меньшинстве уже юг. Современный юг представляет собой всего дюжину кланов, обозленных, но всё ещё не признающих правоту севера. Они склонны жить также, как жили их предки, то бишь, лишь на магии без каких либо «электрических технологий», с чистым рабством и полным неуважением к своему народу. Сейчас как таковой вражды между хокуматами нет, но определенная напряженность всё ещё остается.
Бернард без умолку о чём-то рассказывал, но когда он заметил, что у мне уже не так интересно, то сразу же умолк. Первое время он порывался называть меня «молодой господин», но я очень быстро пояснил, что это лишнее. Не знаю, что сказал про меня Ян, но обозначил он меня достаточно высоко.
Примерно через час езды мы выехали к десятиметровой каменной стене, и очень долго ехали вдоль неё. Я думал, это граница, разделяющая север и юг, но Бернард, словно читая мои мысли, сказал:
— Эта стена разделяет проклятые земли и наш хокумат.
— Проклятые земли? А что это?
— Там не рождаются маги, только волки и ведьмаки. Проклятые земли есть в каждом из созвездий Магистрали, и почти везде их огораживают стеной, — впереди был железнодорожный переезд, и Бернард сбросил скорость. — А вот, кстати, «ТрансКонтейн» — самая большая в мире железная дорога, связывающая все созвездия Магистрали по кругу.
Вот о «ТрансКонтейне» я слышал, слишком уж знаменитая штука. Созвездия Магистрали — единственные в мире созвездия, между которыми есть стабильный участок земли, не подверженный Негативу. Раньше его называли Великой Звёдной Тропой, но сейчас это «ТрансКонтейн».
— Это нормально, что железная дорога проходит через проклятые земли?
— Пересечение происходит лишь на небольшом участке, но это действительно нежелательно.
Опустился шлагбаум, и, звонко прогудев, проехал поезд.
— А сколько стоит съездить в другую страну, и что для этого нужно?
— Сам билет в зависимости от класса и дальности поездки стоит от двухсот до тысячи Хё. Кроме того, нужно иметь визу, если речь не идёт о созвездии Кита, либо о созвездии Змеи, наших соседях. Протектората иметь не надо, Гильдия на «ТрансКонтейне» власти почти не имеет.
— Кстати, Бернард, в столице действительно очень дорого жить? Обучение в школе Ицар стоит пятьдесят тысяч в год, а жильё десять тысяч…
— Ицар одна из трёх самых элитных школ Генезиса, отсюда и столь высокая стоимость обучения. Кроме денег, для попадания в неё нужен большой магический талант, и поэтому почти все ученики в ней аристократы. В самой обычной школе столицы за обучение просят сто Хё, в средних по пятьсот, а там, где есть аристократы — от тысячи. Насчёт большой цены твоего жилья, всё из-за очень хорошего расположения и близости к школе Ицар. Квартиру на окраине можно снять за двести Хё, а в центре цена возрастает до нескольких тысяч.
Общаться с Бернардом было приятно — задаешь вопрос и получаешь чёткий ответ.
— А как аристократы в школе Ицар будут относиться ко мне, простолюдину?
— На этот вопрос я не могу ответить, но, скорее всего, первое время вам будет нелегко. Простолюдин в Ицаре редкость, и вам будут задавать много вопросов. Кроме того, у вас довольно грубый акцент, что увы, может стать поводом для насмешек.
— Даже так… спасибо за предупреждение.
Про свой грубый акцент я даже не догадывался, ничего подобного никто из моей команды не говорил. Правда, надо признать, речь моих спутников действительно была более мягкой и гармоничной. В принципе, не удивительно, что у меня грубый акцент, я же семь лет прожил в деревне Мейс.
Движение на дороге становилось всё оживлённее, а подъехав к столице, мы и вовсе встряли в пробку.
— Сегодня выходной, и все возвращаются в город, — пояснил Бернард.
— Мы успеем в магазин музыкальных инструментов?
— Да, но под самое закрытие.
— Ничего страшного, главное успеть, а выбрать гитару я смогу быстро.
То, что приехав в Гидру, я первым делом куплю гитару, было решено уже давно. Электрогитары, кстати, всё же существовали в этом мире, но вспоминать былое я решил на акустике. Увидев огни высоток столицы, я уже предвкушал, как буду давать здесь большие концерты, однако это очень не скорое будущее.
И, кстати, о будущем. В Генезисе были летающие, мать его, автомобили! Этот мир, оказывается, не отстает от моего старого, а наоборот опережает. У меня не было вопроса, магия это или технологии, у меня был вопрос: почему, чёрт возьми, мы ещё не летим!
На что, словно читая мои мысли, ответил Бернард. Хотя даже читать мысли не надо было, всё и так было ясно по моему удивленному лицу.
— Прилететь в столицу нельзя, обязательно прохождение наземной таможни.
— То есть твой автомобиль тоже может летать?
— Да, но учитывая, что нам через деловой район, лучше всё-таки по земле.
Электричество, электричество и ещё раз электричество. После семи лет в Мейсе какое-то безумие видеть столько всего светящегося и яркого. Возле небоскрёбов делового района, действительно, летало очень много машин, а вот внизу было довольно пусто, и мы быстро проскочили. Внизу даже было как-то слишком темновато и мрачно, по сравнению с остальным городом, чуть ли не трущобно.
— Считается, что внизу небоскрёбов делового района самые плохие места, поэтому тут так грязно. Некоторые даже брезгуют тут ездить, но так быстрее всего.
Проехав деловой квартал, вернулись яркие вывески и более низкие здания. Небоскребы в Генезисе концентрировались в двух местах: большим скоплением они стояли в деловом квартале на одной части реки и малым скоплением на другой, там, где обитало больше кланов.
Кажется, я даже забыл, что бывают столь большие города… На самой обычной улице пешеходов здесь в десять раз больше, чем людей во всём Мейсе. Нужный магазин находился среди десятки других магазинов развлекательной тематики. Шок от первого знакомства с Генезисом потихоньку проходил, и на смену приходило приятное чувство ностальгии по старому миру. Электричество, интернет, динамичность большого города — всё это было очень мне по душе, хотя всё было как-то слегка не так.
Мы проехали мимо пятиметрового здоровенного мужика и лисоподобной женщины.
Ах да, таких вот существ в старом мире не было.
Мы зашли с Бернардом в магазин, и первые несколько секунд я стоял и смотрел на всё, как полоумный. Чёрт возьми, я выбрался из Мейса и покупаю гитару! Странно, но это осознание пришло ко мне, только когда я оказался в салоне. Два больших зала, полностью заполненных гитарами. В первом была акустика, а во втором электрика, искушать себя я не стал и сразу направился в первый зал.
— Юноша, вам что-то подсказать, — спросил подошедший ко мне консультант.
