. Как я и говорил.
Она насупилась, затем отвернулась, и лицо её закрыла тень.
— Теперь он на тебе, Ахрам, — отозвалась девушка. — Если парень умрёт, мне понадобится веская причина, почему так случилась.
— Если он умрёт, — многозначительно поглядывая на механика, изрёк слушатель. — Обещаю, я найду тебе сотню веских причин.
Девушка, не заметив иронии, направилась к лестнице, ведущей в воду. Поток прошёл, и уровень воды в туннеле был настолько низким, что Джервис видел заросший мхом пол. Ахрам подмигнул Джервису, а затем, усмехнувшись, направился за Сайнир. Их примеру последовал и молчаливый Шер.
Джервис вновь взглянул на опустевший фиал. Выпив воды, он не почувствовал ровным счётом ничего. Даже жажда лишь стала сильнее. Может быть, где-то в глубине души, он надеялся, что выпитая жидкость откроет в нём какие-то силы. Даст уверенности и смелости или что-то вроде. Однако ничего из этого, самого собой, не случилось. Что ж, пожалуй, даже этот исход был не худшим из возможных. По крайней мере он до сих пор был жив.
Покрутив пальцами бутылочку, Джервис наконец выкинул её в сторону, и та, прокатившись по камням, плюхнулась в воду, даже не разбившись. А механик заставил себя вновь отправиться за своими спутниками.
Глава 13. Скрытое в глубине. Аллек
Аллек стоял на самом краю балкона.
Всего в шаге от него кипящая бездна раз за разом волнами накатывала на ступени. Бурлила, вспенивалась. Тянула свои щупальца летящих капель, с шипением приземлявшихся на камни, к ногам капитана.
Аллек не обращал внимания. Он видел это уже сотни раз. И сейчас всё было по-прежнему.
Всё те же мрачные, бесконечные туннели вокруг. Те же грязевики, беззвучно падающие в поток. Тот же липкий пот, покрывающий кожу, щекочущий отрастающую щетину. Та же вонь, и та же духота. Тот же страх неизвестности.
Аллек ненавидел ожидание. Оно было хуже смрада, идущего от зелёной жижи потока. Хуже пара, который мешал дышать полной грудью. Хуже опасности погибнуть, таящейся за углом. Оно было невыносимым.
Капитану хотелось броситься вперёд. Не чтобы погибнуть, а лишь, чтобы не оставаться на месте. Хотелось встретить солдат или любую другую опасность, ждущую впереди. Хотелось уже найти хоть что-то, пусть это даже будет смерть. Хотелось — боги, как же сильно хотелось — убедиться, что весь его путь был проделан не зря. Не говоря уже про сделанные до этого момента выборы.
Он раз за разом повторял себе, что не мог поступать иначе. Должен был отпустить Джервиса со слушателями в обмен на проводника с их стороны. Должен был позволить механику попробовать остановить флот мэра Олси, пока сам займётся поиском ответов. Должен был найти союзника в лице слушателей, чтобы не погибнуть и идти дальше. Это было необходимым. Правильным.
Он повторял это вновь и вновь, и сам себе не верил.
Не желал думать, на какую судьбу обрёк человека, отправившегося за ним — доверившегося ему. Пробраться на завод, полный солдат и остановить взлёт целого флота. Разве могло это оказаться под силу нескольким фанатикам, пусть и неплохо владеющим клинками, и одному механику? Аллек не хотел знать ответ.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Он лишь должен был верить. Должен был верить, что у Джервиса всё получится. Должен был верить, что сделанный выбор был единственно верным. Должен был быть уверен, что впереди — в этих тёмных безжизненных туннелях — кроется правда, которую необходимо было найти. Правда, которая будет стоить всех принесённых жертв. Стоить жизней, которые из-за неё оборвались.
И чтобы это выяснить, Аллеку требовалось идти вперёд. А он был вынужден просто ждать.
Дайч, его спутник, казался полной противоположностью капитана. Ниже его почти на голову, чуть шире в плечах, с вечно слегка склонённой головой под капюшоном, будто он раз за разом перечитывал про себя молитву. Учёный, а не воин. Он казался таким спокойным, рассудительным, молчаливым, что у Аллека сводило зубы. Быть может, было бы проще идти с человеком, рвущимся к цели так же рьяно, как и сам капитан. А может быть, именно такой спутник, Аллеку и был нужен, чтобы не погибнуть.
Дайч держался слегка поодаль. Аллек и сам сперва отнёсся к мужчине с подозрением, но был вынужден признать, что своё дело слушатель знал отлично. Он быстро определил путь, выстроил у себя в голове маршрут и на каждой развилке ориентировался моментально.
О приближавшихся потоках, слушатель тоже узнавал раньше Аллека. Капитан по-прежнему про себя считал секунды, однако всё, что смог узнать — потоки проходили почти вдвое чаще обычного. Ему казалось, что старое расписание, зависевшее от расположения, осталось неизменным, но между прежними потоками проходило по одному новому. Причём, их закономерность ему так и не удалось понять.
Вода с каждым следующим, становилась горячее. Она жгла кожу даже после длительных привалов и вынуждала задерживаться на балконах всё дольше. Пар теперь не рассеивался полностью, а всегда поднимался на пару ладоней от поверхности.
Обратный путь — к месту, которое Аллек указал на карте Сайнир — занял уже два, может быть три часа. Остановки, выматывавшие даже больше ходьбы, требовалось делать на каждом балконе, а однажды спутники были вынуждены переждать сразу два потока, которые прошли почти друг за другом.
Нынешний продлился тридцать ударов сердца — вдвое дольше, чем предполагал капитан.
Теперь он стоял, в нерешительности ожидая команды от Дайча. Молча глядя, как пар поднимается выше. Как затихает и опускается кипящая вода. Как липучки вылезают из каменных щелей, как лампы перестают нервно моргать. Стоял и старался ни о чём не думать. Наконец, не в силах вынести столь долгое ожидание, шагнул в сторону лестницы.
— Постой. — Раздался за его спиной голос слушателя. Аллек вздрогнул, но всё же обернулся.
Дайч подошёл ближе и вытянул вперёд руку. На ладони лежала маленькая, сиреневая бутылочка.
— Выпей, — только и произнёс он. Голос был тихим, но сильным. Со странным акцентом, как у Сайнир, но капитан никак не мог его узнать.
Аллек взял пузырёк, поднёс к тусклому свету лампы. Жидкость внутри, доходившая почти до горлышка, казалась прозрачной. Поболтал, подцепил ногтем пробку, понюхал.
— Что это? — спросил он, однако слушатель уже спускался по лестнице. — Эй, да что с тобой? Что это за жидкость? Зачем ты отдал её мне?
— Для тебя, — бросил Дайч, не оборачиваясь, — просто вода.
Подумав всего мгновение, Аллек пожал плечами и выпил содержимое — его едва хватило, чтобы промочить горло. На вкус жидкость напоминала фильтрованную воду, очищенную от соли и с примесью какого-то металла. Как почти в любом городском питьевом фонтане.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Может быть, слушатели так пьют? Или это какой-то ритуал? По правде сказать, Аллека это почти не заботило.
Он отбросил пустой пузырёк и поспешил к лестнице. Отогнав рукой пар, Аллек шагнул в воду и чуть не взвыл, почувствовав кипяток сквозь одежду. Чтобы вода остыла, требовалось ждать куда дольше, но, чем чаще проходили потоки, тем меньшее расстояние путники успевали пройти между ними. А значит, нужно было спешить, и капитана это полностью устраивало.
